Дорога мёртвых. Том 2 (СИ)
— Это тень… тень, — всхлипнула девушка, и создание повернулось к ней. Она впервые видела жителя сумрачного мира.
— Кто… ты? — отчётливо спросило оно.
— Никто! — выкрикнул принц, приходя в себя от первого шока. — Она никто! Немедленно сожри её!
— Никто, — задумчиво повторила тень. — Никто.
— Я принц Лорион, и я приказываю тебе убить девчонку! — со злостью выдохнул принц, тыча пальцем на жрицу.
— Хозяин приказывает… — звеняще прошелестела тень. В её голосе слышалось несогласие.
— Да, да, хозяин! Ну надо же, ты соображаешь куда лучше этой глупышки! Я твой хозяин, и я приказываю тебе сейчас же…
— Хозяин не ты, — спокойно ответило существо. — Лорион — цель.
— Цель? Да что ты несёшь? — топнул ногой эльф.
Расстояние между наследником престола и гостем из сумрачного мира становилось всё меньше и меньше. До смерти перепуганная Айнибель, а именно так звали юную жрицу, смотрела на плавно текущую вперёд тень широко распахнутыми глазами. Принц вздрогнул от прикосновения чёрного щупальца к коже и проворно отпрыгнул назад, но существо последовало за ним.
— Нет, нет! Прекрати! — завопил он, когда тень приклеилась к его лицу сумрачными нитями-присосками, обняла его за плечи извивающимися конечностями и принялась впитываться в тело.
Жрица прижала связанные руки ко рту, сдерживая крик ужаса, и мелодичный звон цепи напомнил принцу о её присутствии.
— Эй ты, жрица! Позови мага! Позови Урфа! Сейчас же, слышишь! А-а-а-а! — заорал он, не в силах выпутаться из объятий демона.
Плотный потусторонний туман вкручивался в его разинутый рот, заползал в нос, уши, щипал глаза. Тень медленно, но верно сливалась с мечущимся вдоль стены телом молодого эльфа. Лорион запнулся, грохнулся на колени, продолжая визжать и отбиваться от прилипшего к нему существа, но демон выполнял приказ хозяина невозмутимо и спокойно, издавая иногда глухое довольное урчание. Айнибель не могла оторваться от жуткого зрелища, словно разом онемела и потеряла способность двигаться.
— Урф, спаси меня! — задыхался корчащийся на полу принц Лорион. — Ты мне должен, колдун! Спаси меня! Урф!
Но придворный маг сидел в это время в уютных покоях в одной из башен большого дворца и, разумеется, не имел никакого понятия о происходящем в тайной комнате.
Глава 27.3
Наконец Лорион затих. В свете магических фонарей его лицо блестело испариной, грудь судорожно вздымалась. Всё тело было окутано сероватой дымкой: тень каким-то образом слилась с эльфом и поселилась внутри. Жрица слышала, что демоны междумирья способны вселяться в существ из мира живых и управлять ими изнутри, но в книгах для послушников были описаны только случаи с мышами и лягушками.
Принц не умер. Страшно было даже представить, что он может учинить, когда придёт в себя. Айнибель вдруг осознала, что она пока ещё жива. Её руки, ноги и глаза — целы. Это понимание пронзило её острее пережитой боли. Цепь, которая стягивала запястья, оказалась не закреплена, и девушка сумела размотать её, придавив конец босой ногой. Вскочив, жрица бросилась к двери, замерла перед висящей на крюке накидкой своего мучителя.
Выбора у неё не было: всю её одежду принц изорвал или изрезал ножом в самом начале «игры». Кое-как завернувшись в лёгкий серый плащ, девушка отодвинула засов на двери. В тот миг она даже не подумала, что снаружи могла оказаться личная охрана принца или кто-нибудь ещё. На её счастье, во внутреннем дворике, куда вела потайная дверь, не было ни единой души. Она натянула капюшон на лицо и побежала прочь от дворца, к родному Храму.
В Сумеречном саду её настиг отступивший было страх. Верховная жрица Аланна ни за что не поверит в случившееся! Надменная и строгая наставница дружит с королевской семьёй, а принц бывает у неё в поместье. Ах, если бы сестра Донния, которая так не похожа на свою мать… если бы только она была здесь, юной послушнице было бы кому довериться! Айнибель замедлила шаг, ей почудилась погоня. Издали донёсся стук копыт, окрики городской стражи.
