Родная душа (СИ)

Последний взгляд в зеркало в ванной комнате: русые волосы чистые и причесаны, свободно рассыпались по плечам; глаза карие в обрамлении ненакрашенных ресниц; и густые брови аккуратной формы (за что спасибо природе, хоть здесь повезло); нос крупноват на общем фоне, но какой есть. В целом обычное лицо.
С одеждой мудрить не стала, да и нет у меня ничего по дресс-коду. Простые и удобные джинсы, свободный и приятный к телу свитер — то, что нужно для работы сборщика. Накинула пальто и поспешила покинуть свою маленькую квартирку.
Я заранее спланировала путь и рассчитала время, которое необходимо будет затратить на дорогу до здания бизнес-центра, где арендовали помещение для занятий. Пока всё шло по плану: по дороге пришлось несколько раз напомнить себе, что у меня нет времени на сбор эмоций у прохожих. Как раз был самый пик — все возвращались с работы. Вен попросить меня не усердствовать на два фронта, но когда ты что-то делаешь, не особо отдавая в этом отчета, просто по привычке, сложно резко перестроиться.
В холле бизнес-центра толпилась группа разношерстных людей. Мысль, что это могут быть мои студенты, казалась единственно верной. На днях я ознакомилась с анкетами смельчаков и там были фото. С памятью мне не повезло, но лица казались знакомыми, значит ответ очевиден: эти люди ждут меня. Часы на стене показали, что я пришла четко к началу занятия, а значит — опоздала. Поспешила к посту охраны, расположенный перед проходом к широкой лестнице.
— Здравствуйте. Как мне пройти в администрацию? — спросила, воспользовавшись рекомендациями организатора из его последнего письма.
— По какому вопросу? — раздраженно спросил мужчина внушительных размеров, предупреждая взглядом, что шутки с ним шутить не стоит.
— Взять ключи от аренды. Для занятий сборщиков, — совершенно спокойно ответила я, что сбило всю напускную суровость с охранника.
«Эмпативный» — решила про себя я.
Не все, кто чувствует эмоции других работают сборщиками. Кто-то идет в те структуры, где не надо общипывать людей, а достаточно лишь знать, что они чувствуют. Охранникам это позволяет найти опасного элемента до того, как произойдет нечто непоправимое. Очень многие идут и в политику или в крупные компании, в качестве аналитиков. Они отслеживают эмоциональный фон оппонентов и формируют рекомендации по дальнейшим действиям. В общем, каждый выбирает себе что-то по душе или по возможностям.
Охранник уже звонил кому-то, не сводя взгляда с меня. Видимо, пытался хоть что-то услышать с моей стороны, аж напрягся, не зная, что и ожидать от меня. Тихий страх заклубился где-то в глубине его души.
— Простите, — отвлек меня от охранника задорный голос. — Я не ослышался? Вы тоже на занятие для сборщиков?
Парень лет двадцати пяти, хотя может и меньше. Мой разум сразу отметил его высокий рост, короткие темные волосы, вытянутое лицо, темно-карие глаза, скошенный набок нос, видимо ломали, и, возможно, не раз. Парень широко улыбался, из-за чего черты лица казались угловатыми и резкими. А в ауре разливалось яркое предвкушение. Давно такого не видела у взрослых людей.
— Да, — не стала мудрствовать с ответом.
— Здорово, здесь все как раз ждут преподавателя, — сообщил он, кивнув в сторону шумного скопления людей перед входными дверьми. — Говорят, он прям монстр какой-то. Он столько ингредиентов собирает, что мне и не снилось. Говорят, что из самого контролирующего сбор отдела его уговаривали провести эти лекции. Жду не дождусь. Интересно на это чудо посмотреть. А может и научит чему дельному?
— Может, — сухо отозвалась я, ожидая, когда этот парень вынырнет из захлестнувших его эмоций и заметит, что с моей стороны нет отклика.
Если это сборщик, странно, что он не видит моей полной тишины. Даже охранник с опаской поглядывал на нас. Тот не решался прервать радостную тираду молодого человека и обратить его внимание на моё несоответствие нормальной реакции на окружающие эмоциональные раздражители.
— Меня, кстати, Йен зовут, — с неисчезающей улыбкой сообщил он и протянул мне руку.
