К чему приводят девицу… Объятия дракона

– Эй вы, крылатые! Мы готовы к новым испытаниям! Мы сильные и мы вместе, а значит, вам нас не сломить!
Земля под нашими ногами задрожала, но мы только крепче ухватились друг за друга, ободряюще улыбнулись и смело глянули вперед. Мы вместе, а значит, преодолеем все трудности!
В центре поляны из-под травы стал пробиваться росток. Он увеличивался на наших глазах. Дерево выросло крепким, но не высоким. Оно совсем чуть-чуть переросло наши макушки. В его мощном стволе открылось дупло, и оттуда вылетело множество фей и феев. Они полетели к нам, словно стая легкокрылых бабочек. Их крылья трепетали, наполняя воздух шумом, я завороженно следила за их полетом. Феи кружились над нами, и я стала замечать, что все вокруг начало расти. Потом поняла, что на самом деле медленно уменьшалась я сама. Вскоре мы достигли роста фей. Они легко подхватили нас под руки и понесли к огромному дубравнику, в котором зияло сверкающее дупло. С замиранием сердца наблюдала, как мы влетели внутрь дерева, промелькнула внутренняя сторона ствола, а после мы вылетели в просвет и оказались в сказочной стране.
Огромные яркие цветы среди высокой травы и исполинских деревьев. Здесь были и небесные великаны, и изумрудные лиственницы, и греллевсы, и вполне обычные ивы, липы, березы. Я с восторгом наблюдала, как мимо проносятся высокие стволы и зеленые кроны. Мы приземлились на цветущем лугу, под сенью высокого дубравника. Всевозможные полевые цветы невероятно больших размеров распространяли кругом свое пряное благоухание. Меня поставили на середину ромашки. Я с благоговением прикоснулась к мягкой пушистой сердцевине любимого цветка.
Кузин поставили рядом со мной. Наши сопровождающие отступили назад, а нам навстречу вылетела прекрасная девушка с прозрачными крылышками. Ее золотое платье с кружевным шлейфом оставляло после себя след цветочной пыльцы.
– Приветствую вас в стране фей, юные гостьи! – улыбнулась она.
Мы поклонились, а фея продолжала:
– Я Иллариэль – королева фей!
Мы по очереди представились. Голос королевы был похож на звон лесного колокольчика. Он околдовывал, заставлял поверить в сказку.
– Рада видеть вас, внучки Товилии!
Мы с сестрами переглянулись между собой, а Иллариэль произнесла:
– Не удивляйтесь, я знаю, зачем вы пришли. Но о делах поговорим завтра, а пока – время веселья!
Фея стрелой взмыла вверх к самым небесам, оставляя позади шлейф золотистой пыльцы. В этот момент заиграла чарующая, стремительная, но плавная мелодия. Летний вальс. Необычный, знойный танец.
Нам подали ореховые скорлупки, доверху наполненные солнечным медом. Мы распробовали угощение. Голова закружилась, а ноги сами пошли в пляс. Меня подхватили фей и фея, увлекли в круг танцующих, закружили, зачаровали. Я с удивлением смотрела, как мой грязный изодранный наряд превращается в чудесное, ярко-синее, будто лепестки колокольчика, платье. Волосы огненной волной взметнулись вверх, и в рыжих прядях мелодично звякнули полевые цветы.
Я кружилась без устали вместе с феями, подпевала им на незнакомом языке, безудержно пила сладкий хмельной мед, смеялась, прыгала с цветка на цветок, поднимая тучи разноцветной пыльцы. Где-то рядом резвились, забыв обо всем на свете, кузины. Помню еще, что под конец обнималась с феями, а какой-то фей с фиолетовыми глазами и светлыми волосами, кружа меня в танце под самыми облаками, легко прикоснулся своими устами к моим губам, оставляя на них вкус знойного пьянящего лета. Я удивленно ойкнула, фей задорно улыбнулся и снова закружил меня в стремительном танце. Я летала, дурман окутывал мои мысли, голову пьянил сладкий мед, кружили страстные танцы. Эта ночь казалась волшебной, нереальной.
Когда почувствовала, что глаза стали слипаться, фиолетовоглазый фей подхватил меня на руки и понес к высокому дереву. Затуманенным взором я увидела, что меня внесли в уютную комнатку, расположенную в дупле. Там внутри находилась миниатюрная мебель. По изящной лесенке фей со мной на руках спустился в спальню. Уложил на широкую кровать, бережно прикрыл лепестком розаруса, поцеловал и шепнул:
 
– Спи!
