Зверь. Том 1 и Том 2 (СИ)
— А ну пошли прочь, хулиганы! — заголосил старушечий голос. — Я ужо полицию вызвала! Вот они вам хвосты-то понакрутят!!!
— Эй, ребята, ни вам ни мне встреча с полицией не нужна. Может, разойдемся по-хорошему? — спросил я, когда двое начали приближаться.
— Разойдемся! Ещё как разойдемся! — прорычал Николай. — Никто не смеет оскорблять род князей Старицких!
Он неожиданно хлопнул в ладоши. От этого хлопка пошла в разные стороны мощная волна. Она швырнула в стороны листья, оставив перед Николаем площадку шириной в полметра и длиной в пару метров.
Хлопок сопровождался треском, как будто кто-то объелся горохом и начал выпускать пердеж. То рвался костюм на увеличившихся плечах Николая. Он раздался в ширину, сгорбился, а из его спины выскочили острые шипы в палец длиной. Сами пальцы вытянулись и приобрели острые птичьи когти.
Его друг тут же отскочил прочь и закричал:
— Нет, Николай! Нет! Уйми своего эгрегора!
Глава 12
Эгрегор? А вот это уже хреново. Неужели Николашка настолько раздухарился, что решил вызвать стража?
Если вы не знаете, кто такой эгрегор, то я быстренько поясню. Вот пока отламываю от лавочки балясину как раз и поясню. А что? У меня же прорва времени. Всего несколько секунд до того, как полное превращение завершится. Несколько секунд…
Ладно, раз обещал, то расскажу. Эгрегорами у нас называют сущностей-стражей, которые благоволят древним родам. Их не очень много, явление это редкое и вызывается только в случае крайней нужды. Когда войско нападает на одного человека или в магазине очередь большая, а ты торопишься…
В общем, при вызове эгрегора человек полностью преображается. Становится некрасивым и крайне неласковым. Старается убить того, ради кого его вызывали. Насмерть убить, а не защекотать гусиным перышком по пятке!
А что? Убьет, успокоится, покурит, и превратится обратно в человека. Гад, в общем, и очень неприятная личность.
Вот с одним из таких некрасивых, неласковых созданий мне и придется сейчас столкнуться.
Хрусь!
У меня получилось-таки оторвать доску от лавочки. А это значит, что лекция закончена и пора бить клыкастую морду!
— Храаааааа! — взревел бывший Николай и топнул ногой.
Так топнул, что возникло небольшое землетрясение! Я покачнулся, а неподалеку стоящие автомобили завизжали-закурлыкали в ужасе от происходящего.
Ну и харя у Николая стала, скажу я вам! Как будто кабана пчелы покусали, а потом ещё медведь лещей навешал. Ручищи такие, что сколько бы культуристы не вкачивали стероидов — ни в жизнь таких не добиться. Тело напоминало старую доску для стирки — такое же рифленое и бугристое. Ногами можно трамбовать каменный слой перед укладкой асфальта.
В общем, не противник, а сказка. Сказка со страшным концом…
И попадаться под руку этой сказке мне вовсе не хотелось. Как с ним драться? Да хрен его знает! Слабые места у эгрегоров порой не знают даже сами хозяева, а мне ещё как-то надо подойти к этой образине.
— Храаааа! — снова взревел бывший Николай и ещё раз топнул ножищей.
Вот прямо как бык на корриде. Только тот копытом бьет, а этот…
У этого из земли вырвался небольшой фонтан камней, который эгрегор перехватил на лету. Камни соединялись друг с другом. Они также противно щелкали, как клешни крабов, когда те подбирались к мертвяку на пляже. И вот противник поднял вверх руку, в которой сформировался здоровенный молот.
Ага, значит, у этого эгрегора направление живицы на стихию земли. Хреново, чего уж тут сказать. Плохо, когда страшный амбал ещё владеет и возможностью управлять стихией.
— Пацаны, как его успокоить⁈ — крикнул я на всякий случай.
А что? Вдруг помогут?
— Не знаем! — крикнул один из тех, которого недавно огрел по яйцам, пытаясь отползти в сторону. — Не знаем! Он не говорил!
Ну, не говорил, так не говорил. Значит, будем прощупывать оборону и стараться минимизировать ущ…
Вот же зараза!
Этот утырок метнул в меня свой молот!
