Инквизитор (СИ)

— Стиралки с вертикальной загрузкой.
— Да у них много всего, даже телеки и кофеварки.
— Получается, мы спасли этого упыря от разорения?
— Разорение — громко сказано. Для Глинских бытовая техника — капля в море. Но убытки они понесли бы знатные. И репутационные в том числе.
— Понятно. Но мы же инквизиторы, у нас свои дела. Шли этого магната лесом, я занят.
— Чем, если не секрет?
— Учебником по психологии.
— Придётся отложить.
Начинается.
— Так, — происходящее мне совсем не нравится. — И где моя автономия?
— Не распространяется на случаи, когда от твоих действий зависят общие интересы, — отрезал учитель. — Инквизиция придерживается политики сотрудничества с властями, если это не противоречит Кодексу. Власть в Турове — это клан. Рыси хотят отметить наш подвиг, этот приём в честь нас и организован.
— Японский городовой.
— Думаешь, я в восторге? Несколько часов, убитых на эту нудятину. Приглашения выслали на консисторию, а спустя час мне позвонили из Супремы и прямо сказали, что явка обязательна.
— И когда этот приём?
— Двадцать седьмого декабря.
— Но это же завтра!
— Ты меня поймал.
Я уже собирался повесить трубку, но меня настиг голос учителя:
— Забери свой пригласительный билет. И… пройди краткий инструктаж завтра утром.
— Инструктаж? — подарки продолжают вылетать из коробок.
— У меня, — поспешил успокоить боевой товарищ. — Это касается базовых принципов поведения инквизитора на подобных мероприятиях.
— Что ещё за принципы?
— Да ничего особенного. Жду у себя в кабинете в девять утра.
Возразить я не успел — трубка наградила меня короткими гудками.
Остаток дня выдался насыщенным.
Поскольку я начал обустраиваться в собственной усадьбе, возникло много насущных вопросов. Тут и регулярное снабжение продуктами, и постоянный шум из-за строителей плюс телодвижения наёмников, буквально разворотивших окрестности. Мимо окон сновали погрузчики, големы, монтажные и боевые мехи. Раскисший из-за потепления снег месили гусеницы вездеходов. Отдохнуть в такой обстановке вообще нереально.
Аэрокар мне пришлось отогнать чуть ли не к самой опушке леса.
У нас, разумеется, был гараж, но я не представлял, как впихнуть туда летающую машину. Судя по всему, я буду вынужден строить посадочную площадку. Или специальный ангар. Нажил себе головную боль…
Идея с приёмом мне не понравилась.
Дело даже не в том, что я не любитель светской жизни. Все эти рауты, званые ужины, балы вгоняют меня в беспросветную депрессию… Фишка в том, что это нарушает мои планы. Я собирался до Нового года выехать в Москву, отыскать криминального авторитета по кличке Немец и выбить из него информацию о врагах. Учитывая мои провидческие способности, это не составит особого труда. Но теперь… поездка откладывается минимум на сутки. А это означает, что праздник я рискую встретить не в своей усадьбе, а в заснеженной столице России.
Хм, зато настоящий снег увижу.
У нас опять потепление, грязь и слякоть.
По коридору разнёсся звук перфоратора. Мерзость какая. Ну почему в этом мире существуют столь отвратительные устройства?
Набросив на рабочее пространство купол тишины, я открыл учебник по психологии.
* * *
Чтобы выиграть бой за единственный работающий в доме санузел, я встал чуть ли не в шесть утра. Теперь в моём доме творится не пойми что. Понаехало гостей… Точнее, работников. И если строители пользуются биотуалетом на улице, то в самом особняке теперь живёт Вески, несколько одарённых из личной охраны Вари Фурсовой, сама Варя и семья Бенедиктова.
Как вы уже догадались, стряпчий принял моё приглашение. Мужик он был здравомыслящий и прекрасно понимал, что наши неведомые враги могут сделать с его близкими. Мне пришлось освободить гостевой этаж и временно перебраться в кабинет, где я поставил раскладывающийся диван. Бенедиктов перетащил в мой дом жену, тёщу и троих детей, причём младшим не исполнилось и десяти лет. Дети носились по этажам, путались под ногами у строителей, шумели и раздражали. А всё почему? Потому что в школах сейчас зимние каникулы.
 
