Инквизитор (СИ)

Сразу отмечу, что зачистки может и не быть. Чаще всего каратели уничтожают вооружённых противников и мощных одарённых, но главного подозреваемого стараются оставить в живых. Во-первых, чтобы выйти на других еретиков, получить больше информации. Во-вторых, чтобы устроить в финале показательную казнь с редактированием судьбы.
Головной боец всегда вооружён дробовиком. Этот каратель либо отстреливает замок с петлями, либо выжигает дверь к чертям собачьим, если он пирос, либо применяет иной Дар для расчистки прохода. Зачастую внутри уже успели поработать прыгуны, но во избежание косяков головной отходит в сторону, а внутрь просачиваются слаженные двойки инквизиторов, зачищающие всё по секторам. Сначала идёт первая пара, затем — вторая. Тыл прикрывает пятый боец. По совместительству, целитель.
Схемы варьируются в зависимости от данных, предоставленных провидцем и телепатом.
Мехов инквизиторы не пилотируют.
Вообще.
В учебниках написано, что среднестатистический каратель от седьмой ступени и выше может без особых проблем разобраться с шагателями всех поколений.
После зачистки объекта, ликвидации опасных еретиков и ареста выживших начинается работа дознатчиков. Все запрещённые устройства, вещества, чертежи и иные материалы опечатываются, перевозятся в консисторию и подвергаются всестороннему анализу.
Я всей этой хренью заниматься не собираюсь, меня интересуют исключительно твари. Но вот зубрить схемы приходится, иначе экзамен не сдашь.
Три дня гемора — и я в тёмно-серой рясе.
Окончательное решение принимал боевой куратор Александр, но это было чистой формальностью. Я не просто сдал боёвку в нужном объёме, на моём счету числилось участие в рейде, в составе оперативно-тактической группы инквизиторов. Даже если бы я молчал на устных экзаменах, меня бы тянули изо всех сил. Но я не молчал. Отвечал чётко и по существу, путался по мелочам.
Инструктаж тоже проводил Александр.
— Третья ступень позволяет свободно пользоваться табельным оружием, — сообщил Александр, — не ограничивая себя самообороной. У тебя есть право на модификацию сакса категории «В», улучшение тычкового ножа и получение двух тонф с прохождением сопутствующего курса обучения. У тебя, послушник, есть право свободного перемещения по городу. Ты больше не обязан ночевать в кампусе. Живи в любой точке города или за его пределами по своему усмотрению. Ты можешь участвовать в рейдах инквизиции на правах стажёра. Иными словами, быть членом оперативно-тактических групп с испытательным сроком. Блокировка с группы файлов третьего уровня допуска снимается. Отец Бронислав?
Мой наставник прибыл из Наска сегодня утром на скоростном самолёте.
И сразу поспешил принять участие в аттестации.
— У меня есть небольшое дополнение, — сказал Бронислав, поднимаясь. — В ходе недавней экспедиции послушник Ростислав проявил себя с наилучшей стороны и внёс существенный вклад в развитие внешней безопасности Земли. У меня в руках эдикт Супремы, подписанный самим протоинквизитором, согласно которому Ростислав переводится из разряда послушников в разряд братьев, окончательно приписывается к ордену карателей и получает право на автономную деятельность.
После этих слов повисла гробовая тишина.
Братья начали обмениваться недоумёнными взглядами. Почти на всех лицах читался откровенный шок.
— Отец Бронислав, — нарушил затянувшуюся паузу Александр. — Володкевич обладает несомненным талантом, но чтобы… автономия? И перевод в братья? Обычно этот статус получают выпускники духовной семинарии, при этом их ступень посвящения должна быть не ниже четвёртой.
— Абсолютно с вами согласен, — кивнул Бронислав. — Поэтому в эдикте есть пометка, согласно которой Ростислав окончательно утверждается в статусе инквизитора после сдачи на четвёртую ступень и освоения программы семинарии в полном объёме.
— То есть, после окончания последнего курса, — уточнил Александр.
— После сдачи всех экзаменов, — возразил Бронислав. — Если мой ученик справится раньше, вы аттестуете его досрочно.
 
Несколько секунд Александр потрясённо молчал.
— Пользуясь случаем, — ввернул я. — Хотелось бы заявиться на аттестацию по четвёртой ступени.
