Мой сводный братец (СИ)
Я дрожала, будто в лютый мороз вышла на улицу обнаженной. Мурашки расползались по всему телу, болезненный озноб пронизывал каждую клеточку. Мое пальто осталось в клубе.
— Ты замерзла, — еле слышно выдохнул мне в губы Максим.
Я разучившись говорить и понимать смысл слов, слепо искала его спасительные губы. Он нежно поцеловал меня в уголок рта и настороженно взглянул в окно. На крыльцо клуба выбежали Павел с друзьями. Они озирались и громко переговаривались.
В кармане моих джинс громко зазвонил телефон. Я вздрогнула и ошарашенно уставилась на Макса. Это не сон, не моё прекрасное видение, Макс действительно похитил меня с дня рождения, разбив Павлу нос. Я без пальто, продрогшая, зацелованная до изнеможения, остро ощущала нереальность происходящего.
Макс завел машину и резко тронулся с места. Озлобленные парни заметили это и бросились в нашу сторону. Скрипя шинами, мы на большой скорости выехали с парковки. В заднее окно я увидела, как Павел с другом торопливо садятся в машину. Я села ровно и ошалело посмотрела на Макса большими глазами.
— За нами погоня?
Макс азартно блеснул глазами.
— Эти придурки на папиных тачках толком водить не умеют.
Парень лихо свернул во двор и уверенно повел нас по узким дорожкам. Мой телефон снова зазвонил. Это был Павел. Макс бросил быстрый взгляд на экран телефона и зло усмехнулся. Я подумала, что надо принять звонок, Павел не заслужил такого в свой день рождения.
— Да…
— Сашка, ты где?! С тобой все в порядке?! — выкрикнул напряженный парень.
— Со мной все нормально… Извини, Паша… Мы испортили тебе праздник…
— Скажи этому ублюдку, чтобы он привез тебя назад! — голос парня звенел от ярости.
Я прикусила губу. Не хочу назад, не хочу к этим высокомерным незнакомым людям… Хочу быть здесь, в быстрой стремительной машине, каждой клеточкой осязая учащенное дыхание Макса, улавливая обостренным слухом шелест его одежды, ритмичное пощелкивание поворотников, шелест резвых шин…
— Паша, я не приеду… Извини…
По ту сторону трубки разлилось тягостное молчание.
— Ты совершаешь большую ошибку, Сашка… Ему никто не нужен, он не любит никого, кроме себя! Он попользуется тобой и выбросит!
Павел бесился и еле сдерживал себя.
— Куда вы поехали? Я заберу тебя, — он давал мне последний шанс.
— Не надо…
Я сделала решительный шажок и провалилась в бездну почерневших родных глаз. Макс властно держал меня взглядом и не отпускал. Не глядя, я отключила телефон и убрала в карман.
Тишина окутала нас. Я посмотрела в окно, мы ехали на окраину города.
— Куда мы едем? — шепотом спросила я, нехотя нарушая покалывающее безмолвие.
— Я хочу тебе кое-что показать.
Макс был сосредоточен. Мы ехали по пустынной дороге, рассекая зловещую темноту. Я поёжилась. Хорошая завязка для триллера. По закону жанра, у нас должно было спуститься колесо, а из кустов выскочить безумный маньяк, размахивающий топором…
Кровь шумела в венах, опасность, смешанная с вожделением, пьянила не хуже терпкого вина. Сглотнув вязкую слюну, я спросила:
— Как ты узнал, что я буду в клубе?
— Матвей сказал, а потом из клуба позвонил Андрей. Он догадывался, что между нами что-то есть…
— Андрей говорил, что раньше вы с Павлом хорошо общались…
— Он скользкий тип. Я не сразу это понял.
Макс помрачнел и сильно сжал руль руками.
— И он снова трогал тебя, — зловеще протянул он, прищурив самурайские безжалостные глаза.
— Он не позволял себе ничего лишнего, и я уже собиралась домой…
Мне не хотелось, чтобы сейчас Макс ревновал меня к Павлу. Это отвлекало от главного — от нас.
Мы подъехали к загородному дому. Макс открыл электрические ворота и заехал на территорию недостроенного дома. Здание было внушительным. Стены второго этажа еще не были отделаны, на окна натянули плотную пленку. На участке лежали стройматериалы и инструменты, укрытые брезентом.
