Образ смерти

Первым делом они навестили магазин в центре Манхэттена. Стоило им войти, как их охватило и чуть не задушило облако ароматов.
– Как будто провалились в какой-то здоровущий букет, – проворчала себе под нос Ева.
Все продавщицы были одеты броско. Вероятно, под стать товарам, предположила Ева. Товары были выставлены, как бесценные экспонаты в каком-нибудь небольшом частном музее.
В магазине были покупательницы. Бродили среди прилавков, рассматривали, некоторые даже что-то покупали. Зная, сколько здесь стоит кусок мыла, Ева спросила себя, уж не с ума ли они все посходили.
К Еве и Пибоди подошла блондинка. Вместе с сапожками на высоченных каблуках росту в ней было под два метра. Сапожки, как и рудиментарная юбочка и тесный жакетик были цвета неспелых бананов.
– Добро пожаловать в «Сентуаль». Чем я могу помочь вам сегодня?
– Информацией. – Ева извлекла жетон.
– Какого рода?
– Мыло с маслом какао, экстрактом масляного дерева, оливковым маслом и экстрактом розового грейпфрута…
– Да, это из нашей цитрусовой линии. Сюда, пожалуйста.
– Мне не нужно мыло, мне нужен список покупателей этого мыла, а также шампуня из белых трюфелей. Клиентов, купивших и то, и другое.
– Это довольно сложно, поскольку…
– Я упрощу вам задачу. Или список покупателей, или ордер на его изъятие, который застопорит работу магазина на несколько часов. А может, и дней.
Блондинка откашлялась.
– Вероятно, вам следует поговорить с менеджером.
– Отлично. Ничего не имею против.
Ева проводила взглядом удаляющуюся блондинку и заметила, что Пибоди нюхает крошечные кусочки мыла, выставленные в качестве образцов.
– Прекрати.
– Да ладно тебе! Я никогда не смогу себе позволить даже обмылок. Я просто нюхаю. Мне вот это нравится – гардения. Старомодный, но сексуальный запах. «Женственный», как сказал бы мой парень. А бутылочки видела? Масло для ванны. Волшебная вещь.
– Ты готова заплатить пару сотен за какую-то хрень, которая в конечном счете все равно утечет в канализацию? Если бутылка столько стоит, я скорее выпью то, что в нее налили.
Подошла другая женщина, и Ева повернулась к ней. Вновь пришедшая была миниатюрна, с рыжими волосами и в костюме сапфирового цвета.
– Я Чесси, менеджер. Есть проблемы?
– Только не у меня. Мне нужен список ваших клиентов, купивших два специфических товара, так как данные товары являются уликами в полицейском расследовании.
– Да, я поняла. Могу я увидеть ваше удостоверение?
Ева извлекла жетон. Чесси взяла его, изучила и подняла взгляд на Еву.
– Лейтенант Даллас?
– Совершенно верно.
– С радостью помогу вам, чем могу. Какие товары вас интересуют?
Ева назвала ей мыло и шампунь, кивнула, когда Чесси попросила подождать минутку, и проводила ее задумчивым взглядом, когда она ушла.
– Пибоди…
Оглянувшись, Ева увидела, что ее напарница пробует у себя на руке образец крема для тела из тюбика величиной с наперсток.
– Это как шелк, – произнесла Пибоди дрогнувшим от благоговейного трепета голосом. – Как жидкий шелк. Одна моя кузина сама варит мыло и делает кремы и все такое, и у нее здорово получается. Но это…
– Хватит мазаться! Мне с тобой ехать, а из-за тебя вся машина пропахнет каким-нибудь благоухающим черт знает чем лугом.
– Луг так хорошо пахнет! Луг – это пастбище. На нем коровы травку щиплют.
– Я же говорю, жуть. Не исключено, что он покупал здесь, – принялась Ева размышлять вслух. – А может, в Гринвич-Виллидж. А может, в Интернете. Черт, да он мог купить это дерьмо в Италии, или где там оно продается, и привезти сюда. Или заказать, чтобы ему сюда доставили. И все-таки с чего-то надо начинать.
Чесси вернулась с распечатками.
– У нас не зафиксировано продаж – по карточкам или за наличные – обоих продуктов одновременно. И в нашем магазине в Гринвич-Виллидж таких продаж тоже нет, я им позвонила. На всякий случай я скопировала все продажи каждого из названных предметов в отдельности по обоим магазинам. Это касается продаж по кредитным карточкам. У нас, как вы понимаете, нет документации по продажам за наличные. Я просмотрела записи за тридцать дней. Могу проверить более ранние записи, если это вам поможет.
