Ага, вот я тут (СИ)

Я нахмурился, делая вид, что пытаюсь вспомнить, не говорить же ему кто я и откуда. Думаю он мне не поверит, и я попаду в другую больницу, где таким вот как я ставят крышу на место, убеждая что они тут были всегда. А то, что там привиделось, это переизбыток бурной фантазии. В общем думаю не нужно ничего говорить.
— Я не помню — выдавил, еле слышно я. — Действительно, кроме своей прошлой жизни я ничего не знаю, и как тут я оказался тоже совсем не представляю. Хотя доктор что-то говорил про стройку, но про это промолчу, наверняка страж лучше меня знает что произошло.
Страж все так же изучающе смотрел на меня, а свечение исходящее от него стало сильнее.
— Ты говоришь правду, — ели слышно сказал он и дальше громче, — видно твоя память сильно пострадала. Тебя привезли с огороженной стройки боярина с титулом барона, — и тут он сделал паузу, — а впрочем, его имя тебе ничего не скажет. Там на сегодняшний день построено три этажа. Ты помнишь зачем ты туда полез? — он снова сузил глаза и от него стало исходить свечение.
Стало как то не по себе. А я оказывается аж с третьего этажа упал, вот что у меня так голова болела. Но если я не помню откуда я свалился, логично же, что я не помню как туда попал. Но я не сказал этого вслух. А сказал нейтральное:
— Не помню. — И пожал плечами, стараясь выглядеть как можно более убедительным.
Свечение усиливается. Вокруг его головы почти туман и немного плотнее вокруг тела.
— Этот дом принадлежит очень влиятельному лицу, что ты вообще помнишь? — Свечение почти скрыло его в тумане, а взгляд стал еще жестче.
Я то помню всю свою жизнь, по крайней мере до того как очнулся тут, но она точно прошла не в этом мире. Но инстинктивно чувствовал, что это говорить нельзя.
— Извините меня, я ничего не помню, помню только, что я оказался в этой больнице. Врача помню, а больше ничего.
Пелена темно-серого тумана словно скрыла стража. Но что странно, вижу это уплотнение вокруг него только я, в окне же отражается страж без этого тумана. Во время ответа, мой взгляд скользнул по окну.
— Что же, ты не врёшь, больше у меня нет к тебе вопросов. Я сделаю слепок твоей ауры и постараюсь узнать кто ты.
Темно-серое свечение вокруг него практически пропало. Страж ушел, и что странно дверь при закрытии не скрипела.
А я начал внимательно изучать обстановку палаты. Окна деревянные, некрашеные, а покрытые каким то лаком, видно текстуру дерева. Стекло очень чистое, практически не видное. Подоконник гладкий, на нем ничего не стоит, занавесок нет. В палате семь кроватей, рядом с каждой тумбочка, прям как в казарме, а не в больнице, все пустуют. 
Что примечательно, на всех есть постельное белье и каждая аккуратно заправлена. Наверное мне повезло, или нет. Но если бы кто-нибудь был, я бы смог расспросить своих соседей о том, что это за место. Однако я немного подумал и решил, что буду молчать в тряпочку. Не нужно никому знать откуда я.
В отделении стражей 
Страж, входит в здание находящееся в глухом переулке. На входе страж, дежуривший за стойкой говорит 
Иннокентий зайди к начальнику, он хотел тебя видеть. 
Страж поднялся на третий этаж и подходит к двери начальника, находящейся в конце коридора. Постучался и зашел внутрь. 
За столом сидел и перелистывал журнал начальник этого отделения стражей, увидев кто зашел к нему он уставился на зашедшего стража и спросил его: 
— Иннокентий, расскажи как ты побеседовал с этим мальчиком? 
— Он ничего не помнит. 
— Это хорошо, в этой ситуации это лучшее, а он помнит как его зовут? 
— Нет 
Начальник взял с полки тоненькую книжку и начал перебирать страницы. Так сегодня имена начинаются с буквы М. 
— Интересно, а насколько велика сама больница, как появятся силы выйду в коридор.