Макс вылез из машины и открыл входную дверь ключом. Осторожно перешагивая кучи мусора, я подошла к парню и прижалась к его спине, руками доверчиво обняв за широкие надежные плечи. Он замер, впитывая каждый мой глубокий размеренный вдох. Мне было спокойно и хорошо. Как на кухне при свете старого абажура с любимой кружкой чая в руках. Когда родные ласковые глаза напротив, и от простого взгляда становится жарко и тесно. Когда откровенные слова, сказанные шепотом, не ранят, а наполняют жизнью и светом.
Стук мужского сердца отдавался во мне. Я закрыла глаза, внутри щемило от невыносимой нежности. Максим бережно накрыл мои ладони своими и мягко сжал их. Мы стояли возле открытой двери и не двигались. Каждый боялся разрушить хрупкость и прозрачность момента.
Вдалеке залаяла собака, проехала машина. Все звуки обходили нас, не задевая и не тревожа. Мы одни во всей вселенной. Мне было тревожно и счастливо до слез.
Покачнувшись, Макс развернулся в кольце моих слабых рук ко мне лицом и потянул меня за собой в дом.
— Замерзнешь, — не своим от нежности голосом проговорил он.
Не отпуская Макса, я сделала шаг вперед. Прижав меня к себе, он зарылся лицом в мои волосы, вдыхая аромат. Потянувшись рукой, он закрыл дверь, и мы оказались в густой вязкой темноте. Прерывистое дыхание Макса было моим маяком.
Словно боясь спугнуть меня, Макс аккуратно взял мою ладонь в свою и куда-то повел. Он зажег светильник, стоящий на полу. Его неяркий свет несмело очертил пространство вокруг себя. Большой зал с высоченными потолками. Деревянная лестница, стремящаяся наверх, была укрыта пленкой. Вокруг было много пыли, стены не отшлифованы, дорогой красивый паркет стопками лежал у стены и ждал своего часа. Из мебели здесь были только табуретки и несколько простых столов, заляпанных краской. Черновой набросок роскошной просторной гостиной.
Обняв меня со спины, Макс повел меня в соседнюю комнату. Здесь было чисто и пусто. Стены аккуратно заштукатурены и покрашены в бежевый цвет. Пол застилал деревянный паркет. В наглухо закрытое окно бился наглый холодный ветер. В углу лежал большой матрас, застеленный шерстяным пледом. Макс не стал включать свет, он подошел к матрасу и, достав из кармана зиппо, зажег несколько простых свечей.
— Здесь иногда вырубает электричество, — пояснил он. Пламя свечи отбрасывало полутень на лицо Макса, отчего его глаза стали бездонными, как черный глубокий колодец. Тревожно и притягательно…
— Зачем ты меня сюда привел? — мой голос был хрипл и ломок.
— Хотел показать тебе, где я пропадаю последние дни и где иногда остаюсь ночевать…
Макс присел на матрас, вытянул ноги, и, вопросительно глянув на меня, осторожно потянул за руку к себе. Он посадил меня на свои колени, бережно обвив горячими сильными руками. Носом он уткнулся мне в шею.
— Саааашка… — его еле слышный шепот оборвал у меня всё внутри. Сердце зашлось в безумном ритме.
Я обвила его склоненную шею руками и рвано вздохнула. Макс согревал меня своим дыханием, бережно щекотал обветренными губами кожу, истончающуюся от его прикосновений.
— Я здесь работаю после учебы, — его губы шероховато поднялись выше, к виску.
— Строителем? — я пыталась поддержать разговор, силой воли сохраняя в голове проблески разума.
— Строителем, разнорабочим… — голос подводил парня, он переходил на срывающийся в низкие частоты шепот.
— Зачем?
Я повернула лицо так, что его губы оказались напротив моих. Макс сглотнул, глазами пожирая мои приоткрытые губы.
— Мне нужны деньги.
— Для чего? — я держала свои губы в миллиметре от его, умирая от предвкушения.
— Я хочу снять съемную квартиру.
Чуть отстранившись, я удивленно посмотрела на Макса.
— Ты хочешь съехать?
— Да, — парень с тоской смотрел на мои отдалившиеся губы. — Я хочу съехать, чтобы мы с тобой, наконец-то, могли засыпать и просыпаться вместе… Чтобы ты кричала и стонала, не сдерживаясь… Чтобы я мог взять тебя, где захочу — на кухне, в ванной, на полу…
Я не смела дышать, слушая эти слова. Как загипнотизированная, я следила за его двигающимися губами. Глупая улыбка расползлась на моем лице.