О нём (СИ)

– Почему вы сами этим не займетесь?
Умар задумчиво постукивает пальцем по столу.
– Не факт, что у меня будет время довести дело до конца. Вариант с тобой я придерживал на крайний случай, – улыбается криво.
– Все-таки вы больны, – не спрашиваю, а утверждаю я.
– Рак легких. Четвертая стадия. Так что, сынок, я могу на тебя рассчитывать? Пообещай!
Сухие узловатые пальцы обхватывают мое запястье и с силой сжимают. В глазах Умара горит фанатичный огонь. Он одержим. Одержим – абсолютно точно. Понимать бы еще чем… Какой идеей? Двадцать лет собирать компромат на верхушку, чтобы поквитаться с одним человеком?
Извлекаю из памяти все, что мне известно о Булавине. Воспоминания свежи, потому что я не так давно землю носом рыл, чтобы выдернуть из его цепких лап Амалию. Карьера у него довольно типичная для чувака того времени. Горячие точки, антитеррор… Мы даже могли пересекаться в каких-то заварушках. Стоп.
– Пообещай, слышишь? Ты теперь часть семьи. Сын, которого у меня отняли. Пообещай, что он за это ответит…
Слова тестя отбрасывают меня на годы и годы назад. Булавин был как-то причастен к случившемуся кошмару? Если так, то он – просто невероятно живучая тварь.
– Ради моей дочери, твоей будущей жены – пообещай.
Тестю явно становится плохо. Я вскакиваю. Наливаю воды. Сейчас, когда он так слаб, мне можно ничего не обещать. Вообще. Действовать в одиночку и в своих интересах. Кстати, он этого тоже не может не понимать. А значит, действительно мне доверяет, оказывая тем самым большую честь. У меня даже дыхание перехватывает.
– Спокойно, Умар. Не волнуйтесь. Конечно, я так этого не оставлю.
– Из-за него я потерял жену и двух сыновей. Из-за банальной халатности, понимаешь? Всю свою жизнь… потерял.
– Умар, я не могу действовать вслепую. Дайте мне хоть пару дней, чтобы все как следует изучить, – киваю на телефон.
– Через пару дней у вас с моей дочерью свадьба.
– А до этого я, видно, должен доказать, что ее достоин, по полной подставившись? – замечаю иронично.
– Скажем так, понимание того, как нелегко тебе досталась моя девочка, заставит, наконец, по достоинству ее оценить.
– Боюсь, если я опять исчезну, – машу рукой, – Динара, напротив, потеряет остатки терпения. Вы же понимаете, что начнется, когда я дам делу ход.
– Зря ты так думаешь. Динара умница. И все поймет правильно.
После всех тех ошибок, что я уже совершил в отношениях с ней, у меня нет в этом уверенности. С другой стороны, мне ничего другого не остается – только поверить тестю. Раз уж я решил вписаться в эту историю.
Булавина мы задерживаем в тот же день. И хоть Умар заручился гарантиями на самом верху, я до последнего не исключаю того, что ситуация перевернется, и крайним окажусь я сам. И просто делаю то, чему меня учили. К концу дня новость о задержании Булавина распространяется в СМИ. Я по своим каналам помогаю журналистам подать информацию так, как нужно. По чуть-чуть то там, то тут стравливая кое-какие горячие факты. Без доказательств, но некоторые имена мелькают. Имена тех, в покровительстве которых Булавин ни капли не сомневался, но которые в два счета его слили, стоило только запахнуть жареным. Неудивительно, учитывая, что одно упоминание в связке с ним могло вызвать повышенный интерес к кому угодно. Кому это надо?
– Думаешь, ты меня переиграл, да, Гатоев?
– Не понимаю, о чем вы. Я просто делаю свою работу, Петр Константинович.
– Делай, делай, касатик… Только не забывай, что за все в этой жизни придется платить. Не тебе, так кому-нибудь близкому. Спроси, кстати, у своего свекра, как оно… с этим жить.
– Вы мне сейчас угрожаете? – сощуриваюсь.
– А ты всерьез думал, что я спущу тебе это с рук? Только потому, что от меня отвернулись сильные мира? Да брось. Я никогда не складываю все яйца в одну корзину. От всякого отребья, знаешь ли, зачастую гораздо больше пользы…
– Значит, угрожаете.
– Да нет же! Я тебе будущее предсказываю. Знаешь что тебя ждет? Страх… Как думаешь, я уже твою девочку заказал? Или все впереди?
 