Я не сопротивлялась этому повелению.
Уснула мгновенно. Во сне продолжила лететь в облаках, но здесь меня несла неведомая сила. Прямо к утесу, прямо в жаркие объятия Шайна.
– Ма-шерра, ты жива! – исступленно шептал он, покрывая мое лицо страстными поцелуями. Прикоснулся к губам, замер, резко отстранился и что-то пробормотал про развратного фея, которому следует откусить голову. Да-да! Так и сказал – откусить!
Мой дракон отошел к озеру, набрал горсть мелких камушков и стал бросать их в воду. При этом он ворчал:
– Трэкс! Я спорю с Фрестом, ругаюсь с Иллариэль, схожу с ума, мучаюсь от неизвестности, гадая, жива ли моя девочка, а она в это время целуется с принцем фей! Хмар!
Я ошеломленно захлопала глазами, задумчиво посмотрела на своего нареченного и медленно подошла к нему. Решилась – и обняла своего мужчину, прижалась щекой к его сильной спине, прошептала:
– Спасибо вам, сударь, если бы не ваши наставления, я стала бы очередным деревом в Шепчущем лесу!
Он взял мою руку и нежно прикоснулся к ней губами, поцеловал каждый пальчик, пощекотал ладонь своим горячим дыханием. Чтобы не поддаться соблазну, я обратила внимание на свое необычное платье. Не помогло. Тогда я вспомнила все, что случилось со мной за прошедший день. Невольно вздрогнула. Шайнер обернулся ко мне. Я утонула в этих синих глазах, глупо улыбнулась и поинтересовалась:
– Сударь, скажите, что происходит с вашими глазами?
Арриен хмыкнул.
– Давай поговорим. Твой вопрос – мой ответ, и наоборот. Согласна? Садись рядом. – Он распахнул свои объятия.
Я потупилась.
– Сударь, а могу я поговорить с драконом?
– Нилия, – нареченный с досадой провел рукой по черным как смоль волосам, – я и есть твой дракон. И я уже устал от того, что ты воспринимаешь меня только в боевой ипостаси!
Я не отрывала свой взор от земли, тогда мужчина шумно выдохнул и поведал:
– Драконья глотка не предназначена для человеческой речи. Мне сложно, да и тебе менее понятно. Хочешь, я чуть отойду от тебя?
Кивнула, и мы сели друг напротив друга. Я подогнула под себя ноги и расправила на платье несуществующие складки, подмечая, что цвет этого наряда удачно сочетается с моими туфлями из тировита. Мои мысли плавно перешли к туфлям, потом к наследству и… дочке. Я посмотрела на поразительно красивого мужчину, сидящего напротив. И поняла, что хочу от него ребенка. Вот только как получаются дети? Я задумчиво оглядела Шайнера с ног до головы и густо покраснела. Он вдруг улыбнулся:
– Ма-шерра, я догадываюсь, о чем ты подумала. О наших поцелуях, верно?
Я зарделась еще сильнее и выпалила:
– Так вы расскажете, что происходит с вашими глазами, или нет?
– Расскажу, – снова улыбнулся мир Эсморранд. – Естественный цвет моих глаз синий, но ты уже заметила, какие у меня зрачки. Вот и пришлось скрывать их под мороком, когда я прибыл в Норуссию. А так как мы с тобой в последнее время особо часто общаемся, то все мороки слетают. Это же происходит и с нашими обручальными узорами. Заметила?
– О! Хвала богам! Я не сошла с ума!
– Нет, – Арриен мягко рассмеялся, – вертикальные зрачки – это особенность драконов.
– Так это из-за меня вы прибыли в академию? – быстро задала я новый вопрос, чтобы окончательно не потеряться в его синих и таких ласковых очах.
– Да. Должен же был я встретиться со своей невестой.
– Нареченной, – привычно поправила я.
– Да называй как хочешь! Это не меняет суть дела. Я искал способ навестить тебя, а в Рильдаг, где я как раз гостил, прибыл вестник от вашего государя с просьбой направить воина-эртара в Славенградскую академию, дабы обучать будущих ведьмаков. Пока Сульфириус гадал, кого из наставников можно отправить в столицу Норуссии, я вызвался сам, радуясь предоставленной возможности.
– И вас отпустили?
– Сульфириус и Ксимер были удивлены, но спорить со мной не стали. Елиссан на удивление спокойно воспринял новость о том, что его соотечественников будет обучать дракон. Кстати, архимаг тоже особо не удивлялся. Да и учителя-люди привыкли со временем ко мне.