Главное – любить (СИ)

К такому нельзя привыкать. Нельзя! Иначе потом будет чертовски больно.
— Так, приступаем! — хлопнула в ладоши я, подскакивая с места. Нужно было прогнать тяжёлые мысли любым возможным способом. — Кстати, ты что планируешь всё, что мы сейчас наготовим есть на ночь глядя?
— Мы?
— Я буду на подхвате, — подмигнула я. — Можешь прогонять своего дворецкого. Он нам сегодня не понадобится, отвечаю.
Саша встаёт из-за стола и, смеясь, привлекает меня за талию к себе:
— Когда ж у тебя из головы выветрятся эти дурные представления о том, как я живу?
— Никанор Иванович!! Идите домой, я о нём позабочусь! — истошно завопила я в ответ в сторону коридора.
Корсаков со смехом перекидывает меня на плечо, и не обращая внимание на мои визги и жалкие попытки выбраться, вышагивает через всю кухню. Чтобы потом усадить меня за один из барных стульев.
— Всё, ты наказана!
— За что-о? — со смехом протяжно ною я.
— Вот подумаешь над своим поведением и поймёшь, — ухмыляется Корсаков и достает фартук. — Первое блюдо я готовлю один, и это не обсуждается.
— Какие мы грозные, — закатываю я глаза. — Будешь комментировать все свои действия, как в кулинарном шоу?
— Если ты хочешь, — пожимает плечами Корсаков.
— Так, а что мы со всем этим потом делать будем? — вновь спрашиваю я. — Боюсь, у меня в животе больше нет места. Даже для сладкого.
М-да, не надо было всё-таки вытягивать так много бумажек!
— Попробуешь немного. Так сказать, убедишься, что всё это съедобно и возьмёшь с собой домой, — выдвигает в целом разумное решение Корсаков.
Где-то на горизонте вновь замаячила довольная Сёмина с плакатом про мирового мужика.
— А ты? Как-то нечестно получается, готовил-готовил, а сам в итоге останешься с пустым холодильником.
— Не переживай, завтра Никанор Иванович оформит доставку продуктов, личная кухарка приготовит еду, и не даст мне бедному несчастному и безрукому помереть с голоду, — смеётся Корсаков. А моя рука автоматически тянется к персикам, что сложены рядом со мной на барной стойке, чтобы запульнуть снарядом в этого весельчака.
То, что происходило на кухне было нельзя назвать иначе, чем волшебство. Потому что наблюдать Корсакова в домашней одежде, ловко управляющимся с несколькими видами овощей, специй и трав, точно выверенными движениями разрезающего мясо на идеально ровные кусочки, и конечно же постоянно перемешивающим что-то на сковородах, было поистине чарующее зрелище.
Долго в наказании я не просидела. Весь процесс настолько меня захватил, что оставаться на месте было просто невозможно. Мне было жизненно необходимо стать частью этого волшебства. К тому же у Корсакова была высококачественная кухонная утварь, так что готовить было одно удовольствие.
Да, теперь я верила на все сто процентов, что Корсаков умеет готовить. И более того — может делать это на уровне профи. У меня до сих пор рот не может закрыться от удивления, как быстро и красиво он порезал на идеально ровные кубики баклажаны и картофель, как мелко нашинковал базилик. Я реально будто бы попала в настоящее кулинарное шоу, или стала участницей эксклюзивного мастер-класса, который проводится специально для меня.
Конечно же я не могла не попросить показать мне несколько кулинарных приёмов. Корсаков отлично всё объяснял. Но то, что он обнимал меня сзади, утыкаясь подбородком в моё плечо и периодически обжигая своим горячим дыханием шею, нисколько не способствовало моему статусу успешной ученицы. Но я не расстраивалась, потому что забавные комментарии Александра третьего и его удивительная манера напевать песенки про все свои манипуляции с готовкой, заставляли меня непрестанно смеяться.
— Я так рад, что ты сейчас здесь со мной, — неожиданно проговорил Корсаков изменившимся голосом. Таким более приглушенным и низким, разительно отличающимся от того, каким он напевал совсем недавно весёлые песенки. А у меня перехватывает дыхание.
Саша аккуратно убирает из моих рук нож, медленно разворачивает к себе, чтобы сразу же впиться мне в губы требовательным, настойчивым поцелуем.
 
[1] Легенария — растение из семейства тыквенных.
  
