Чёрный лёд (СИ)

— Тогда мы пойдем с вами и будем воевать вместе с вами. Но у меня есть несколько условий.
— Конечно, — соглашался Роно с видом деланной покорности.
— Мы хотим, чтобы наша часть города была построена по нашим лекалам. Вы видели, как мы живем. И мы не хотели бы это менять. Пусть в нашей части города стены и двери будут сделаны из фухсы. Мы возьмем это на себя. Вам лишь нужно будет не мешать нам. Это первое.
И второе. Я хочу, чтобы после избрания меня в правители, все стали носить одежды из фухсы подобно нам. — закончил короткий список условий Йоф. Похоже, что он не сомневался в том, что новым правителем города станет именно он.
— Мы принимаем ваши условия, — не раздумывая ответили трое посланцев.
— В таком случае мы прибудем на место через 3 недели. И еще 3 недели нам потребуется на строительство своей части города.
— Договорились, мы будем ждать, — выдохнул с облегчением Роно.
Йоф предлагал задержаться в их поселении еще на день другой и посмотреть, как они живут, но гости отказались. Однако попросили Йофа кое-о-чем другом — выделить одного из лучших своих подданных, чтобы тот отправился вместе с ними в путешествие в качестве доказательства воли Йофа и подтверждения того, что его поселение согласилось присоединится к городу.
Йоф со своей легкой лапы выдели им уже знакомого Карша. Тот был не слишком доволен, потому что уже давно хорошо не спал, но отказываться не стал. Все вместе они отправились в путь незамедлительно. Впереди их ждали еще 2 десятка других поселений, куда они должны были наведаться. Выходя из каждого последующего поселения, их группа становилась больше на одного члена.
Второе поселение на их пути встретило их богатым убранством помещений. Гурры там видели особую ценность во всем, что сверкало и блестело. Они украшали свои дома осколками камней, которые находили во льдах, осколками панцирей других существ, кристаллизованными растениями и цветами и даже конечностями других животных, которые под воздействием сильных морозов и ветров превращались в подобие стекла. Чем дольше жил гурр в этом поселении, тем больше его дом обрастал украшениями. В домах самых старых жителей не было видно голого места на стенах. Естественно, они попросили все это сохранить и перенести с собой на новое место. Больше их ничего особо не беспокоило. Материализм завладел ими на все времена.
Третье и четвертое поселение были похожи между собой. Они располагались относительно близко друг к другу. Их жители регулярно обменивались друг с другом продуктами, полезными вещами и детьми, которые продолжали род. За несколько поколений они стали друг другу практически родственными. Потребовалось убедить одно поселение присоединится к городу, и второе приняло такое же решение автоматически. Друг без друга они уже не могли представить свою жизнь. Кроме того, их опыт ведения дел и обмена товарами подсказывал им, что от близости других племен они только выиграют.
Пятое поселение было надледным. По крайней мере, половина его находилась на поверхности и была прикрыта большим куполом из льда и снега. Такое решение строительства было обусловлено чрезвычайной плотностью льда. В какой-то момент они сдались и решили оставшуюся часть возвести на поверхности. Из-за такого решения им пришлось отказаться от индивидуальных домов. Все жили на большой территории вместе друг с другом. Свои личные зоны они огораживали небольшими валунами из льда. На площади в 300 квадратных метров можно было наблюдать около трех десятков кругов, в которых ютились гурры. Когда они услышали, что в новом городе у каждой семьи будет свой собственный дом со стенами, они согласились на переселение не раздумывая.
В каждом без исключения поселении они находили нечто особенное. Мысль о том, что они являются передовым поселением и многим превосходят всех остальных, разбилась в пух и прах. В каждом были свои особенности, свои мудрецы, свои изобретатели, ученые, новаторы, свои двигатели культуры и прогресса, которые толкали его вперед. В каждом был свой аппарат власти, который руководил действиями всего поселения. Роно, Ригу, Буну и всем, кто присоединялся к их миссии, пришлось пережить за месяц настоящий культурный шок, который произвел на них неизгладимый эффект. Казалось, что всю свою жизнь они просто спали и только после встречи с другими культурами смогли выйти из сна и увидеть мир таким, какой он был на самом деле, со всеми его премудростями и тонкостями, со всем его мельчайшими деталями и механизмами. И если раньше, они видели главный смысл объединения в создании мощной армии, то теперь они больше задумывались о том, что им даст культурный обмен и каких высот они смогут добиться все вместе. Это воодушевляло их и заставляло двигаться вперед.
 
