Балтийский форпост (СИ)

— Это ещё почему?
— Так я же у него деньги под тот товар занимал, — мужичок посмотрел на меня как на несмышлёныша. — Пожар не пожар, а отдавать нужно. Вот и думал под зиму успеть закупиться, до осенних штормов, да не получилось у меня ничего. Не забыли в Сигтуне, как новгородские ушкуйники город разграбили, да ворота утащили бронзовые. Раньше-то нас, купцов, в городе много было, опасались нас трогать. А тут, под зиму, никого, все дома сидят, я один пришёл. Ночью нас прямо на лодье и повязали, вывезли за город, в колодки забили! Потом продали…
Мужичок замолчал, вернулся к рулевому, штурвал помацал, на компас глянул. Вроде бы как для порядка, но на самом деле чтобы успокоиться и с мыслями собраться. Давно это было или недавно, а обида гложет, не даёт покоя. И продолжил рассказывать, словно выговориться хотел:
— Освободили меня княжеские дружинники, домой я вернулся. А нет уже ни дома моего, ни лавки с товаром. За долги ушло всё. И невеста моя за другого вышла… Остался я ни с чем…
Рассказчик замолчал. А я его вроде бы как подбодрил:
— Всё, что ни делается, делается к лучшему!
А сам на отдаляющийся берег покосился. Всё дальше и дальше в море уходим. И волна чуть выше стала, слышно, как в скулу корабля плюхает. Пока ничего страшного, а то, что от берега отдаляемся, так и ладно. Ещё немного подожду и команду дам рулевому на восток поворачивать. Насколько я карту помню, берег сейчас к югу уходить будет…
— Может и к лучшему, — после непродолжительного молчания всё же согласился мужичок. — Одна надежда на это. И бывший товарищ мой не стал со мной разговаривать. Ещё и грозить судом начал, приказал людям своим меня со двора вышвырнуть! Вот после этого и не стало мне никакой жизни в Новгороде. Сначала решил на юг идти, к тёплым местам поближе. У меня ведь после плена кости ныть стали. Болят порой жутко. Да-а. А тут Ярослав на Псков пошёл. Ну и я вслед за ним. Слышал, что город там богатый, и народец вольготно в нём живёт. Почему бы не посмотреть? Мне много не надо, в плену привык малым обходиться. Только не дошёл князь до Пскова, на север подался. Пришлось мне своим ходом до города добираться. Ну да ничего, лето же! Дошёл, куда я денусь. А в Пскове слухи ходят, что на Нарове-реке новую крепость заложили, любые люди там очень потребны. Я и решился. Что юг? Успею всегда туда отправиться. А на новом месте всегда работы больше, для начала пристроюсь к кому-нибудь.
— В южных княжествах сейчас тяжко. Татары большой ордой пришли!
— И я про то слышал, княжеские воины на привале про то говорили. Потому сюда и направился. Осмотрелся, по новой крепостице походил. Лавок мало, торг невеликий. Чтобы знакомым делом заняться и свою торговлишку наладить — деньги нужны. Где их взять? Поэтому к тебе в дружину воином записался. С мечом-то я сызмальства умею управляться. А то, что слаб пока, так мясо нарастёт.
— А в корабельщики пойдёшь? — почему бы и не предложить? Соображает ведь. И на курс нужный развернул корабль, значит, плохого не замышляет. Здесь ему всяко лучше будет, чем в дружине. И у меня свой знающий шкипер появится. Первый.
— В корабельщики? Вот на этом? — переспросил и уточнил мужичок. — А сколько платить станешь?
— Договоримся, — обнадёжил мужичка. — Вот домой придём, там обо всём и договорим!
— Домой, — мужичок словно бы посмаковал это слово и внимательно посмотрел на меня. — Выходит, доверяешь?
— Пока побудешь на испытании. Вот эти два ветерана за тобой и присмотрят! — и на дружинников глянул, поняли ли мои слова?
Поняли, подтянулись и кивнули.
— На испытании, так на испытании. Это дело понятное. Куда путь держать? Домой?
С каким удовольствием он это слово выговорил. Намучился, видать, бедолага.
— Домой.
— Тогда позволь тебя в сторону отодвинуть, боярин, — и мужичок с деловым видом шагнул к рулевому.
