Дорога мёртвых. Том 2 (СИ)
Фигурка Ириэн с опущенными плечами исчезла за поворотом, и Келлард поплёлся к семидесяти ступенькам своего подземелья. Остановился у лестницы, опираясь на верный посох, и прислушался. В замершем предвечернем саду он был не один. Перед глазами мелькнула первая строчка записки, спрятанной сейчас у самого сердца: «Любимый, тебя хотят убить…» Не шевелясь, маг начал бесшумно читать заклинание.
Убийца дождался, когда цель спустится не несколько ступеней: это давало ему преимущество. У него был только один шанс. Один прыжок, чтобы вонзить в спину колдуна остро отточенный нож с нанесённым на него ядом. Никакого шанса на спасение у цели быть не могло. Служитель Новой Луны сосредоточился, подобрался и прыгнув, с силой вонзил кинжал в сердце Келларда.
Глава 14.2
Он десятки раз успешно исполнял этот приём, а до того — тысячи раз тренировал его, спрыгивая на условную цель с деревьев, крыш и заборов. Ни один из приговорённых к смерти эльфов не выживал после удара со спины, в который были вложены все силы, вся сосредоточенность убийцы. Но сейчас произошло невероятное: кинжал не нашёл опоры и агент Новой Луны, пролетев сквозь призрачную копию колдуна, неловко приземлился на осыпающиеся ступени. Ничего понять или подумать он не успел: тяжёлое древко посоха с размаху опустилось на голову неудачника, и тот, неуклюже кувыркаясь, покатился вниз.
— А вот это уже любопытно, — проворчал Келлард, неторопливо спускаясь к распростёртому на площадке телу и носком сапога переворачивая убийцу с бока на спину.
Обритая наголо голова и укороченные уши говорили сами за себя, но призыватель не мог даже предположить, кому понадобилась его смерть. В прежние времена за ним охотились только инквизиторы из Ордена, но те всё вершили собственноручно и не пользовались услугами наёмников. Здесь же, на эльфийской стороне Вечных гор, у него не было кровных врагов. Так он думал до сих пор.
Потыкав бесчувственного убийцу в живот острым навершием посоха, Келлард вздохнул и ощупал раненый бок. Не хватало ещё, чтобы из-за лысого негодяя разошлись свежие раны. Звать на помощь Ринарет и просить её заволакивать в подземелье несостоявшегося душегуба магу тоже не хотелось.
— Как скажет Гаэлас… иди-ка ты сам, дружок! — с этими словами Келлард запустил в лежащего эльфа молнией, которая встряхнула его тело, возвращая сознание.
— М-м-м-м… — простонал агент Новой Луны, утирая расквашенный о камни нос.
— Вставай! — скомандовал колдун, удерживая в полураскрытой ладони новый сверкающий электричеством шарик.
Глаза поверженного эльфа расширились от ужаса, и он замотал головой:
— Н-н-нет, ничего не скажу! Ничего, так и знай!
— Скажешь, — успокоил его Келлард и кивнул на массивные двери с большим кольцом посередине. — Давай-ка вставай и открывай ворота, если не хочешь поджариться прямо здесь.
— Убей сейчас! — попросил эльф, размазывая по лицу кровь и грязь.
Келлард слышал, что за неисполнение задания лидеры Новой Луны карают своих агентов тем, что «хуже смерти». Если кому-то из убийц случалось попасться в руки стражи, то они требовали для себя немедленной казни, лишь бы не возвращаться в логово к своим, чтобы признаться в провале.
— Нет уж, сначала побеседуем, а потом я решу, что с тобой делать, — устало сказал призыватель и бросил шипящий клубок к ногам бритоголового эльфа.
Тот проворно засучил ногами, отползая подальше, но не успел — новый разряд достал его и как следует покусал и без того избитое о ступеньки тело. Убийца задрал голову: за спиной вздымались тёмные кирпичи стен, так плотно подогнанные друг к другу, что вскарабкаться по ним без крюка и кошек было невозможно. Под прицелом коварного мага ему пришлось подняться и послушно потянуть за кольцо. Двери поддались не с первого раза, к тому же локоть правой руки пронзала острая боль, но выбора у агента Новой Луны не было.
— Что за дерьмо ты приволок в нашу скромную обитель? — посмеиваясь, спросила Ринарет, когда услышала грохот раздвижной решётки, закрывающей одну из ниш подвала.