Реакция на рассказ о предке, создателях, строительстве города и войне в большинстве случаев была одинакова и оттого предсказуема. Гурры не удивлялись подобному раскладу. Мысль о войне разжигала их готовность на перемены. Единственное, что они не хотели утратить то, что для них было важно. Вечная жизнь, победа над кхроками, знакомство создателей — это были далекие и расплывчатые цели, которые меркли на фоне желания сохранить ту жизнь, к которой они привыкли. Обладая отличной политической чуткость, Роно готов был пойти на уступки и обещал всем, что у них останется их самобытность. Дать такое обещание ему ничего не стоило. Уж если они собирались построить целый город с ноля, и каждое поселение отстраивало свою собственную его часть, то им ничего не мешало сделать ее по своему усмотрению. Главное, чтобы были созданы все необходимые пути сообщения с другими поселениями, и все они были объединены одной системой проходов. Иначе в этом городе не было бы никакого смысла. Но это была небольшая проблема.
Прошло чуть больше месяца. Надо сказать, они многого добились за прошедшее время. Уходили втроем, а вернулись в составе группы из 24 гурров. Это уже о чем-то да говорило. Встретили их в новом городе, как настоящих героев, накормили, расспросили обо всех их путешествиях и отправили отдыхать.
Сора была радостна при встрече, но казалось, что ее что-то беспокоило. Так оно и было. Она не хотела портить праздничный вечер, но все-таки поведала своему другу о смерти Марака и загадочном исчезновении предка и Моа. Безмятежное легкомыслие, подогретое чувством собственного превосходства, тотчас же сменилось на гнев. Он уже начал было сомневаться в том, что война необходима, но видят предки, они сами напросились. Ошибки быть не могло. Кхроки отняли у него отца, а теперь и сына. Пощады не будет. Война неизбежна.
  
Глава 16. Кхроки и груки
 
По бело-голубому настилу перемещались две точки, регулярно сливаясь с поверхностью. Путь их лежал в края, которые гурры уже давно решили избегать. Они направлялись к Черному когтю — главному гнездилищу кхроков. Скалу они заметили еще издалека. Все черные объекты в краях, где все состоит из белого льда, моментально приковывали внимание. Черная точка появилась и мозолила глаза, но не торопилась увеличиваться в размерах. Идти нужно было долго. Моа был молод и энергичен, для него это не составляло труда, и все же он предпочел бы прогулку короче. Предок не известно за счет чего передвигался в принципе, но судя по всему усталости не испытывал и не знал ее, как явления.
Они передвигались молча. Некоторая неловкость повисла между ними. Моа в силу своего юного возраста не знал о чем говорить с существом столь древним. Предок сам по себе не спешил начинать разговоры. Этого и не требовалось. Сейчас у них была другая цель, к ней они и шли, все остальное имело мало значения.
 
Моа не раз слышал легенды Черном когте, но одно дело слышать, а другое дело видеть. Раньше он представлял скалу поменьше. Чаще всего он думал о ней как о большом камне, который лежал на льду, и по размерам был в 10–15 раз выше среднего гурра, не более. На деле скала уходила ввысь на несколько сотен метров и своим массивным черным силуэтом оказывала психологическое давление на всех тех, кто не привык к подобным видам.