Перехватил у того штурвал и развернул корабль на новый курс. — Так держи! Чтобы солнышко тебе точно в правый глаз светило! Понял?
— Понял! — кивнул рулевой, скосил глаз в мою сторону, увидел мой подтверждающий кивок и сжал пальцы на штурвале.
 
— Справишься? Сумеешь довести корабль до Наровы? Всё-таки это не лодья?
Мужичок… Хотя, какой он уже мужичок? Капитан новоиспечённый, можно сказать! Придирчивым взглядом проконтролировал, как рулевой понял указание и развернулся ко мне. Твёрдо ответил:
— Справлюсь! Доведу, куда следует! И что тут уметь? Днём по солнышку идти нужно, а ночью по звёздам.
— По солнцу понятно. А если тучи-облака?
— Тогда вот по этой штуке! — и показал мне пальцем на тумбу перед рулевым.
А я и не обратил на неё никакого особого внимания. Почему-то посчитал, что она лишь для крепления штурвала служит. Да и не думал, что компас в этом времени уже существует.
Подошёл, глянул. А это и впрямь оказался примитивный компас! Без градуировки, но север с югом рисками отмечены! И восток с западом! И направление на север плавающая в жидкости толстая стрелка явно показывает.
С интересом осмотрел сооружение. Из цельного древесного ствола сделали тумбу, в верхней её части выдолбили глубокую нишу и уже в неё вставили плоский закрытый сосуд с какой-то прозрачной жидкостью. В неё уже и опустили пробковый поплавок с воткнутой в него намагниченной иглой.
Да-а, судя по расположению этой иглы, идём мы сейчас курсом на северо-восток!
— А ночью как? — продолжил любопытствовать.
— А ночью лучше на месте стоять, — серьёзным голосом ответил мужичок.
— Не всегда стоять на месте лучше, — возразил ему. — Стоящего даже улитка обгонит!
И шагнул к трапу. Пройдусь по кораблю, проверю, чем люди заняты. На первой ступени оглянулся, приказал дружинникам:
— Глаз с него не спускайте!
Мужичок понял правильно и повёл себя тоже правильно, никак не отреагировал.
Рассудил я так — в любом случае с его назначением на такую должность хуже не будет. Зато сейчас есть реальная возможность подобрать кадры, действительно хоть что-то соображающие в мореходном деле. Что интересно, я каждого из своих людей по имени или прозвищу знаю, как знаю и то, чего от них ожидать можно. А про этого — ничего. Откуда он взялся, такой неприметный?
Прошёл по гребной палубе, подбодрил гребцов, поднялся на носовую площадку. Вперёдсмотрящих отвлекать не стал. Да и они на моё появление никак не отреагировали, усердно в волны всматривались.
Ростих где-то в носовой каюте, туда чуть позже загляну. Ещё раз оценил скорость хода. До дома добираться в общем-то недолго, таким ходом до вечера должны дотелепать. И гребцов нужно почаще менять. Пусть вся дружина через это дело пройдёт, мало ли кому пригодится.
И ещё одно. Нужно будет обязательно проверить слова новоиспечённого капитана по приходу домой. Историю он мне рассказал красивую и душещипательную, но ведь запросто может оказаться и подсылом от воеводы псковского…
* * *
Вильгельма Рига встретила с надеждой, и надежды эти у каждого из встречающих были прямо противоположными. Крестоносцы хотели с его помощью пересмотреть несправедливый, как им казалось, раздел завоёванных прибалтийских земель, а епископ с местным бюргерским советом Риги, наоборот, надеялся оставить такой раздел в силе.
Ещё бы, ведь им этих земель досталось почти две трети!
Не повезло ни тем, ни другим. Все спорные земли папский посланник потребовал передать Ватикану.
Взамен пообещал новый поход на восток, и вот тогда все захваченные земли будут поделены по справедливости!
Только не уточнил, как папский престол понимает эту справедливость…
Зато таким обещанием успокоил разбушевавшихся крестоносцев. Те мало того, что клятвы свои в сторону отодвинули, так ещё и бражничать беспробудно принялись! А пьянство дело такое, постоянно требует наличия звонкой монеты. По Риге простому горожанину в последнее время уже не пройти спокойно. Могли и кошелька лишить в любую минуту, а то и жизнь отобрать по надуманному поводу. Горожанки без усиленного сопровождения из дома не выходили, а девиц вообще взаперти держали!