В общем, поднялся я рано из-за сантехнических проблем. Реконструкция на верхнем этаже была настолько фундаментальная, что строители заново прокладывали водопроводные и канализационные трубы, отключив часть стояков. Унитазы и прочая дребедень тоже менялись, как и бытовая техника.
Позавтракав по привычке овсянкой и бутербродами, я в очередной раз задумался о поваре, слугах и нормальном снабжении усадьбы. Мне нужны люди, которые будут закупаться едой, готовить и подавать всё это по щелчку, но сейчас на поиск подходящих кандидатур попросту нет времени.
Из усадьбы вылетел за час до назначенного срока. К этому времени уже все проснулись. Бенедиктов взялся за изучение слабых мест «Транскапитала», чтобы подготовить грамотный иск. Да, мы намеревались судиться с Ганзой, и у нас появились ресурсы для схватки, но этого недостаточно, чтобы отжать отцовские капиталы. Прежде всего нам стоило изучить юридические акты, на которых базируется наглая политика ганзейцев в России. Особый упор стряпчий делал на прецеденты, которые имели место в прошлом.
Варя на бронированном внедорожнике под присмотром двух телохранителей экстра-класса отправилась в город, чтобы встретить прилетающего друга Фурсовых — телепата, согласившегося работать на девушку, несмотря на внешние угрозы. Насколько я понял, этот человек был как-то задействован в схемах сбыта крема, и Варя намеревалась вести через него ответственные переговоры.
Оказавшись на улице, я оценил размах, с которым поработали «черепа». Вокруг моего дома возвели миниатюрный военный лагерь, причём сделали это грамотно, чтобы не мешать хозяину. Казармы, ангар, ремонтная мастерская, гаражи, здание СБ — всё располагалось на достаточном расстоянии от усадьбы и не мозолило глаза. Постройки были временными и легко разбирались при необходимости.
А ещё появился периметр.
Сетчатый забор, колючая проволока, шлагбаум и КПП, непонятные столбы явно артефакторного происхождения, наблюдательные вышки в углах условного квадрата, прожектора, видеокамеры… Последние, кстати, были понатыканы везде, где только можно.
Удовлетворённо хмыкнув, я пошёл к «Соколу».
Планов у меня вагон и маленькая тележка.
И планы эти не ограничиваются встречей с Брониславом.
  
Глава 22
 
С появлением в родовой усадьбе наёмников жить стало гораздо проще. Мы с Варей получили возможность заниматься важными задачами автономно, не оглядываясь друг на друга. Я вплотную занялся подготовкой к повышению ступени, нашими врагами в Москве и общими вопросами безопасности. Фурсова сосредоточилась на снабжении рудника, регулярной отгрузке крема и управлении нашими землями.
Прибыв на инструктаж, я встретился с Брониславом и выслушал сжатую лекцию о том, что можно делать и чего нельзя на приёме у Глинских. Тезисы оказались предсказуемыми. Мы — личности не светские. Поэтому идём не в смокингах, а в рясах. Берём с собой оружие, если захотим. Игнорируем любые попытки клановцев вытащить из нас секретные данные. Не распространяемся о ходе расследования по Адельбергу. Отказываемся от презентов, денег и прочих форм взяток, через которые из нас попытаются сделать союзников. Никакой реакции на предложения по династическим бракам.
Кстати, о браках.
Кодекс не запрещает инквизитору заводить семью и даже брать нескольких жён, если возникнет желание. Мы можем жениться на простолюдинках и дворянках, забивая болт на сословные ограничения. И заводить детей, которые не связаны с консисторией и будут блюсти интересы исключительно своего Рода. В то же время, семья инквизитора находится под защитой Супремы. Улавливаете нить? Большой процент девушек в лепёшку расшибётся, чтобы захомутать инквизитора, родить от него ребёнка и получить гарантии безопасности на десятилетия вперёд. Так что за молодыми послушниками и даже братьями в возрасте на всевозможных раутах и вечеринках разворачивается подлинная охота.