Он нарочно выводит меня на эмоции. И только понимание этого удерживает меня от того, чтобы не вцепиться уроду в глотку.
– Говоришь так, будто тебе самому нечего терять.
– Так ведь нечего. Дети мои давно за бугром – тебе их не достать. А жена… Думаешь, мне не похуй на эту клячу?
Мерзкий гогот Булавина стоит у меня в ушах, даже когда я выхожу из СИЗО.
Хоть обещал себе бросить курить, стреляю у проходящего мимо летехи сигарету и с удовольствием затягиваюсь. Интересно, что бы сказал по этому поводу тесть. Его месть того стоила? Или, может, было бы лучше все оставить как есть? Я так точно склоняюсь к последнему.
Уж не знаю, что это за магия, но угрозы старого хрена достигают цели. Курю, но сосущее чувство внутри дымом не заполнить… Сука. Сколько раз мне угрожали? Да не счесть. И все пофиг было. А теперь я чувствую свою уязвимость. Ею стала хрупкая девочка с красивыми глазами.
Ладони потеют так сильно, что сенсор на телефоне срабатывает не сразу.
– Привет.
– Привет!
– Прости, я пропал.
– Папа сказал, что у тебя дела были.
– Да. Ты как?
– В ужасе, если честно.
– М-м-м, и по какому же поводу? Предсвадебный мандраж?
– О, это тоже, но еще и…
– Смелей, Динар. Что тебя тревожит?
– Я сегодня была у гинеколога, – после продолжительной заминки выдает неожиданное.
– И? Что-то не так? – затягиваюсь сильней, так что горечь дешевого курева безбожно дерет глотку.
– Нет-нет, все нормально. Но я попросила подобрать мне… контрацепцию. Учитывая все обстоятельства, я не думаю, что нам нужно торопиться с детьми. 
– М-м-м. Ну, а от меня что ты хочешь услышать?
– Поскольку так не принято поступать, я, наверное, хочу услышать, что ты не против, – шепчет Динара. И ведь она права, да… Не принято. И поэтому первым делом меня окатывает волной разочарования с яркой нотой злобы. А уж потом включается здравый смысл – в конце концов, учитывая поступившие мне угрозы, сейчас и впрямь не лучшее время для обзаведения потомством.
– Я не против.
– Правда?
– Да.
– Я не отказываюсь, Муса. Я просто… немного напугана.
– А я рад, что ты делишься со мной своими эмоциями. Так и продолжай.
В динамике слышится мягкий смешок:
– Не боишься, что я быстро тебе надоем?
– Ни в коем случае. Как отец? Завтрашний день вытянет?
Будет много гостей. Нельзя, чтобы его увидели слабым. По крайней мере, до тех пор, пока остается непонятным, кому выпадет честь возглавить наше ведомство.
– Он непривычно тих. Я очень волнуюсь, как папа переживет мой отъезд.
– Ты же не на Луну переезжаешь. А ко мне в дом.
Который, кстати, неплохо бы еще раз проверить на предмет безопасности. Мы сворачиваем разговор с Динарой, я весь вечер и половину предсвадебной ночи кручу-верчу камеры, перенастраиваю сигнализацию и по двадцатому разу инструктирую новую охрану. И только под утро ловлю себя на мысли о том, что чертов старик оказался прав. Я действительно, сука, боюсь. Боюсь так, как никогда до этого не боялся.
  
Глава 12
 
Роспись, никах, валим… Можно сказать, три свадьбы позади, а я как будто и не жена, потому что отец с Мусой решили, что я перейду к мужу только после валима, который мы отмечаем сегодня.
Обвожу взглядом богато накрытые столы. Скольжу по лицам гостей. Если обряд никаха мы провели в обществе самых близких, а роспись оформили и вовсе через сайт, то на валим пригласили кучу народа. Многих из этих людей я даже не знаю. Списки приглашенных корректировались отцом, и тот, конечно, не упустил возможности пригласить «нужных» людей. И не то чтобы я против. Скорее всего, мне бы просто хотелось увидеть чуть больше знакомых лиц. Ой, да кого я обманываю? Мне страшно не хватает мамы и братьев. Я гадаю, какими бы они стали. Что бы чувствовали, отдавая сестренку замуж. Подначивали бы меня? Или, наоборот, давали бы какие-то мудрые наставления наравне с отцом? Их отсутствие в такой важный момент ввергает меня в печаль. Оставляет в душе пустоту, которую никто не может заполнить.