Ветер Приключений (СИ)

– Это измененный… – полным боли и отвращения голосом начала отвечать, но по большей части заданный в воздух вопрос, – эльфийский боевой раб, химера, созданная длинноухими ублюдками. Они использовали их большую часть войны как основную ударную силу, чтобы сберечь свои драгоценные задницы. Мясные загоны… Попадание в них всегда было хуже смерти. Сознание и личность унижаются и стираются, оставляя лишь голые навыки, абсолютную покорность и полное отсутствие страхи смерти… Этот был, судя по всему, сделан из воина высокого ранга. Такие служили телохранителями для особо важных эльфов, но видимо он смог сохранить что-то от старого себя и сбежать. Чертовы твари… – сколько гнева.
То, что эльфы в этом мире были не добрыми хранителями мира и равновесия, я знал. Но вот такой вот глубокой осведомленностью не обладал. В Ауразионе было немало эльфов, и их всех держал в стальном кулаке все тот же архимаг Мэлуи. Интересно, почему об этом нюансе их военной доктрины нигде не было даже короткой записи?
Я нагнулся к мертвому челов… существу когда-то бывшему человеком. На измененном магией теле не было ни одежды, ни волос, ни половых признаков. Зато присутствовали рунические татуировки, по большей части незаконченные и шрамы на внутренней стороне бедра.
– Меня зовут Титус Лициниус Поллио. Королевской гвардии его величества Симуса Четвертого капитан, – прочитал я в слух. Вспомнить в каком королевстве и в какое время правил этот самый Симус Четвертый не удалось, но я запомнил, – что же, покойся с миром Титус Лициниус Поллио.
– Гидеон, нам нужно спешить… Этот измененный беглый, но он не мог появиться тут просто так. Их никогда не вывозят по одиночке, и, если Айла попала к остроухим… – да, еще ни о ком Касур не говорила с такой злобой.
– Ты что-то вспомнила?
– Да… Нет! Не знаю! Потом! Надо бежать!
И мы побежали. Мы словно пересекли невидимую черту. Подземелье вокруг нас начало оживать. Мы неслись вперед, сталью и магией снося каких-то слизней, собак переростков, покрытых чешуей, скелетов, вооруженных ржавым оружием. Слетали с петель двери, и разлетались завалы. Путеводный клубок постепенно наливался яркостью, сигнализируя о приближении к цели поисков. Забег продолжался, пока мы не вылетели в просторную круглую залу с множеством дверей. По центру на полу лежала целая гора земли и мусора, поверх которой растеклась странная серая субстанция сильно отдающая некросом. Из дюжины дверей открыты были всего две. Та, через которую вошли мы, и еще одна. Ориентир указывал именно на нее.
Кивнув друг другу, мы уже более спокойным шагом вошли во второй открытый проход. Длинный прямой коридор без единой развилки оказался кишкой в несколько километров. В нем-то мы и нашли нашу потеряшку. Айла забилась в нишу и сидела там, дрожа от страха.
– Гидеон… Касур? Это вы или я сплю?
– Мы, мы – узнать нас из-за масок она не могла. Как же она натерпелась, просидев несколько часов в темноте, – иди ко мне, сейчас мы выведем тебя отсюда, только подожди, надену на тебя маску. В этой части катакомб воздух, судя по всему, заметно чище, но там откуда мы пришли, все не так хорошо.
Поначалу сестра была очень вялой и дала спокойно нацепить на себя прихваченный на такой случай респиратор. Наша расширившаяся команда развернулась в обратном направлении, и когда мы вернулись в круглую залу, она уже взбодрилась и попыталась заговорить.
– Гидеон, прости меня, пожалуйста, я больше не буду убегать просто, когда я поняла, что… – договорить ей не дала моя спутница.
– Тш! Гидеон подхватывай Айлу и снова бежим. Я впереди. Оттуда, – она махнула рукой на одну из дверей, – к нам идет целая толпа измененных! Я чувствую их смрад!
Повторять не пришлось. Я подхватил Айлу, и наш безумный забег продолжился, превратившись в смазанный калейдоскоп коридоров. Только взлетев, истратив остатки магических сил, вверх по шахте, из которой мы пришли, и развалившись под ночным небом, я смог выдохнуть. Стянул с себя респиратор, вдохнул свежий ночной морской воздух и понял, что этой ночью я точно смогу спать без снов и кошмаров.
   