 
– На данный момент этого достаточно. Спасибо. – Ева взяла распечатки. – Вы получили памятку насчет меня?
– Да, конечно. Чем еще я могу вам помочь?
– Спасибо, на данный момент это все.
– Если она получила памятку «Помогите лейтенанту Даллас», значит, это место принадлежит Рорку, – констатировала Пибоди, когда они вновь оказались на улице. – Да ты могла бы плавать в этом масле для ванны! Как же ты…
– Погоди. – Ева выхватила телефон и позвонила Рорку.
– Лейтенант?
– Ты производишь постельное белье? Простыни и так далее под фирменным названием «Файлтиа»?
– Да, а что?
– Ничего. Я дам тебе знать. – Ева отключила связь. – Я не куплюсь на совпадение, Пибоди.
– О! До меня только сейчас дошло. Первая жертва на него работала, была вымыта продуктами из магазина, которым он владеет, ее тело было выложено на простыне, произведенной его фирмой. Нет, спасибо большое, я тоже не куплюсь на совпадение. Но я не понимаю, что, черт возьми, это значит.
– Пошли. Ты садись за руль. – Ева опять вытащила телефон и позвонила Фини. – Пропавшие без вести. Добавь новые данные. Ищи женщину, работающую у Рорка. Ничего ему пока не говори. Просто ищи женщину, пропавшую за последние два-три дня, соответствующую по внешним данным, работающую на одном из предприятий Рорка в нашем городе.
– Ясно. У меня есть три кандидатуры без вести пропавших по трем штатам. [5] Дай мне минуту. А тебе разве не пора на ля-ля-ля-шоу? Свидание с прессой?
– Я как раз туда еду.
– Ладно, погоди, – проворчал Фини, – дай мне время. Этот сукин сын навалял кучу слоев на некоторых своих… О черт! Росси Джулия, возраст – тридцать один год, работает личным тренером и инструктором в «Культуре тела», филиале «Здорового духа», подразделения «Рорк Энтерпрайзиз». Объявлена в розыск вчера вечером.
– Возьми кого-нибудь из патрульных, поезжай к ней на работу, на квартиру, узнай, кто объявил ее в розыск…
– Я знаю протокол, Даллас.
– Верно. Раскрути это дело, Фини. – Ева отключила связь. – Чертовы репортеры!
– Ты должна сказать ему, Даллас. Ты должна сказать Рорку.
– Знаю, знаю. Сначала мне надо покончить с этой ерундой. Пресс-конференция, мать ее. Мне надо подумать. Рорк справится. Ему придется с этим справиться.
Придется подумать об этом позже. В эту минуту она могла думать только об одном: для Джулии Росси, возможно, уже слишком поздно. Оставалось только гадать, что он уже успел с ней сделать.
Он очистил ее под звуки «Фальстафа». Музыка Верди, как и эта нетрудная работа, неизменно приводила его в веселое состояние духа. Его партнерша должна быть совершенно чиста, прежде чем он начнет с ней работать. Особенное удовольствие доставило ему мытье ее волос – этих чудесных темно-каштановых волос.
Конечно, он с наслаждением вдыхал запах с легким придыханием цитрусовых, женственным ароматом, смешанным с запахом ее страха.
Она рыдала, пока он мыл ее, громко, надрывно рыдала. Его это встревожило. Он предпочитал крики, вопли, проклятья, молитвы, просьбы сжалиться монотонным рыданиям.
«Ничего, еще только начало», – успокоил он себя.
Вода, которой он поливал ее из шланга, была ледяной. Эта вода превратила ее рыдания в судорожные и короткие всхлипы.
– Ну как? Это освежает, не так ли? Закаляет. Я должен заметить, у тебя прекрасный мышечный тонус. Сильное, здоровое тело. Это важно.
Теперь ее била крупная дрожь, у нее клацали зубы, губы посинели. «Любопытно будет, – подумал он, – сменить холод жаром».
– Прошу вас, – проговорила она, задыхаясь. – Что вам нужно? Чего вы хотите?
– Все, что ты сможешь мне дать, – ответил он. Он выбрал самую маленькую горелку, включил пламя и прикрутил его до величины острия булавки. Когда он повернулся и ее взгляд метнулся к горелке, она вознаградила его безумным воплем.