Восставшая Луна
— Извини. Пожалуйста, давайте продолжим. Но, гм… На учеников известных жокеев.
— Майк, прошлой ночью я передал тебе запись. — Я придвинулся поближе и прошептал в микрофон: — «День взятия Бастилии».
— Да, я помню, Ман.
— Есть какие-нибудь соображения по этому поводу?
— Самые разные. Выступление Вайо звучало весьма эффектно.
— Спасибо, Майк.
— Проф, вы можете отвлечься от мыслей о пони?
— Что? Ах да, конечно. Я весь обратился в слух.
— Тогда перестаньте прикидывать в уме варианты ставок. Майк может это сделать гораздо быстрее.
— Я просто не хочу терять время. Финансовое положение… неформальных групп, подобных нашей, всегда несколько шатко. Однако я могу заняться этим позже. Я весь внимание.
— Я хочу, чтобы Майк сделал предварительный прогноз. Майк, в той записи, о которой идёт речь, Вайо говорит, что нам следует вести торговлю с Террой по законам свободного рынка. Мнение профа таково, что нам вообще следует наложить эмбарго на поставки продовольствия на Терру. Кто из них прав?
— Ман, твой вопрос задан слишком неопределённо.
— Что я упустил?
— Ман, позволь я его сформулирую по-другому.
— Конечно, дай нам все возможные точки зрения.
— В ближайшей перспективе то, что предлагает Вайо, могло бы принести жителям Луны колоссальную выгоду. Цены на продовольствие, отсылаемое на Землю при помощи катапультных установок, в этом случае выросли бы по меньшей мере в четыре раза. При этом я учитываю и небольшой подъём оптовых цен на Терре — небольшой, поскольку Администрация и так осуществляет продажу по ценам, близким к ценам свободного рынка. В своих расчётах я не учитываю такие факторы, как продовольственные субсидии, демпинг и его бесплатную раздачу, поскольку всё это находится в прямой зависимости от огромных прибылей, связанных с тем, что закупочные цены сильно занижены.
— Слышите, профессор!
— Пожалуйста, дорогая, я ведь никогда этого и не оспаривал.
— Прибыль непосредственных производителей продовольственной продукции возрастёт более чем в четыре раза, поскольку, как справедливо указала Вайоминг, сейчас им приходится покупать воду и всё необходимое по высоким фиксированным ценам. После введения свободного рынка их прибыль на самом деле должна была бы возрасти приблизительно в шесть раз. Но здесь нужно учитывать то, что это даст толчок развитию некоторых других тенденций. Высокие цены на экспортируемую продукцию приведут к тотальному повышению цен на потребительские товары и сырьевые ресурсы. Кроме того, произойдёт увеличение стоимости труда. В общем и целом уровень жизни возрастёт в два раза. Этот процесс приведёт к резкому увеличению строительства новых систем туннелей и подачи в них воздуха, увеличению добычи льда и улучшению методов выращивания сельскохозяйственных культур, что, в свою очередь, опять приведёт к увеличению экспорта. Однако рынок Терры столь ёмок, а нехватка продовольствия на нём является настолько хронической, что уменьшение прибыли в связи с ростом экспорта не окажет существенного влияния на ситуацию.
— Но, сеньор Майк, — сказал проф, — разве это не приблизит день, когда ресурсы Луны истощатся?
— Сеньор профессор, я специально оговорил, что этот прогноз будет краткосрочным. Хотите ли вы, чтобы я составил прогноз на долгосрочную перспективу, который учтёт и высказанное вами замечание?
— Вне всякого сомнения.
— Масса Луны, если её округлить, составляет семь целых и тридцать шесть сотых на десять в девятнадцатой степени тонн. Таким образом, если принять все другие параметры, в том числе численность населения Земли и Луны, за константу, учесть динамику изменения уровня экспорта, пересчитав её на тонны, то можно сказать, что экспорт может осуществляться в течение семи целых и тридцати шести сотых на десять в двенадцатой степени лет, прежде чем масса Луны уменьшится на один процент. То есть в течение семи тысяч миллиардов лет.
— Что? Вы уверены в этом?
