Чужая сиеста (СИ)

– Ну это как тебе удобнее. А что, реально можешь вот так… рукой вперёд по небу?
– Могу ногами шагать. Потому и спрашиваю: долго ещё ими шевелить?
– По расстоянию до него рукой подать, – ответил Браво. – Но идти придётся долго. Хорошо, если до вечера доберёмся.
– Рядом это сколько? – уточнил Грешник.
Браво пожал плечами:
– Точно не скажу. Около двух с половиной километров.
– Тогда почему до вечера? До него ведь часов девять, а за это время все сорок можно успеть намотать, если дорога хорошая.
Пчела вытянул руку вдоль туннеля:
– Короче всего получится, если вон туда пойдём. Но там по пути станция, и её в самом начале полностью пакманами засыпали. Там зубатых, как прыщей у моей бывшей.
Грешник рефлекторно потёр голень и заметил:
– Мне они сильно опасными не показались.
– Тебе, летуну, может и нормально, а нам, пешеходам, и десять шагов там не пройти, – буркнул Пчела.
– Он дело говорит, – поддержал подчинённого Браво. – Пакмана первым заметить нереально. Они чертовски хорошо прячутся и тебя замечают быстрее, чем ты их. А у них принцип простой: как заметил, сразу летит к цели. Быстро и тихо это делают, будто выскакивают молнии. Мы много хороших ребят из-за них потеряли.
– Ещё вчера утром вшестером ходили, – вздохнул Док.
– Ну хоть ты не начинай… – чуть не простонал Пчела, и внезапно оживившись, спросил: – Слушай, ты со всем этим… ну вот этим… Может ты и правда сможешь через них пройти? Там не обязательно всю станцию чистить, слева туннель есть обходной. В нём тоже этих живых мин полно, но поменьше.
Грешник кивнул:
– Попробовать можно. Только если их там действительно много, это может затянуться.
– Как по мне, лучше попытаться через станцию, – ещё больше оживился Пчела. – Иначе большой крюк делать придётся, и по пути придётся лезть через парочку неприятных мест. Это минимум парочка, а там кто его знает. Никто эти туннели не разведывает, на свой страх и риск ходим. А ведь эти, наверху, без дела не сидят. Каждый день какие-то сюрпризы подкидывают, чтобы мы тут не заскучали. Никогда не угадаешь, что впереди: или всё как всегда, или зубастики ждут. А то и похуже кто-нибудь… Так что, если берёшься за это дело, я только «за».
– Ты тут не командуешь, – без наезда, просто констатируя факт, заметил Браво.
– Ну не командую, и что дальше? Ты реально хочешь крюк через депо и вторую смычку делать? По самому краю пройти придётся, а это, сам понимаешь…
– Кроме этих мячей зубастых там ещё кто-нибудь водится? – спросил Грешник.
Пчела пожал плечами, а Браво мрачно выдал:
– Вроде как, раньше ничего лишнего не водилось. Да и сейчас не должно. Обычно, если пакманы густо насыпаны, другим там уже неинтересно. Вроде как, место под контролем считается. Но сами мы к зубатым не лазим, и всё знать не можем.
Грешник указал наверх:
– Там, в небоскрёбе, и шары на меня кидались, и ходячие, и пожарники. А ты говоришь, что вместе они не встречаются?
– Ну а чего ты от меня хочешь услышать? Я человек простой и потому говорю только то, что знаю точно. Да, обычно возле россыпей пакманов тихо, но готовиться надо ко всему. Откуда нам знать, что у этих марсиан, или откуда они там, на уме? В общем, если берёшь зубастых на себя, я тоже «за» обеими руками. Пчела прав, нам далековато по чужому району в обход идти. Там на кого угодно и где угодно нарваться можно. Наши туда почти не заглядывают, считай, места совсем нехоженые.
* * *
Натянуть лук, выстрелить. Ещё одну стрелу на тетиву, натянуть, спустить. Снова рука тянется к колчану, где хватается за первый попавшийся хвостовик. Однако Грешник не сомневается, что это самый простой боеприпас с листовидным наконечником. Артефактное свойство новой амуниции неведомым образом мониторит пожелания владельца, подсовывая именно то, что он «заказывает».