Потолок побелен, люстра какая-то странная, очень необычная, какое-то углубление в потолке из которого выглядывает часть непрозрачной белой сферы, из материала похожего на стекло, но нет на надутый мыльный пузырь похоже, только непрозрачный, глянцево-белый какой-то. Интересно, а как свет включается, ничего похожего на выключатель я в палате не видел.
 
На полу покрытие напоминающее наш паркет, но не покрытое лаком, и кое-где сильно потерто. Все кровати панцирного типа с массивными металлическими спинками, и с сеткой на которой вместо матраса лежит сложенное пополам одеяло и на нем простыня из грубого сукна, подушка набита перьями, кое-где немного колется, одеяло в пододеяльнике из того же материала, что и простынь.
На мне штаны без пояса и карманов, висят на мне с помощью завязок. Рубашка, как водолазка из моего мира, но не облегает меня, а практически болтается, она сделана из какой-то неизвестной мне ткани, но точно не синтетика.
— Такое ощущение, что я попал в девятнадцатый век нашего мира, но что за странное свечение исходящее от доктора и стража? Наверное я сильно приложился головой и мне видится то, чего нет.
В конце концов я притомился, разглядывать обстановку палаты и решил прилечь отдохнуть.
Лег на свою кровать, укрылся одеялом, устроился поудобнее, и только закрыл глаза, раздался скрип двери, ну специально что ли? Показалась немолодая женщина, не та, которую я видел в свой первый день, в белом халате с завязками по бокам. Она катила тележку на которой стояла кастрюля, а на нижнем ярусе были тарелки и стаканчики с ложками/вилками.
Она громко сказала мне:
— Завтрак!
Я аж поморщился, что она так орет, нормально я слышу. А санитарка наложила мне из кастрюли, кашу. Аромат от каши был такой силы, что у меня аж слюнки потекли, а желудок заурчал предвкушая скорое поглощение пиши.
Я вспомнил что, ел только один раз, а остальное время проспал, видно когда привозили еду я дремал, и меня не стали будить. Кроме каши, которая по всей видимости была манной, не знаю почему, но очень люблю манную кашу, мне дали два куска хлеба с маслом и налили в стакан, очень, сладкого чая.
— Как позавтракаешь, поставь всю посуду на тумбочку, я ее после заберу. Сказала мне санитар уже нормальным голосом и быстро покинула палату.
С огромным аппетитом я принялся завтракать, странное сочетание манная каша с хлебом на котором был размазан кусочек масла, но мне очень понравилось, выпив чай я снова улегся, вспомнил, что врачи не рекомендуют ложиться сразу после еды. Но я подумал, очень хочу спать, ничего плохого не случится, за один раз точно.
Проснулся и увидел у себя в палате вчерашнего врача. Видно дверь при его приходе не издавала звуков, иначе я бы проснулся. Он заметил, что я уже не сплю. Направился ко мне и улыбнулся, а после спросил:
— Как ваше самочувствие больной?
— Нормально, но почему-то сильная усталость, все время хочется спать, и еще я вижу какое-то свечение от вас и посетившего меня вчера стража.
Он призадумался и сказал:
— По всей видимости ты видишь поток, но как? Ты, даже если и владеешь потоком, то опытный наставник должен активировать твои способности. Но я не вижу в тебе таланта. Вокруг тебя нет никакого потока. Впрочем, тут нужны другие специалисты. Я же хотел выписать тебя завтра, но по вновь открывшимся обстоятельствам, не могу. Нужно понять что с тобой происходит. А сейчас я хочу осмотреть тебя.
Около него свечение усилилось, он пристально смотрел на меня, через минуту попросил встать.
— У тебя все в пределах нормы, но сегодня в районе твоей головы появился бело-желтый цвет. Это не понятно, обычно в районе головы не появляется это цвет, скорее всего это связано с твоей травмой. Сейчас, можешь отдыхать.
Остаток этого дня был похож на предыдущий. Я спал после обед, и опять уснул, вечером ужин и снова спать. С утра, перед завтраком ко мне пришел уже знакомый страж.
Я проверил тебя по всем архивам, нигде не нашел записей про тебя. Значит на тебя придется оформлять новые документы. Твое новое имя было выбрано в соответствии с нашими записями, теперь тебя зовут Михаил. Он вопросительно посмотрел на меня.