— Профессор, может, вам стоить проверить его расчёты?
— Майк, ты не шутишь? — спросил я. — Если это шутка, то она отнюдь не смешная, даже один раз.
— Нет, Ман, это не шутка.
— Но ведь нужно учесть, — сказал проф, — что мы же экспортируем не кору Луны. Мы экспортируем то, что составляет основу жизни, — воду и органические вещества, а не скальные породы.
— Профессор, я учёл это в своих расчётах. Выданный мной прогноз базируется на допущении возможности контролируемой трансмутации элементов — преобразовании одних изотопов в любые другие и на том, что при осуществлении этих реакций не будет выделяться избыточного количества энергии, то есть эти процессы не будут экзотермическими. В этом случае мы будем экспортировать именно скальные породы — камни, преобразованные в пшеницу и говядину или любую другую сельскохозяйственную продукцию.
— Но, амиго, это же смехотворно. Мы просто не знаем, как осуществить подобные превращения.
— Но мы будем это знать.
— Проф, Майк абсолютно прав, — вмешался я. — Сегодня у нас нет ни малейшего представления о том, как это делается, но ведь когда-нибудь оно у нас будет. Майк, не можешь ли ты подсчитать, сколько лет должно пройти до того времени, когда мы будем в состоянии осуществлять подобные превращения? Хорошо иметь в запасе такую возможность.
— Ман, мой единственный друг-мужчина, за исключением профессора, который, я надеюсь, тоже станет моим другом, — ответил Майк расстроенно. — Я уже пытался сделать это, но у меня ничего не получилось. Этот вопрос не может быть достаточно чётко сформулирован.
— Почему?
— Потому что для его чёткой формулировки необходимо располагать сведениями о теоретических прорывах в будущем. Согласно имеющейся у меня информации, невозможно предсказать, где и когда может появиться гений.
— Майк, амиго, — вздохнул проф, — я сейчас не знаю, что мне следует чувствовать, облегчение или разочарование. Получается, что твой прогноз не имеет никакого реального значения?
— Конечно, он имеет значение! — сказала Вайо. — Он значит, что, когда нам будет позарез нужно, мы где-нибудь откопаем себе гения. Майк, объясни ему это!
— Вайо, мне искренне жаль. Мне бы очень хотелось найти подтверждение твоему заявлению. Но сути дела это не меняет, и ответ остаётся прежним: гений появится там и тогда, где он появится. Мне действительно очень жаль.
— Но тогда выходит, что прав проф? — сказал я. — Ну что ж, пошли делать ставки?
— Минуточку, Ман. Существует решение, основанное на предложении, которое профессор сделал вчера вечером, — получать минеральные вещества в обмен на отправленную продукцию, тонна за тонну.
— Но это же нереально.
— Если цена транспортировки будет достаточно низкой, жители Терры пойдут на это. Для этого нужен не теоретический прорыв, а всего лишь небольшое усовершенствование технологии: нужно сообразить, как сделать поставки на Луну с Терры такими же дешёвыми, как катапультирование грузов с Луны на Терру.
— И ты называешь это небольшим усовершенствованием технологии?
— Ман, требуемое усовершенствование технологии, которое я назвал небольшим, является таковым только по сравнению с той, другой проблемой.
— Майк, дорогой, сколько времени займёт такое усовершенствование? Когда мы сумеем достичь его?
— Вайо, по самым приблизительным прикидкам, базирующимся на столь скудной информации, что их можно считать скорее интуитивными, это потребует порядка пяти лет.
— Пять лет? Но это же пустяк. Мы можем создать свободный рынок.
— Вайо, я же сказал, порядка пяти лет, а не примерно пять.
— Какая разница?
— Большая, — сказал я. — Майк пытается объяснить тебе, что он не ожидает появления подобной технологии раньше, чем через пять лет, но не будет удивлён, если она всё ещё не появится и через пять столетий. Так, Майк?
— Всё правильно, Ман.
— Тогда нам необходим ещё один прогноз. Проф указал нам, что мы безвозвратно теряем ту воду и органические вещества, которые отсылаем вниз. Вайо, ты согласна с этим утверждением?