Мантра тысячи смертей (СИ)

Мир Паталы уже давно пришел в запустение. Единственным развлечением, которое позволяло ему кое-как справляться с апатией и разрухой, стали кровавые сражения. В Патале бои никогда не угасали. Если в других мирах арены служили для взращивания великих воинов и решения конфликтов между городами и целыми государствами, то здесь все было намного проще: на арену мог попасть любой достаточно удачливый воин и сражаться, в безумной надежде получить от жизни то, о чем всегда мечтал.
Большинство погибало если не в первом круге, то в последующих, и лишь единицы поднимались достаточно высоко, зарабатывая уважаемое звание чемпионов. Каждый из них получал не только деньги, но и возможности — победители имели право претендовать на уважаемую должность распорядителя арены, или хотя бы найти себе место в его приближенном круге. А когда приходило время, распорядитель мог бросить вызов правящим чемпионам столицы. На арене, созданной богами, они сражались за право представлять Паталу в великой битве, охватывающей все миры Трилоки. Победители Турнира Междумирья, по преданию, становились дэвами, богами, правящими всеми расами трех миров, сидя на необъятных золотых тронах.
Конечно, живущие в Патале, вряд ли мечтали о столь заоблачных высотах. Обычно воины, попадающие на арену Стилантры, ставили перед собой более приземленную задачу. Например:
— Когда мы будем пробовать рыбу? — девушка угрюмо рассматривала одну черную точку на крыше перегруженной повозки. Рядом сидел полусонный старик, сложивший руки под седой бородой и делающий вид, что не слышит причитаний девушки.
Насмешливая физиономия молодого парня свесилась откуда-то с крыши, уставившись на сестру.
— Ворота совсем рядом, скоро приедем, — подмигнул он, взлохмачивая волосы сестре.
— Видишь что-нибудь интересное? — с надеждой спросила она. Мальчик на секунду поднялся, всматриваясь вдаль.
— Вижу только белые стены и кучу повозок, сгрудившихся у ворот, — рассмеялся он.
— Ты со своими вопросами уже всех достала, — недовольно хмыкнула старушка, сидевшая напротив девушки.
— Могу оторвать тебе уши, тогда и слушать меня не придется, — буднично повела плечами девочка, наклоняясь к бабке. В ее черных глазах блеснула недобрая искра, бабуля тут же принялась ворчать и отвернулась в сторону, испугавшись за целостность собственного тела. — Так я и думала, — кивнула девушка, ухмыляясь.
— То, что ты можешь оторвать почтенной старушке голову, не дает тебе право с ней так разговаривать, — старику пришлось открыть глаза и укоризненно посмотреть на ученицу. Аша слишком много времени посвятила тренировкам и обучению, почти полностью растеряв любые социальные навыки, хотя Рави всерьез сомневался, что они у нее когда-то были.
— Да, да. А вы обещали нас угостить блюдом из рыбы, только мы уже почти день трясемся в этой повозке и к обещанной еде даже не приблизились.
— Получишь ты свою рыбу, но только после победы, — хохотнул учитель.
— Победы, ха! — встряла вновь бабка и в повозке тут же послышались недовольные вздохи. — Да тебя завтра в мешке обратно в трущобы вернут. Где это видано, чтобы такие дрянные девчонки еще и на арене побеждали.
Бабуля засмеялась, а девушка буднично сложила пальцы и быстро щелкнула перед носом у хохочущей старушки. Учитель смог вовремя одернуть руку ретивой ученицы, и потому та лишь задела кончик носа надоедливой бабки. Рыжеватая сморщенная кожа тут же треснула, выпуская несколько мелких капелек крови.
— Так все, на выход, — скомандовал учитель, буквально выталкивая девушку наружу. — Амит, спускайся, — крикнул он парню.
— Она первая начала! — девушка надула щеки, упираясь, но все же выскакивая из повозки.
— За ваше беспокойство, — учитель кинул пару серебряных монет старушке, которая остолбенело и дико уставилась на странную троицу, не говоря ни слова. Бабка приняла деньги и тупо косилась на свой разодранный нос.
