Нулевой контракт (СИ)

Комбат прошелся вдоль нашего строя, ежась, рыгая и делая вид, что его не крючит с похмелья.
— И еще! — объявил он. — Поль, вы ведь занимались эвакуацией в третьей роте?
— Так точно, — судя по лицу, комвзвода не понимал, к чему ведет Збржчак.
— Нужно проверить всех на предмет укусов, царапин, порезов, любых свежих ран, — командир батальона выпучил глаза. — Тех, у кого они обнаружатся, нужно изолировать. Обезоружить, связать и препроводить в санчасть, там ими займутся.
Похоже ему доложили о том, что случилось с Джоном… а может и еще с кем-то.
— Приказ понятен? Сделайте это немедленно.
Поль снова ответил по-уставному, Збржчак сплюнул и заковылял в сторону ожидавших его машин. Бойцы сопровождения из второго пикапа даже не выбрались, так и просидели все это время в кузове.
— Поехали, личный осмотр по отделениям, — велел Поль, когда начальство укатило. — Ричардсон, Бадави, Лифань — всех раздеть и осмотреть, с ног до головы. Я пойду умоюсь.
И он зашагал туда, где хранились наши запасы воды.
— Ну что, будем заголяться — сказал Цзянь. — Давай только не все сразу, а по трое. Начнем с самых высоких. Макунга, Торвальдссон, Аль-Фаранги, стаскивайте форму. Выходите сюда, ко мне поближе.
Названная троица стащила каски, принялась расстегивать бронежилеты — хорошо тем, кого просто разбудили, а нас сорвали с караула, и это значит, что с кучей барахла на себе.
— Сыч, давай ты меня укусишь, и я свалю в санчасть, — продолжил развлекаться Эрик. — Чего тебе стоит? Ты же дикий индеец, и скальпы наверняка умеешь снимать. Цапни за руку.
При слове «рука» у меня что-то сдвинулось в голове, и я вспомнил тот момент, когда вечером натягивал только что полученный респиратор — тогда в нашу казарму вошли Джон и Франсуа, первый с повязкой на плече, второй на ладони! На ладони, укушенной Гомесом!
Во всей дикой суете последних часов эта деталь забылась.
А теперь он стоит рядом со мной, в каких-то сантиметрах, и в любой момент может сойти с ума, перестанет быть человеком, превратится в бешеного хищника, кинется на меня.
— Эй, Леблан, кстати, а что у тебя с конечностью? — судя по всему Цзянь тоже выловил из памяти именно этот факт.
У меня по спине забегали мурашки размером с майских жуков, я невольно отодвинулся, бросил взгляд на соседа — лицо обычное, никаких признаков страшной трансформации. Может вирус вообще в него не попал, или эскулапы хорошо промыли рану? Вон сколько времени прошло, Джона скрючило практически сразу… хотя и укус он получил в шею, куда ближе к голове, а тут ладонь!
— Ничего! Я в порядке! — отозвался Франсуа преувеличенно бодрым голосом, а руку с грязным бинтом поперек ладони спрятал за спину.
— Автомат сними, — продолжил комотделения тем мягким, добрым голосом, которым положено разговаривать с сумасшедшими. — Очень медленно. И отдай Сычу. Очень медленно.
Франсуа беспомощно улыбнулся.
— Да вы что? Это же я? Я не монстр! Я обычный!
Почему он просто не выполнил приказ, я не знал, может быть ошалел от усталости, а может быть зараза уже проникла ему в мозг и начала размягчать извилины, вымывать из них рациональность и логику.
— Автомат сними, — повторил Цзянь. — Это приказ!
Франсуа потянул калаш за ремень, стаскивая оружие с плеча.
— Серов, держи его! — приказал комотделения, что-то видимо увидевший в лице укушенного бойца.
Но я не успел даже поднять руку.
Франсуа саданул меня со всего маху по ребрам, и рванул прочь так, что только песок из-под берцев полетел. Цзянь прыгнул, намереваясь ухватить беглеца за плечо, но промахнулся буквально на сантиметр.
— Стой, дурак! — заорал Поль. — Ты куда?!
Франсуа несся, точно заяц от собак, и направлялся он прямиком к ближайшей башне, видимо собирался укрыться за ней.
— За ним! Бегом! — скомандовал Цзянь, и все наше отделение сорвалось с места. — Стоооой!
Но Франсуа то ли не слышал, то ли не понимал, что ему кричат.
Из тени куба мы выскочили на солнце, и тут я сообразил, что именно в этой башне после давней атаки дрищей остался пролом, именно туда пытался нас заманить Ингвар! Неужели свихнувшийся африканец решил спрятаться внутри?
 
