Мой любимый охотник (СИ)

— Оставь это, — Бес возник около меня очень неожиданно, что я чуть не выронила намыленную тарелку. — Ты — готовишь, мы — убираем.
— Мне не сложно.
— Я сказал: оставь. — Он схватил моё запястье, выхватывая у меня посуду.
Жарко. Безумно.
Веки тяжелые и я не могу открыть глаза, да и не хочу, от того чувства эйфории, что разливается по телу быстрым потоком. Я чувствовала, как на моей шее были чьи-то губы. Такие мягкие и горячие, они оставляли долгие поцелуи на каждом миллиметре кожи. Так нежно. Ноги отказывались держать тело. Если бы не чья-то сильная рука, державшая меня за талию — я бы упала. Спина прижата к холодной стене, создавая невероятный контраст температур. Губами он начал подниматься от ключицы, затрагивая чувствительно место за ушком, до моего лица. В предвкушении, что эти поцелуи сейчас обрушатся на мои губы, тело начало покалывать. Как же невыносимо долго и сладко. Сумев, наконец, открыть свои глаза, я увидела перед собой два синих глаза.
Яркая короткая вспышка света, и меня качнуло в сторону.
— Ведьма, ты меня слышишь? — Эти слова будто пронеслись где-то далеко от меня, хотя я понимала, что Бес стоит рядом.
Я часто заморгала и не могла сконцентрировать внимание на одной точке. Глотая судорожно ртом воздух, пыталась прийти в себя.
Что. Это. Мать твою. Было?
Когда, наконец, перед глазами всё перестало плыть, я увидела испуганные лица парней.
— Ведьма! — Бес сильно сжал мою руку чуть выше локтя.
Но в этот момент я была ему благодарна, эта боль окончательно вернула меня в реальность.
— Ай! — Я повернула голову в его сторону, чтобы сказать, что мне больно, но, столкнувшись с ним взглядом, потеряла дар речи.
На меня смотрели те самые синие глаза. В его взгляде я разглядела… беспокойство? Но больше раздражения. Я тупо пялилась на него, не в состоянии проронить и слово.
— Эй, эй, отпусти её, Бес, — вмешался Док, выдёргивая меня из его хватки. — Ты как?
— Я … Я не знаю, не понимаю…
Не могла собрать мысли воедино, как на меня обрушилась куча вопросов, и парни быстро затараторили, что я не понимала кто именно говорил, всё это сливалось в один гул в голове.
— Ты что-то видела?
— Расскажи, что увидела.
— Это было видение?
— С чего ты взял, что у неё было видение?
— Ты видел её взгляд? Точно такой же пустой и стеклянный как у той ведьмы — Даниэль, когда ей приходили видения из будущего.
Видения?! Из будущего?!
Но эти ощущения были так реальны, будто я была в двух местах одновременно. Беспорядок творился в голове. Из меня словно выкачивали воздух, я старалась держаться за столешницу, но ком паники нарастал внутри. Их голоса становились громче, а раздражение от всего происходящего сильнее сдавливало моё горло, пока стеклянный бокал в руке Кирпича не разлетелся вдребезги.
На долю секунды я почувствовала облегчение, что выплеснула накопившееся эмоции, но поняв, что произошло — пришла в ужас. Это опять была я. Сама не понимаю, как это у меня получалось. Вскоре эти ребята выгонят меня отсюда, если я продолжу крушить их дом. Но лопнувший бокал был не самым страшным. Взглянув на руку Кирпича, я увидела, что его пальцы и кисть были в крови.
— Чёрт. Чёрт. Извини, я не хотела.
Вид капающей крови на стол стал завораживать меня. Снова. Но не поддавшись искушению продолжить смотреть на неё, я рванула со всех ног подальше отсюда.
  
Глава 3
 
Док нашёл меня в своей комнате, плачущей и забившейся в угол в темноте. Наверное, до этого момента я подсознательно отказывалась принимать реальность за действительность, поэтому была более уравновешенной и спокойной. Но когда поняла, а точнее признала, что со мной реально творится что-то не то, что не поддается никакому объяснению, поток накопившихся смешанных чувств от страха и жалости к себе, хлынул из меня. У меня просто начался истерический плач, который я не могла остановить. Вся моя прошлая жизнь, из которой я мало что помню, теперь кажется мне всё более недосягаемой, а будущее размыто серой пеленой.
 