Еще долго ее не будет покидать странный вопрос. Что бы произошло, если бы учитель не успел схватить за руку эту выскочку? Бабка так никогда и не узнает ответ, а вот раздосадованная Аша была почти уверена в своих силах:
 
— Ой, да ладно, ну размозжила бы ей череп немного и все. Она ренжирка, на них все как на собаках заживает.
— Расколотые черепа не восстанавливаются, — рассмеялся Амит, и тут же осекся, видя недовольный взгляд сестры. — По крайне мере, мне так кажется.
Учитель Рави подгонял их, заставляя протискиваться между рядами снаряженных повозок, запряженных недовольными мулами. Те постоянно издавали икающие звуки и били копытами по уложенной неровными кирпичами дороге. Повозок, желающих пробиться в Стилантру, было больше сотни, и та, из которой они вышли, была далеко не в первом десятке. Рави и так был уверен, что придется идти пешком и проникать в город через небольшую дверцу, находящуюся чуть поодаль. Он махнул подопечным, обходя очередную повозку с недовольным кучером.
Тот что-то крикнул учителю, но Рави не посчитал нужным даже обернуться. Они вышли из общего потока и тут же оказались на знакомом с детства красном песке.
— И тут он, — вздохнула Аша. В последнее время она превратилась в вечно недовольную, слегка высокомерную молодую девушку, которая не считала нужным демонстрировать хоть какие-то манеры окружающим.
И, тем не менее, она выросла в интересную молодую особу, награжденную в результате тяжелых трудов тренированным и сильным телом, правда лицо ее сохраняло некие детские черты, радость и любопытство. Длинные темные волосы, белая кожа и черные глаза придавали ей какой-то особенный шарм. Вместо того, чтобы выглядеть страшной и отталкивающей, Аша наоборот превратилась в довольно-таки притягательную юную женщину. Правда, ее особенная внешность не шла ни в какое сравнение с отвратительно скверным характером, который она любила проявлять по поводу и без.
Амит же совсем не изменился. Такой же жизнерадостный и неунывающий мальчуган. Загорелый, светловолосый юноша, невероятно высокий, почти на две головы выше сестры, плечистый с отчетливо проглядывающими жгутами мышц, он стал похож на доброго великана, который мог как крепко обнимать красивых девушек, так и с легкостью отрывать руки и ноги самоуверенным глупцам, решившим бросить ему вызов.
До приезда в Стилантру учитель Рави уже пускал детей в бой. Он подстраивал бои, «покупая» бойцов за жалкие медяки и натравливая на своих подопечных. Ни брат, ни сестра не проиграли ни в одной из схваток. Амит дрался более эффектно, используя прыжки и быстрые серии атак. Он прекрасно контролировал свое тело и пространство вокруг, любил удивлять толпу и исполнять невероятные пируэты, отталкиваясь с разбегу от стен и других препятствий. Его драки всегда собирали зевак и очень скоро он стал знаменит на все трущобы как «ловкач Амит». С Ашей была совсем другая история. Когда на нее нападали, зрители пытались убежать как можно скорее. Аша не сражалась — она уничтожала своих врагов. Каждый удар бил точно в цель, как отбойный молоток, кроша кости и разрывая мышцы. Каким бы ни был противник, у Аши всегда был простой и действенный рецепт, выверенная тактика. Нанести несколько тяжелых, быстрых ударов, не сдерживая сил и не пытаясь разгадать способности оппонента. Из-за этого учитель Рави так и не смог по достоинству оценить навыки боя своей подопечной — никто не поднимался после серии сокрушительных атак.
Стилантра, как и многие города на юге Паталы, утопали в так называемом Великом Море Красного Песка. Огромная пустыня бескрайним полотном застилала почти всю Южную часть мира. От центральной Паталы и до Черного Южного Края простиралось царство песка. Многие говорили, что в давние времена его не было совсем, но после падения последнего Великого Рода Асур красный песок посыпался с неба, оплакивая смерть великих властителей Паталы.
Учитель Рави в эти россказни не верил. Сам он, как и любой другой настоящий человек, был родом из Бхуми, а когда попал в Паталу впервые, будучи еще сам учеником, она уже была завалена этим самым красным песком.