Глава 29
 
Шаг, ещё шаг. Саша, не выпуская меня из объятий, заставляет отступать назад, подальше от горячей плиты. Через несколько мгновений я упираюсь спиной в стену, ощущая её приятную прохладу, а на контрасте жар от рук Корсакова, которые исследовали моё тело.
Так сладко и так… мало. Телефонный звонок, который так некстати раздался в прихожей, вырывает нас из этого безумия. Саша, тихо выругавшись себе под нос и оставив на моих губах лёгкий поцелуй-извинение, вышел из кухни.
Наверное, кто-то там на небесах решил, что нечего пропадать таким вкусностям. Мясо уже было почти готово, оставалось только периодически помешивать рагу, чтобы не дать ему пригореть. Но если бы мы увлеклись ещё на несколько минут, то чувствую, вместо овощного сицилийского рагу, нас ждало бы малосъедобное подгоревшее месиво.
На всякий случай убавляю огонь на сковороде-гриль, на которой жарилось мясо. Непонятно, насколько по времени затянется разговор Корсакова.
Дотрагиваюсь пальцами до своих горящих губ и не могу сдержать улыбки. Как же сложно рядом с Корсаковым не терять остатки здравого смысла. Особенно, когда так целуют…
Нет, всё-таки нужно включать голову! Иначе весь мой план проучить Корсакова полетит к чёртовой матери!
Саша возвращается спустя пару минут, мрачнее тучи.
— Что-то случилось? — осторожно спрашиваю я. Корсаков вновь прибавляет температуру на плите, и переворачивает кусочки телятины. Похоже, внешний вид панировочной корочки его пока не очень удовлетворил.
— Случилось… не критично, но мне нужно будет подключиться по скайпу, — хмуро отзывается Саша. — Лиз, извини, пожалуйста, что порчу вечер.
— Тяжело быть большим боссом, да? — усмехаюсь я, обхватывая лицо Саши своими ладонями и заглядываю ему в глаза. Вижу сквозь серую дымку скопившееся раздражение и усталость. Что-то мне подсказывает, что подобные звонки не редкость для вечеров Корсакова.
— Сам виноват, нужно было отключить телефон, — бурчит Саша. Перехватывает мою правую руку и нежно целует костяшки моих пальцев, и далее спускаясь ниже, туда, где бьётся пульс. — Подождёшь? Можешь пока какой-нибудь фильм посмотреть или просто поваляться на диване.
— Без проблем, — склоняюсь ближе к его лицу, шутливо чмокнув в кончик носа. — Иди, работай.
Я постаралась скрыть в голосе лёгкое разочарование. На самом деле отпускать Сашу мне совсем не хотелось.
— Тут всё готово, — Саша ещё раз перемешивает рагу и выключает обе конфорки. — К кексу тогда чуть позже приступим.
— Ага, — киваю я. По мне так и мясо с рагу было вполне достаточно, чтобы убедиться в кулинарных способностях Корсакова. Сомневаюсь, что после разговора по скайпу, у него будет настроение и силы вновь для меня готовить.
Саша берёт меня за руку и проводит вглубь квартиры, в одну из комнат, которая была полностью отведена под домашний кинотеатр.
— Что хочешь посмотреть?
Я выхватываю пульт из рук Александра третьего и плюхаюсь на огромный мягкий диван.
— Ещё не решила. Ты не переживай, я разберусь.
— Точно? — с сомнением протягивает Корсаков.
И чего он так напрягся-то? Как будто не пульт мне дал в руки, а обезьяне вручил гранату, и уже жалеет о своём поспешном действии. Мне стало смешно:
— Если нет, то пойду от скуки дегустировать мясо с рагу. Иди уже!
Корсаков напоследок быстро сжимает меня в объятиях, нежно целует. И всё же находит в себе силы удалиться и оставить свою технику на растерзание женских рук.
Ничего смотреть не хотелось, но я запустила приложение и нашла какую-то недавно вышедшую комедию, с неплохим рейтингом. Смысла углубляться в фильм не было, если Корсаков в скором времени вернётся со своей скайп-конференции. Зато можно было спокойно полежать и отдохнуть. Диван был довольно удобный, с огромными мягкими подушками по периметру. Поэтому с удовольствием растянулась во весь рост, подложив под голову одну из подушек. Боже, какое блаженство! Если через пять минут Александр третий не соизволит явиться, то выносить меня из квартиры он будет только вместе с этим диваном.