Мантра тысячи смертей (СИ)

— Это гравитация тебя скинула и неуклюжесть твоя, — мальчик засмеялся, ловко отпрыгивая от очередного удара. — Ладно, давай на мировую? — Амит протянул руку.
— Как скажешь, — Аша угрюмо улыбнулась, принимая рукопожатие, но тут же торжествующе закричала, захватывая ладонь брата и резко притягивая к себе. Она дернула головой и ударила лбом прямо в нос. Амит вскрикнул, оступился и неуклюже грохнулся на спину. — Вот тебе и непревзойденная ловкость, — хихикнула Аша. Баланс был восстановлен.
Сестра оставила его валяться на крыше, а сама подошла к краю и аккуратно присела, не решаясь придвинуться ближе и свесить ноги. Вскоре он присоединился, вновь хитро улыбаясь и легко сел на самый край, потирая нос.
— Интересно, если ты свалишься, сломаешь себе что-нибудь? — неожиданно спросил Амит, глядя вниз.
— Проверять я это точно не стану, — усмехнулась Аша, хотя ей это тоже было немного интересно. Чем старше она становилась, тем прочнее было ее тело. Всего несколько дней назад она помогала Лелани на кухне и случайно резанула себя по руке острым ножом. К ее удивлению, на месте пореза остался только небольшой шершавый рубец, даже кровь не выступила. Тетя на это только хмыкнула, принимая чудесную крепость кожи девочки как обыденный факт.
— Так о чем был твой сон? — спросил брат, после того, как они несколько минут просидели в тишине. Они часто так делали. Могли просто сидеть вдвоем и молчать, глядя на ясное небо Паталы и на кроваво-красное солнце, что ожесточенно пекло, сжигая не привыкшую к такой жаре кожу.
— Я видела Лелани, она плакала, — начала Аша. Брат тревожно оглянулся, подсел поближе, положил руку на плечо, прижимая к себе сестренку, та не стала сопротивляться. — И с ней был другой мужчина, я никогда его раньше не видела, но они были чем-то похожи. Она что-то говорила, спорила с ним, но он не слушал, а потом развернулся и заговорил со мной, — Аша высвободилась из объятий брата, серьезно глядя ему прямо в глаза. — Он сказал, что я должна выбраться отсюда, покинуть трущобы, пока еще не поздно. Предупреждал, что злые люди будут искать меня.
— И кто этот мужчина? — задумался Амит, с тревогой рассматривая сестру.
— Я думаю, — голос запнулся, к горлу подступил комок и она отвела глаза, стараясь не смотреть на брата. — Мне кажется он мой отец, Амит. И он предупреждал меня об опасности.
— Ну дела, — выдохнул Амит, качая головой. Аша не стала рассказывать ему о битве, которая произошла во сне дальше. О горящих красным огнем воинах и о том, как мужчина и Лелани сражались с ними, легко побеждая. И о том последнем, грязно-розовом свечении, которое прекратило ее сон. — Думаю, нам стоит рассказать об этом Лелани. Она редко вспоминает о прошлом, а если что и говорит — то это россказни, смысла в которых не больше, чем в ложке вечернего супа.
— Почему ты думаешь, что в этот раз все будет по-другому? — неуверенно спросила Аша. С братом она была полностью согласна: без рассказа тети они тут не обойдутся.
— Противные мальчишки! — ответ Амита прервал громкий голос, доносящийся откуда-то снизу.
Брат с сестрой аккуратно перегнулись через край и заметили старика, валяющегося в пыли. Вокруг него кружили десять мальчишек, издалека похожих на красноватых бесов. Одна из невероятных рас Паталы, которых называли «кримзиты». Они разговаривали отрывистыми фразами, часто фыркали, постоянно ругались и встревали в неприятности. Невысокого роста, очень ворчливые и всегда норовящие влезть в очередную драку. Этих детей брат с сестрой уже не раз видели на улицах трущоб. Кримзиты плодились, как насекомые, рождаясь по десять-пятнадцать за раз. Хуже вечно недовольных вспыльчивых кримзитов были только сладжи, но их не пускали даже в трущобы. Аша слышала, будто они прятались в подземельях, выходя на улицу только ночью, но это было скорее страшной сказкой, чем реальностью.