Девушка сошла на боковую тропинку и помчалась к старому подземелью. Сбежав по осыпающимся ступеням, она забилась в уголок возле запертой двери, свернулась в незаметный серый клубочек и стала слушать. Кони проскакали по улице, не завернув к Храму Ньир, и наступила тишина. Густые тучи вновь начали сыпать дождём. Мутный сизый рассвет никак не мог пробить застилавшую мир пелену влаги и холода.
Когда Келлард вышел из подвала наружу, он первым делом занялся магическим замком. Неизвестно, придётся ли когда-нибудь ещё вернуться в Фэит, но убежище призывателей стоило защитить от любопытных глаз посторонних. С пальцев мага стекали синеватые нити, складываясь в потайной знак его Гильдии. Крохотная капля крови его соратника откроет замок при необходимости, всем остальным придётся воевать с толстенными дубовыми досками и железом.
А потом маг почуял живое существо. Точнее — полуживое. Неподвижно застывшее в маленькой нише. Келлард осторожно прикоснулся посохом к острой коленке под плащом. После чего наклонился и сорвал насквозь промокшую ткань.
— Ты кто? — строго спросил он.
— Никто, — ответили ему белые бескровные губы. — Я — никто.
И призыватель всё понял в один миг.
***
Юная Айнибель и старая целительница Храма, матушка Навари, к которой Келлард отвёл дрожащую и почти потерявшую разум послушницу, не должны были видеть призывателя. Удостоверившись, что девочка попала в заботливые руки, маг собрался обратиться к чарам Лабиринта забвения. Старая эльфийка ухватила его за рукав, заглянула в тёмные глаза Келларда.
— Я никогда не выдам тебя, колдун. Сердце моё чуяло, что ты жив, а сестра Донния с тобой. Не трогай мой разум сумрачными заклинаниями, но сделай так, чтобы девочка забыла о пережитом ужасе.
— Но это тоже сумрачные, как ты говоришь, заклинания, — возразил призыватель. — Не лучше ли будет исцелить её душевные раны волшебством Ньир?
— Моя магия не позволяет забыть то, что уже случилось. Твоя же черна и опасна, но более действенна в таких вопросах. Так ты сделаешь то, о чём я прошу?
Келлард взглянул в хитро прищуренные глаза жрицы, окружённые кружевом морщин. И кивнул.
***
Принц Лорион пришёл в себя к полудню и первым делом отдал приказ казнить старого колдуна Урфа за предательство своего покровителя. Агенты Новой Луны провели несколько дней в безостановочных поисках разбитого радикулитом старика, но так и не нашли его. Стражи дворца, охранявшие в ту злополучную ночь башню и лестницу, где жил бывший призыватель, утверждали, что из комнаты волшебника были слышны громкие ругательства, а после — звуки заклятий, от которых кровь застывала в жилах. Никто не решился потревожить мага во время его экспериментов.
Казнив для успокоения души нескольких новолунцев, принц Лорион заперся в своих покоях и требовал к себе то музыкантов, то священников, то фокусников, но ничто его по-настоящему не развлекало. При виде обнажённых девушек наследник престола впадал в безумный страх, словно это были не прекрасные молодые эльфийки, а призванные чёрным колдуном демоны сумрака. Он забросил зверинец и перестал интересоваться военной политикой короля. Обеспокоенные родители украдкой подсылали к сыну целителей и магов из Гильдии, но те только пожимали плечами, не находя в теле принца никаких недугов.
Месяц спустя Лорион начал видеть сны о тех, кто побывал в его тайной комнате. Мёртвые девушки восставали в его видениях и смеялись над принцем. Он видел себя прикованным к столбу, обнажённым и беззащитным, а искалеченные жрицы и служанки показывали на него окровавленными пальцами и хохотали. Ни эликсиры лучших дворцовых лекарей, ни крепкое вино или пыльца синих лунников не могли избавить его от ночных страданий.
К осени принц видел лица мёртвых девушек повсюду: они прятались за масками, что носили живые обитатели замка. Набросившись на собственную мать, Лорион пытался разодрать ей лицо, чтобы добраться до того, что скрывалось за ним на самом деле. Королеву спасло лишь то, что к этому моменту наследник уже сильно ослаб. Она сумела отбиться от сына, после чего принц несколько недель был заперт в комнате с окованной дверью и решётками на окнах. Сидя в заключении, Лорион грыз ножки стола и кровати и сломал два передних зуба.