Келлард за шиворот втолкнул туда побледневшего эльфа, запер клетку на засов, укрепил охранным заклинанием и отряхнул руки о штаны.
— Подарок для Гаэласа. Живой, даже консервировать не надо, уксус и смолу тратить на него.
Рин моментально включилась в игру, с напускной строгостью разглядывая гостя:
— Чтоб не сдох, придётся кормить.
— Поди проверь, что там в крысоловках, думаю, ему будет в самый раз, — улыбнулся маг и отправился переодеваться.
— Мне говорили про вашу шайку, — подал голос эльф. — Настоящие психи, выкапываете гнильё из могил, призываете демонов для любовных утех.
— Иногда и выкапывать никого не надо, — пожала плечами Рин. — Вот ты, допустим, сам пожаловал. Кто тебя послал за головой магистра?
— Так я и сказал тебе… тьфу, ведьма! — фыркнул убийца.
— Как миленький скажешь, — ласково заверила его девушка. — После смерти духи бывают очень разговорчивыми, если их призывает сильный маг. А ты знаешь, как правильно готовить живое тело к переходу? Нет? Так я сейчас расскажу тебе.
И она принялась в подробностях живописать все стадии работы некроманта, включая удаление скоропортящихся органов и временное помещение сознания полутрупа в специальный волшебный резервуар. Спустя пять минут эльф, который совершил за свою короткую жизнь немало жутких убийств и был, как ему казалось, вовсе не брезглив, начал передёргиваться от омерзения и закрывать обрубки ушей руками.
Келлард не торопился выходить из комнаты. Облачившись в простые штаны и любимый балахон, он сел за стол и при свете свечей разглядывал записку, написанную рукой Ириэн. «Немедленно уезжать из города» он не хотел. Во-первых, нападение в Сумеречном саду разбудило в нём любопытство, и он решил докопаться до правды и узнать, кто приказал его убить, а во-вторых, в нём поселилась надежда на то, что в поместье Талемара Адала Доннию всё же не будут держать взаперти и они смогут встретиться.
Мысли о предстоящей ночи никак не покидали призывателя, и он не находил себе места, слоняясь по гулким залам подземелья и без толку гремя склянками в лаборатории.
***
Бледные майские звёзды проступили на светлом небе, но празднество было ещё в самом разгаре. Позабыв манеры, опьянённые вином и прочими увеселительными напитками эльфы лихо отплясывали на лужайке, громко болтали и сплетничали, а трое волшебников пытались соревноваться в иллюзионных фокусах, вызывая скептические замечания у коллег и искренние крики восторга у детишек.
— По-моему, вам давно пора отправляться домой, — сказала Верховная жрица, обнимая за плечи дочь.
Донния сидела на скамейке рядом с Первым рыцарем и делала вид, что её очень интересуют пьяные танцы гостей. Талемар удерживал её ладонь в своей, но она будто не замечала этого. Её пальцы оставались неподвижными, как и прохладные губы во время поцелуев.
— Экипаж давно ждёт, — промолвил рыцарь, вставая.
— Я очень устала, — прошептала Донния, подняв глаза на мать.
— Тебе не придётся идти, — заверил её будущий муж и одним движением подхватил девушку на руки.
— Счастливой вам ночи! — помахала им госпожа Аланна.
Темнота крытой кареты, лёгкая тряска и мерный топот копыт немного успокоили Доннию. Она сжалась в комочек, спрятав руки в складках вечерней накидки, и прикрыла глаза, чтобы не видеть обеспокоенного взгляда Талемара: при свете масляных фонарей, проникавшем через окна экипажа с улиц, зрачки рыцаря вспыхивали янтарным огнём. «Едва мы переступим порог, он кинется на меня и будет терзать, пока не утолит свой голод», — думала девушка, но повозка всё ехала и ехала, и через некоторое время эти мысли растворялись в накатывающей волнами усталости. Ей хотелось бы так ехать всю ночь и весь следующий день, только бы не останавливаться.
— Вот мы и дома, — сообщил Талемар, вновь прижимая её к себе.
Она зажмурилась и открыла глаза только в спальне, когда он опустил её на благоухающее ранними жасминами и розами прохладное бельё. Подобрав под себя ноги, жрица наблюдала, как он стянул с могучих плеч кафтан и, расстегнув пояс, небрежно побросал предметы одежды в глубокое кресло.