— Заявиться сейчас? — уточнил один из экзаменаторов.
— Чем быстрее, тем лучше, — подтвердил я.
Бронислав наградил меня тяжёлым взглядом.
И поспешил внести разъяснение:
— Мы с учеником обсудим сроки, и я поставлю вас в известность, брат Александр.
— Как скажете, отец, — куратор вежливо склонил голову.
Мне оставалось лишь получить рясу и новое оружие, а потом отправиться в информаториум для познания неведомого, но в коридоре меня перехватил Бронислав:
— Ты что творишь, окаянный?
— В смысле? — я невинно захлопал глазами. — А что не так?
— Нужно подготовиться к сдаче на четвёртую ступень, — прошипел наставник. И продолжил, но уже спокойнее: — Основательно подготовиться, понимаешь? Там добавляется бой с тонфами, куча теории, огнестрел, тактическое взаимодействие в группе с холодным оружием, практическая артефакторика, криминалистика и психология отступников… А ещё тебе понадобится каббалист, который будет на постоянной основе модифицировать твоё оружие. Это как личный настройщик, понимаешь? Где ты собрался искать такого человека?
— Думал, этим занимаются опытные каббалисты.
— На начальных этапах, — нехотя признал Бронислав. — Потом Знаки подбираются индивидуально, и тут не обойтись без регулярного сотрудничества с одним каббалистом. А их у нас очень мало.
— Упущение, — заметил я.
Бронислав не стал спорить.
— Ещё какое. Понимаешь, сейчас доминирует образовательная программа «ястребов». Ядро отцов-теоретиков, которые хотят усилить инквизицию за счёт боевых психотипов.
— Но забывают о балансе, — добавил я.
Мы вышли на улицу, и я сразу пожалел о том, что не успел надеть шапку и перчатки. В лицо ударил холодный ветер, мороз обрушился на уши.
Делать нечего.
Накидываю доспех.
Стихийный урон — он ведь ничем, по сути, не отличается от плохой погоды. А мой доспех и не такие температуры выдерживает.
— В общем, найди каббалиста, — посоветовал Бронислав. Наставник, казалось, не замечал пронизывающего ветра и глубокого минуса. — А потом заявляйся.
— Но ты можешь меня подготовить? — я поравнялся с карателем. Обогнув снегоуборочную машину, мы зашагали по коричневому насту к зданию консистории. На углу одинокий голем долбил ломиком лёд. — Тонфы, список литературы, всё такое.
— Конечно, — откликнулся Бронислав. — У тебя сейчас куча времени. Получай комплект обмундирования, отдавай оружие на переделку, бери тонфы и — вперёд!
На всю эту волокиту я убил час своего времени. И это при том, что благодаря Тайной Сети все уже были в курсе моего повышения. Для начала пришлось сдать старую рясу, комплект «фирменной» одежды и модные трекинговые ботинки, с которыми я прошёл огонь и воду. Взамен мне выдали всё то же самое, но тёмно-серого цвета. Объяснили, что прочность повышенная, комплект разрабатывался для семинаристов с начальными допусками к рейдам.
Переобувшись и переодевшись, я направился к оружейнику, где сдал под роспись сакс с тычковым ножом. Почему-то вспомнилось, что сакс местные святоши уважительно называют Десницей. В учебниках это даже пишется с большой буквы.
Мастер-оружейник упаковал оружие в специальные боксы, прикрепил к свёрткам наклейки с моими данными и заявил, что каббалистический отдел загружен, и я получу свои клинки уже после Нового года. От предложения временно поносить другой сакс я отказался. Мне, знаете ли, родовой меч по душе. И мои техники, которые лучше любого меча.
Тут же я получил тонфы.
Эти штуковины мне напоминают дубинки полицейских — я иногда вижу их у стражей порядка в разных городах нашей необъятной Родины. По сути, дубинка с ручкой. С моей точки зрения, этим только в носу ковыряться. Или избивать парализованных младенцев в песочнице. Но мастер-оружейник со смешком заметил, что эти «ковырялки» благодаря цепочкам Знаков и разломным материалам выдерживают рубящие удары катан и двуручных секир. Пожав плечами, я сложил тонфы в общий чехол, перебросил трофей через плечо и вышел из мастерской.