Мы почти настигли его, и увидели, как беглец скользнул в дыру и пропал из виду.
— Дебил! — воскликнул Цзянь, и впервые с момента знакомства я увидел злость на его лице, обычно похожем на маску.
Мы остановились, дыша, как свора загнанных собак, и тут нас нагнали так и не закончившие раздевание Вася, Ингвар и Хамид.
— Серов, — Цзянь нащупал меня взглядом. — Ты его упустил. Тебе и разыскивать.
Я сглотнул, обнаружил за спиной комвзвода улыбающегося Джавала… ах ты, сучонок, радуешься?
— Чтобы было не скучно, возьми с собой большого черного Макунгу, ну и Сыча, — добавил комотделения уже спокойнее.
— Разрешите мне пойти с ними? — подал голос Ингвар.
Ну да, он так рвался посмотреть на внутренности башни, а посылают других.
Цзянь оглядел норвежца с головы до ног:
— Разрешаю. Серов за старшего. Задача — привести Леблана обратно. Или принести. Живым или мертвым. Времени отвожу вам час, потом мы наверняка сменим дислокацию. Чего встали? Кто приказ будет выполнять, Конфуций?
  
Глава 11
 
За проломом царила тьма, густая, как сироп, но окунувшись в нее, я осознал, что тут можно видеть: уходящий вправо и влево коридор с высоким потолком, впереди стена, пол абсолютно черный и гладкий, словно отполированный.
— Пыли нет, — с разочарованием сказал Ингвар.
Ну да, на пыли бы остались следы, было бы видно, куда рванул беглец.
— Ты с Сычом направо, мы налево, — приказал я. — Потом возвращаемся. Встреча тут.
Не люблю быть старшим, отмолчаться не получается, нужно все время что-то говорить.
— А что делать с Франсуа, когда наткнемся? — спросил Вася. — Вдруг он это, ну того… Кукухой поехал?
— Поехал — стрелять. Нет — уговаривать, — сказал я, почесав в затылке.
Если наш товарищ превратился, то глупо рисковать, надо валить его на максимальной дистанции. А то укусит кого-нибудь, и все, вместо одного трупа у нас будет как минимум два, правда второй не сразу, чуточку «но потом», как говорит наш комвзвода.
Коридор тянулся пустой и скучный, как подземный переход, наши шаги глухо отдавались от стен. Воздух в башне был не затхлый, как всегда в давно и хорошо закрытых помещениях, а свежий, иногда я даже ощущал на лице слабое дуновение — работала вентиляция.
Наверняка тут имелось и освещение, вот только мы не умели его включать.
Коридор уткнулся в квадратный вестибюль — слева, в наружной стене ворота, справа начинается широкая лестница вверх, а прямо напротив виден такой же туннель, как и наш. Наверняка оттуда вот-вот появятся Ингвар с Сычом.
— А снаружи не видно. Как так, братан? — Вася имел в виду ворота, массивные створки, словно выплавленные из серого камня.
Я только плечами пожал.
Донеслись негромкие шаги, и в вестибюль шагнули две фигуры в камуфляже, сначала маленькая, потом большая.
— Пусто, — констатировал Ингвар.
Лестница закончилась уже через дюжину ступеней, и мы очутились в широком проходе между двумя рядами… я не знаю, как это сказать, блоков, клетей, ограниченных пространств. Сзади оказалась глухая стена, за ней явно пряталось что-то такое, к чему нельзя было пускать случайных визитеров.
Ну и Франсуа вряд ли мог попасть в пространство за ней.
— Да поможет нам мудрость предков, — пробормотал Сыч.
Клети казались то плотными, то истаивали до прозрачности, то становились конструкцией из светящихся лиловых сетей. Каждая ограничивала куб с длиной стороны примерно метра в четыре, и внутри у них находилось нечто… очень разнообразное, в ближайшей например стояли две безголовых, но человекоподобных фигуры из серебристого металла, соседнюю заполнял штабель из алых, синих и зеленых «бочонков».
Сверху нависал потолок, вроде бы зеркальный, но отражавший лишь мешанину черных и белых пятен, которые двигались туда-сюда, кружились вокруг друг друга, смешивались, образуя нечто вроде искореженной мишени, затем расползались снова.