Док сел рядом со мной, облокотившись на стену. Мы так просидели долго, прежде чем я смогла успокоиться. Всё это время парень молчал и терпеливо ждал, когда я буду готова к разговору, но я никак не могла начать первой.
— Я… Мы все перепугались за тебя. Ты в порядке?
Я лишь мотнула головой, не в состоянии ответить. Мы опять сидели молча, были слышны лишь мои редкие всхлипы.
— Как рука Кирпича? Он сильно зол?
— Совсем нет, больше удивлен. Я же говорил, что мы быстро регенерируем. Рана почти зажила. На завтра у него даже шрама не останется.
Стыдно. Ужасно стыдно за представление, сценарий которого мне был не подвластен, где самый обычный ужин может обернуться маленькой катастрофой.
— Я - чудовище, — сказала шепотом. — Я не могу это остановить. Меня надо изолировать прежде чем это повторится, и причиню ещё кому-нибудь вред.
А если в следующий раз это будет не стеклянный бокал и огромная витрина какого-нибудь магазина и я обрушу её на людей, оставляя на их коже следы от моих не контролируемых эмоций.
— Ты научишься, а я тебе в этом помогу.
— Бес был прав. Меня не надо было подбирать в лесу.
— Прекрати! — Его голос внезапно сорвался на крик. Я не видела в темноте его лица, но то, что он разозлился, было и так понятно. — Я не жалею о том, что привёл тебя сюда. То, что произошло на кухне, было небольшим недоразумением. Никто на тебя зла не держит. Ну кроме Беса. Но он в принципе не переносит ведьм. Не обращай на него внимания, — с каждым словом его голос становился спокойнее.
С первой минуты моего появления здесь никто не сделал мне больно, не пытался оскорбить. Поведение Беса в расчет не беру. С психов взятки гладки. Но остальные, словно боялись на меня лишний раз посмотреть, беспокоясь, что это может напугать меня.
— Почему ты так добр ко мне? — Я задала вопрос, который уже давно мучил меня.
По нависшей паузе было очевидно, что он не хотел отвечать, а я не собиралась давить. Начиная вставать с пола, Док схватил меня за руку и потянул обратно. Я упала на место, где и сидела, а он также держал меня за запястье, поглаживая кожу большим пальцем. Было в этом что-то успокаивающее, нечто тёплое.
— В прошлой жизни меня звали Джереми. У меня была младшая сестрёнка. У неё были рыжие волосы, только светлее, чем у тебя, и веснушки по всему лицу. Настоящее солнышко. Такая приставучая, но я её безумно любил. Однажды ночью к нам в дом пробрались дикие оборотни, — его голос задрожал, ему было трудно рассказывать, а я в ужасе понимала, что сейчас услышу. — Я бился до последнего за неё, но не смог уберечь. Их когти разодрали моё тело, я потерял много крови.
— Мне так жаль.
— Проснулся я уже другим. Открыл глаза и увидел над собой седовласого крупного мужчину. Как потом выяснилось, он что-то вроде прародителя магов. Самый могущественный. Только он может создавать охотников. Он сказал, что я бился мужественно, поэтому достоин стать одним из них. С тех пор я сильнее, чем обычный человек, менее уязвим и вижу лучше в темноте. И я тоже не выбирал себе такую жизнь. А забочусь о тебе, потому что ты напоминаешь мне мою сестрёнку. И тебя я точно спасу.
Слова были лишние, я лишь сильнее сжала в темноте его руку. Он поделился со мной сокровенным. Я чувствовала его боль и тоску, которую он сдерживал в себе. Мы больше не проронили ни слова. Я поняла, что охотниками просто так не становятся, и у каждого из этих мужчин за плечами своя грустная история, пропитанная кровью, которую они никогда не смоют. Это ужасно.
Мы проговорили с ним весь вечер. Я задавала ему множество вопросов и пыталась понять, как устроен мир, в котором мне теперь придётся жить. Смирение ли это? Док рассказал, что магические существа стареют медленнее, чем обычные люди. И по человеческим меркам они могут прожить около трёхсот лет. На мой вопрос сколько же ему лет, парень лишь лукаво улыбнулся. От этого стало не по себе. Может, на самом деле, я нахожусь в логове не сексапильных парней, а древних стариков. Кошмар.