Глава 10
 
Янтарная жидкость неторопливо покидала стакан, перетекая мне в рот. Пряный, карамельный вкус выдержанного в дубовых бочках рома обжигал горло. Впервые в этой жизни я пил алкоголь. Странное чувство, всегда ли у алкоголя был такой вкус? А черт его знает, ведь в этой таверне подавали только его и сравнить мне сейчас было особо не с чем. Можно было бы, конечно, устроить себе выходной и пройти своеобразную золотую милю, дегустируя алкоголь в разных заведениях, организм мага легко справлялся с отравлением спиртом, но ни желания, ни сил на это не оставалось. Уже сейчас мне нужно выпить по-настоящему много спиртосодержащих жидкостей, чтобы опьянеть.
Место встречи наверняка было выбрано Альмаиром не случайно. В любом случае я был не против развеяться. Последние два дня я не выходил из дома, приходя в себя и разбирая оставшиеся куски наследства магов. Гидромант оказался тем еще затейником и, видимо, готовился углублять специализацию. В его сумке не было ни денег, ни каких-то интересных личных разработок, зато обнаружился весьма древний на вид многотомник по магии крови за авторством некоего Мартина «Кровавой Росы» Стимлера. В наличии были первый, второй, третий и пятый тома. Четвертый и последующие, если они и предполагались, отсутствовали. Эта дисциплина определенно заслуживала внимания, так что собрание заняло место на полке. В перспективе полученные из него знания могли хорошо дополнить мои возможности. Воздушник, вполне возможно, был интересным человеком. Среди его вещей нашлось два блокнота, исписанных стихами и робкими попытками в прозу. В целом с такими увлечениями и расстановкой приоритетов неудивительно, что высоко он не взлетел. Хотя и кое-что любопытное он, как оказывается, изучал. Свиток с заклинанием «песня сирены» однозначно являлся стоящим приобретением.
Не стоит обманываться названием, ни с песнями, ни с морскими монстрами оно ничего общего не имеет. Целью этих чар является вполне изящное комбинирование магии воды и воздуха, ускоряющее морское судно. Среди искателей за такую бумажку можно получить либо несколько сотен золотых, либо кинжал под ребро в темном переулке. Разучи он описанную в манускрипте магию, и вполне смог бы соскочить с пиратского крючка, наверно на это и был расчет, но мистическим искусствам определенно стоило уделять больше времени, чем написанию стихов. Глядишь был бы жив… Ну, зато хотя бы нет фотографии родных и возлюбленной. Только этого мне не хватало для крепкого сна.
Хотя на сон было теперь совестно грешить. Ясное дело, после возвращения Айлы домой и сцены воссоединения матери с раскаявшимся ребенком я рухнул спать без задних ног, прям в той же одежде, в которой был. За это конечно пришлось заплатить жуткой вонью в комнате на утро и безвозвратно утерянной простыней, но оно того стоило. А уже на следующий день я приступил к штудированию методички сумеречных магов. На деле это оказался сборник методов своеобразного самогипноза. Похожие вещи были популярны на Земле как средства борьбы с так называемыми энергетическими вампирами, с поправкой на то, что в Домгандейте они и в правду работали. Вставал логичный вопрос, почему же тогда они не были массово распространены, особенно с учетом того, что самых разных бестелесных угроз тут было более чем достаточно. И, как ни странно, ответ на этот не заданный вслух вопрос был очень прост и найти его мне помогла Элара.
Заметив, что я сосредоточено что-то изучаю дома, она поинтересовалась содержанием, а я не поскупился на разъяснения. В итоге несколько минут поразглядывав буквально первую фигуру из тех, что нужно было создать в сознании, она махнула рукой и ушла, заявив, что для нее это слишком сложно. Тут-то меня и осенило. Абстракции и пространственное мышление! То, что земляне сделали основой своей цивилизации, тут было уделом ученых-магов высоких рангов. Фундаментально другой механизм познания мира, позволяющий без сложных приборов и возводимых воображением конструкций познавать мир, развернул местных совершенно в отличную от привычной мне сторону. Они не привыкли думать через постепенное построение аналогий, через которые в свое время дошли до мировых законов предки землян. Зачем выстраивать что-то сложное для объяснения приливов и отливов, если даже не самый опытный маг легко ощутит их связь с небесными телам? Для чего идти окольными путями для объяснения термических эффектов, если даже неофит-пиромант на голых инстинктах и пальцах расскажет про колебания частиц? И так повсеместно! Нет, безусловно местные знали математику, а любой высший магистр вполне мог бы считаться достойным знатоком точных и естественных наук. Вот только путь возникновения был слишком уж причудлив и не до конца укладывался у меня в голове. Что кстати вызвало некоторые опасения, не станет ли мое преимущество в начале пути якорем на его более высоких ступенях. Смогу ли я принять местную магическую науку будучи «отравленным» земным знанием? Все же пусть память еще хранила множество, казалось бы, бесполезных для человека двадцать первого века в повседневной жизни навыков, Лаврентий не был доктором физико-математических наук. Но пока я справлялся, а это оставалось головной болью даже не завтрашнего меня.