Кримзиты подпрыгивали, корчили рожи и бросались камнями в старика. Один, чуть ловчее других, извернулся и метнул камень ему прямо в висок. Тот закричал и упал навзничь, продолжая причитать, но детей это не остановило, а наоборот — подзадорило, они продолжали обзываться и пинать старика.
 
— На помощь, на помощь, — жалобно кричал старик.
— Мы должны ему помочь, — Амит поднялся. Издевка пропала из его голоса, осталась только уверенность и решимость.
— Зачем? — удивленно проговорила Аша.
— Ты что, не видишь, как он одет? Одежда, хоть и старая, не порванная и не грязная, да и выглядит как костюм из сказок, а не лохмотья, вроде наших. Он явно родом не из трущоб. Спасем его — можем рассчитывать на награду, — глаза брата сверкнули алчным блеском.
Аша вгляделась в бедного старика, но не сумела заметить особой одежды. Все было в пыли и грязи, плюс рядом с ним кружились ненавистные кримзиты, но раз уж Амит что-то углядел, то сомневаться в этом не стоило. Зрение у ее брата было феноменально острым, как у самого настоящего сокола.
— Давай не отставай, — кивнул Амит, раскидывая руки и ловко спрыгивая с крыши, скача по перекладинами и ловко цепляясь за уступы.
— Ну уж нет, второй раз я не попадусь, — хмыкнула Аша. Она поспешила к той самой веревке, с помощью которой брат позорно поднял ее наверх, обмотала вокруг крепкой балки и начала аккуратно спускаться вниз.
Какое-то время все шло хорошо, она даже расхрабрилась и принялась понемногу отталкиваться ногами, осторожно отпуская веревку и хватая ее вновь. Девочка обвязала конец за пояс, а потому чувствовала относительную безопасность. Аше так понравилось спускаться вниз, что она позволила себе улыбнуться, что делала не так уж и часто. Улыбка слетела с губ, когда до нее донесся характерный хруст, с которым перегибается, а потом лопается веревка. Аша успела выругаться, в очередной раз машинально отталкиваясь от стены.
— Эй! — крикнул Амит, когда сестра с огромной скоростью пронеслась вниз и с грохотом приземлилась, поднимая облако пыли и раскидывая неровные камни.
Дети остановились, старик чуть приподнялся на локтях. Амит завис где-то на уровне первого этажа, раскачиваясь на очередной перекладине, как обезьяна. Маленькие красные демонята схватили камни и приготовились напасть на неожиданного гостя.
— Прочь, — в растворяющимся облаке пыли блеснули ровные белые зубы. Дети увидели девочку, на чьем белом теле появились неровные черные пятна, которые, словно живые, расползались по всей коже, соединяясь друг с другом и образуя страшный, диковатый узор.
Аша грохнулась плашмя, просто распластавшись на земле, но успела подняться до того, как спала пыль от удара. Она набрала полный рот камней и песка, из-за чего зубы скрипнули потусторонним, железным лязгом. В облаке оседающей пыли, с камнями и песком, вываливающимися изо рта, черной кожей, просматриваемой через грязные ошметки порвавшейся одежды и темными глазами, Аша действительно напоминала самого настоящего сказочного падшего, сошедшего со страниц детских страшилок.
Один из кримзитов закричал и метнул в девочку камень. Но снаряд просто отскочил в сторону, не оставив даже царапины. Аша улыбнулась и ринулась вперед, вытягивая руки в стороны. Девочка закричала, но это было похоже на протяжный вой, с которым женщина-демон вылезает из темного колодца, охотясь за душами непослушных детей. Кримзиты закричали, побросали камни и разбежались куда глаза глядят, даже не оборачиваясь.
— Неплохое шоу ты тут устроила, девушка, — закряхтел старик, требовательно вытягивая руку. Видимо ждал, когда Аша поможет ему подняться. Девочка почти ничего не видела, поэтому просто остановилась, выплевывая изо рта остатки грязи и протирая глаза.
— Они убежали? — громко спросила Аша.
— Ты всех распугала, сестренка, — Амит подоспел вовремя, подхватывая старика за руку и, не без усилий, поднимая вверх. Старик отряхнулся от грязи и с интересом стал рассматривать кожу Аши.
— И давно у тебя это происходит, — он ткнул ее прямо в шею, туда, где черная вязь еще не исчезла.
— Такого раньше еще не было, — Амит встал рядом, присоединяясь к старику. — Она последнее время все меньше боль чувствует, видимо это новый этап. Думаете, это болезнь такая?