Брони, как таковой, у пакманов нет. Податливая кожаная оболочка не считается. Да, она хорошо амортизирует, когда жертва нападения орёт от боли и неистово молотит по грызущей твари кулаками, суетливо пытаясь избавиться от рвущего плоть капкана. Но против острой и быстрой стрелы она работает немногим лучше бумажного листа. Главное, чтобы наконечник был плоский, охотничий. Через широкий разрез твари мгновенно сдуваются.
 
А то и лопаются шумно.
Спрайты смотрели на избиение пакманов круглыми глазами. В ста процентах случаев они замечали «мячики» только после того, как в них попадали стрелы. Ведь всякий знает, что мелкая тварь опасна за счёт дьявольской маскировки. Зубастые шары способны мастерски скрываться до последнего на любой местности даже при дневном освещении. За счёт этой способности и наводят ужас, заставляя людей держаться подальше от «минных полей».
Кстати – о способностях. Грешник заметил первых мелких пакостников лишь после очередного прощупывания туннеля Легендарным исследованием. Ни обычное зрение, ни усиленное цепочкой-амулетом, ни даже позаимствованный у спрайтов устаревший прибор ночного видения в этом деле ничем не помогли. Лишь навык отчётливо вырисовал сразу пару целей.
Не торопясь по ним отрабатывать, Грешник остановился и внимательно изучил мелких пакостников. Те, похоже, тоже не бесталанные. Цвет кожи и разводы на ней идеально вписываются в окружающий фон, однако только этим незаметность пакманов объяснить трудно. Похоже на то, что они используют какой-то маскирующий навык. Потому что после истечения срока подсветки Грешник даже с мощным фонарём не смог ни одного разглядеть.
А ведь он с точностью до сантиметра знал, где именно следует искать затаившихся зубастых негодников.
Дальше пошла охота. Сценарий несложный: активировать Исследование; торопливо прикончить всех засвеченных тварей; пополнить колчан; дождаться недолгого отката навыка. И так снова и снова.
Пакманов в широком туннеле хватало. Иногда за одно применение Исследования подсвечивалось столько, что Грешник не успевал их расстрелять за время работы навыка. Расточительство Коалиции удивляло. Зачем столько мин оставлять по всей протяжённости подземного коридора? Они ведь не из воздуха берутся, то есть какую-то ценность имеют. Или им зачем-то потребовалось максимально наглухо перекрыть проход? Ну да, кто сунется в туннель, где десятки и сотни нехороших сюрпризов скрываются. Но и как долго твари здесь протянут без пищи? Возможно, у них в засаде активируется режим спячки с подавлением метаболизма, но всё равно что-то живое в гадёнышах присутствует, следовательно, рано или поздно обязаны начать голодать.
Пустые мысли. Весь этот мир, этот остров, город и туннели под ним – всё бред. Как кукловодам взбредёт в головы, так они и сделают. Решат, что зубастым колобкам питание не полагается, и те без малейших неудобств просидят в засадах до затопления яруса.
Без макового зёрнышка и капли воды.
«Дополнительная реальность» погасла через миг после того, как лопнул последний выявленный пакман. Исследовательский навык, полученный ещё на первом ярусе, с тех пор и подрос, и модифицировался неоднократно, и трансформировался. От изначального варианта, работавшего при касании по единичной цели, осталась разве что схожесть картинки. Функционал теперь позволял качественно и без лишней головной боли сканировать обширные области пространства, выявляя самые разные объекты.
Но были и минусы. В первую очередь – та самая головная боль. До конца от неё избавиться не удалось. Слишком велика нагрузка на мозг, вот и приходится терпеть. И это не единственное неудобство. Если вспомнить первый вариант, он, из-за специфичности особенностей применения, позволял почти не задумываться об откате, что иногда бесценно. Сейчас за увеличение эффективности приходится платить ожиданием. Из-за этого не получается сканировать всё направо и налево, не сбавляя скорость.
Но может это и к лучшему. Энергии не напасешься, если всё просвечивать.
До спрайтов, судя по перешёптываниям, не дошло, что Грешник тут «магией обнаружения» занимается. Его периодические остановки, по их мнению, вызывались лишь необходимостью пополнения колчана. Спутники готовы бесконечно смотреть, как из ниоткуда появляются мелкие контейнеры, из которых, в свою очередь, извлекаются непомерно-длинные для столь скромных вместилищ стрелы.