 
Странное действие. Я не мужчина, чтобы мне жать руку при знакомстве.
— Ника, — и протянула свою ладонь, наблюдая за его дальнейшими действиями.
Ладонь парня была горячей, словно подогреваемая бурлящими эмоциями. Йен слегка склонился, притягивая мою руку к своим губам.
Давно мне ручки не целовали, точнее никогда.
А вот и неподдельное смятение появилось. Значит, для считывания эмоций ему нужен тактильный контакт. Стоит отметить ненавязчивый подход парня для получения результата.
— Кто здесь по поводу аренды для сборщиков? — прервал происходящее женский голос.
Йен тут же выпустил моя руку и развернулся в сторону вопрошающего, стараясь подавить появившееся беспокойство. Перед лестницей наверх стояла женщина, возрастом уже за сорок, в очках. Её соломенные волосы были собраны в высокую кичку. Измученные многократным обесцвечиванием, они еле скрывали круглое приспособление для создания столь простой прически.
— Я, — и подняла руку, чтобы акцентировать внимание на себе.
Женщина слегка нахмурилась, в её ауре скользнула неприязнь. А мне вспомнилось, что в одном из последних объявлений, лаборатория просила как раз этот ингредиент.
— Все на лекцию для сборщиков? — оглядела она притихшую толпу. — Следуйте за мной.
Женщина повела нас на второй этаж, затем по длинному коридору со множеством дверей. Дойдя до нужной, отперла и распахнула её. Она прошла внутрь и посторонилась, давая возможность остальным попасть в выделенную аудиторию.
Нам досталось небольшое помешенные с простыми столами и стульями, на дальней стене размещалась большая белая доска, рядом с ней стол и стул для преподавателя.
Женщина стояла, оценивающе рассматривая меня. Вэн сказал, что отправил мою анкету с фото еще до того, как я согласилась. Значит, дамочка более чем осознает, кто в этой массе новых лиц является преподавателем.
Я протянула раскрытую ладонь в её сторону, в то время как остальные спешили занять места за партами, подальше от стола преподавателя, и снять с себя верхнюю одежду. Здесь все-таки было теплее, чем на улице.
— Ключ? — и женщина посмотрела на меня так, будто я попросила ключ от её дома, а не от аудитории. — Или вы присоединитесь к слушателям?
Присутствующие притихли, все с настороженностью следили за происходящим.
Сотрудница бизнес-центра состроила недовольное выражение лица, сочась плохо скрываемой злобой, но ключ отдала. Она прошла мимо меня, собираясь покинуть аудиторию.
— Стойте, — сказанное мной слово, заставило женщину остановиться и синхронно со мной развернуться.
Она смотрела на меня, её глаза сгрудились в кучу и ошарашенно выпучились, глядя как между моих пальцев, у самого её носа, светился маленький сгусток.
— Хороший образец неприязни, — пояснила я достаточно громко, чтобы все присутствующие восприняли это как часть урока.
Женщина фыркнула и поспешила удалиться. Я быстрыми и отработанными движениями поместила образец в склянку, которую достала из кармана пальто. Закинула маленький улов в наплечную сумку и подошла к преподавательскому столу.
Беглым взглядом посчитала присутствующих. По количеству вроде все. Оценила напряженную атмосферу, освобождаясь от сумки и пальто. Свои вещи я оставила прямо на столе. Сама же вышла вперед, чтобы лучше рассмотреть эмоциональный фон каждого в отдельности.
— Меня зовут Ника Сплинт. Я буду вести занятия для несертифицированных сборщиков. Мне двадцать семь лет.
Студенты обратились в слух, в ответ рассматривая меня и пытаясь оценить. С заднего ряда, помимо раздражения, донеслось недовольное фырканье. И то, и другое принадлежало мужчине в возрасте, лет за сорок. Могу лишь предположить, что его не устроил мой молодой возраст, так как остальная масса присутствующих были парни и девушки от двадцати трех до двадцати восьми.
— Я почти два года работаю сборщиком в «Чувственном коктейле». Имею самые высокие показатели по урожаю и специализируюсь на мимолетных эмоциях, — добавила я, скользя взглядом по притихшим студентам.