Я со всевозможной скоростью прогнулся в спине, пропуская этот каменный снаряд над собой. Прямо как в замедленной съемке видел, как здоровенный молот проносится в нескольких сантиметрах от носа. Вот если бы камни были чуть покрупнее, то мог бы и поцарапаться!
Молот пролетел и врезался в многострадальную машину, которая к этому времени уже догорала. Нового надругательства она не вынесла и раскидала в стороны колеса, напрочь отказавшись куда-либо ехать. К тому же ещё и двери отбросила…
Там ещё что-то взорвалось, но я уже не стал приглядываться, так как на меня понесся эгрегор.
Громовое топанье раздалось совсем рядом, когда я прыгнул вперед, перекатом уходя от загребущей когтистой лапы. Ещё и поджопника отвесил, когда тот пролетел мимо. Слабенько, но обидненько…
— Куда пополз? — крикнул я в сторону Сергея. — Помогай давай, а то я один не справлюсь! Да не куксись ты!
— Я не куксюсь! Я ссусь! — проблеял Сергей. — Он же вообще неадекваша!
В этот момент эгрегор развернулся и снова топнул ножищей. Вот тогда я понял — почему так активно друзья Николая изображают червячков и пытаются смыться! От ноги эгрегора в разные стороны раздались волны, которые вырывали из земли острые клыки кирпичей. Сотни мелких обломков, а то и половинок взвились в воздух.
Я успел отразить часть из них, но вот один обломок, особо настырный, всё-таки мазнул по щеке. Я даже успел ощутить запах сырой земли и мокрой глины, а потом щеку полоснуло болью.
Я мазнул рукой по щеке и уставился на красную полосу. Во как! Эгрегор ещё и зарядить живицей осколки успевает? Иначе я ничем не могу обосновать пробитие Кольчуги Души так легко. Надо отпрыгивать, когда этому засранцу в очередной раз захочется ударить каблучком.
Эгрегор поднял морду вверх и зарычал так, что с ближайшей липы трусливо обсыпались листья. Почти все. Только парочка осталась, но и те держались на честном слове, как волоски на лысине старика.
— Пошли прочь! Хулиганы! Полиция уже едет! — раздался истеричный женский вскрик со стороны дома.
— Да побыстрей бы, а тот тут один вообще разошелся! Рычит и плюется! А ещё матерными словами ругается! — закричал я, прыгая на эгрегора.
Первый удар доской пришелся по оскаленной морде. Он даже не пошатнулся. Похоже, что если и почувствовал, то не подал вида. Тогда я добавил по корпусу. Результат тот же — то есть никакого.
Дальше снова рывок когтистой лапы, но я уже успел отпрыгнуть.
Эгрегор вытянул лапу в сторону разбитой машины и к нему в ладонь послушной собачкой запрыгнул молот. Вот это вот совсем не хорошо. Абсолютно не хорошо.
Он снова поднял ногу, а я в отчаянном прыжке запрыгнул на липу и скрылся за стволом. Тут же по коре застучали осколки кирпича, по воле эгрегора вырванные из земли. Как только грохот от удара стих, я метнулся белкой-летягой на другое дерево, поближе к противнику. Но не стал хвататься за него, а в полете что есть силы оттолкнулся от ствола и полетел на эгрегора.
Сальто-мортале получилось отменным. А если учесть, что ещё шибанул доской по морщинистой макушке, то вообще зашибись. Правда, доска сломалась и результата это не принесло, но я хотя бы попытался!
Молот просвистел рядом с моим плечом. Только рефлексы заставили уклониться от неминуемой смерти. Следующий удар я встретил перекатом и попыткой воткнуть осколок доски в бицепс эгрегора. Бицепс оказался тверже дерева, а мне в очередной раз пришлось уклоняться.
Эгрегор махал молотом как человек, который половину ночи слушал противное жужжание комара, а потом устроил погоню за этим вредным созданием. Только в роли комара был я. А быть прихлопнутым мне вовсе не улыбалось. Не улыбалось от слова «совсем»!
Друзья Николая дураками не были — они смылись подальше и выглядывали из-за машин на то, как их лидер бушует на площадке.
А я?
Я тоже хочу смыться подальше и выглядывать! Но кто же мне это позволит?
Вот и приходится изгибаться так, что змеи позавидуют. При этом ещё пытаться расколупать каменную кожу эгрегора, а она напрочь отказывается прорываться. Даже не поцарапал, хотя и старался сделать это ржавым гвоздем.