Повседневный гарем с опасными леди-монстрами (СИ)
Она переводит дух, и стоит надо мной, запыхавшаяся, но гордая от осознания значимости своей собственной должности и места работы, которому отдает большую часть жизни. При этом ее блузка едва удерживат природные достояния, но ей, похоже, сейчас совсем не до флирта.
— Похоже, тебе пришлось натерпеться от таких людей, — осторожно подмечаю я. — Вон как тебя понесло.
— Пф! — фыркает она. — Прежде чем пойти в разведчики, я отдала восемь лет службе в полиции, Рик! Восемь долбаных лет! Я знаю весь этот гнилой расклад снизу доверху. Мы тратили силы, нервы, время, теряли лучших из нас во время перестрелок или захватов, а ублюдки через неделю выходили под залог на свободу или попросту исчезали из тюрем, смеясь нам в лицо. Потому я и пошла в солдаты, чтобы иметь возможность хотя бы там стрелять в этих…
Она внезапно обрывает разговор, а лицо каменеет. Должно быть, я зацепил нечто давно похороненное в ее памяти. То, что она предпочла засунуть как можно глубже и забыть.
— Мне надо выпить! — говорит она сухим голосом и направляется к бару. — Что у тебя тут есть покрепче, Рик?
— Гавайский ром внизу слева у зеркала, — подаю голос. — Ты это… Прости, я не хотел ворошить прошлое…
— Не бери в голову, дорогой! — усмехается та, зубами выдергивая пробку, словно заправский моряк и принимаясь хлестать дорогущий напиток прямо из горла!
— А-а-а? — нерешительно привстаю, сам себе напоминая того пса из мультика «жил-был пёс».
— Не боись, Рик…Ик!..ки! — ухмыляется Кира. — Я все возмещу. Мы тоже нормально зар-рабатываем. Все же прав-вительственная служба!
— Да черт с ромом! — отмахиваюсь я. — Можешь допивать, там еще есть. Просто в нем же сорок градусов! Ты как? В порядке?
— Да, — простонала та, садясь на диван. — Мне гора-а-адо легче! Рик, ты не против, если я…
Не договорив, она прикрыла глаза, уронив голову на спинку. Я едва успел подхватить бутылку.
— Сдает старушка, — прокомментировала ситуацию Драника, с блаженной улыбкой откидываясь на кресле. — Раньше так быстро не падала. Значит, ей приходится много впахивать на работе и это очень странно…
Она задумывается, а я решаю расспросить.
— Странно?
— Ну да, — пожимает плечами девушка. Я вдруг замечаю на ее кожанке порезы. Не сильные, ткань не прорезана даже наполовину, но выглядит уже не очень. Надо поскорее задуматься о смене одежды. Блин. Хотел расспросить Киру, а она упилась. Может, хоть завтра выловлю ее.
— Раньше вся суматоха была практически из-за меня и еще пары «неликвидов», — изрекает Драника. — По идее, у них наоборот должно быть меньше работы. Но если она буквально падает с ног, значит, руководство сунуло ей новый «неликвид». Ну, или еще что. Да, наверное, директора обрадовались успеху нашей Киры и решили на этой почве «обрадовать» ее новой запарой. А, сам у нее спросишь, как проснется.
— Надо бы ее наверх отнести, — чешу в затылке. — Там есть пара готовых комнат. Пожалуй…
— Нет, перебивает меня мышка. — Дай лучше я!
Она ловко, но бережно берет на руки спящую, умудрившись даже не потревожить ее сон. Удивительно, но та лишь повернула голову и положила ее на одну из чашечек кожаного лифа.
«Почему там она, а не я⁈»
Мышка бодро и грациозно поднялась наверх, не выказывая ни малейшего признака усталости или большого веса. А ведь Кира была совсем не малышкой и наверняка весила не менее пятидесяти кило. Одни ее арбузы стопудово по три кило вымахали! А мышка шагает как танк и хоть бы хны!
«Эх, где ты была раньше, когда я мешки с цементом таскал на огород!» — невольно подумалось мне.
Опередив Дранику, открываю дверь в одну из ближайших гостевых комнат, включая ночник. В принципе, мышке не нужен свет с ее-то зрением, но я об этом не подумал. Она так же бережно и быстро укладывает спящего куратора на расстеленную кровать, принимаясь расстегивать и снимать ее пиджак.
«Верно!» — думаю, поворачиваясь к выходу. — «Не в одежде же ей спать! Кстати, надо будет почистить и погладить ее форму»…
— Эй! — шипит вдруг мышка. — Рик! Куда ты собрался! Иди сюда!
— Э-э-э, в смысле? — удивляюсь, поворачиваясь и видя, как Драника уже стащила с Киры белоснежную блузку, оставив ее в черном лифчике. — Я думал, ты тут сама… этого самого…
— Как сама? — пищит та. — Я не знаю, как это одевать, а как снимать — тем более!
Она показывает когтем на ремень и застежки юбки Киры. До меня вдруг с легким запозданием доходит…
— Ты что никогда молнию не видела⁈ — поражаюсь, глядя в ее кристально-чистые невинные глаза. — Серьезно?
— Как это не видела! — спорит мышка. — Конечно, видела! Тыщу раз! Особенно, когда под облаками летаешь, а она ка-а-ак треснет! Однажды она даже в моего брата попала! Он потом месяц отлеживался!
— Да не та молния! — рычу я, отодвигая ее в сторону. — У-у-у, боже. Смотри! Вот, видишь. Берешь за вот эту пимпочку и тянешь так, чтобы кожу не зацепить. Во-от. Это и называется молния!
— Круто! — искренне восхищается мышка, блестящими глазами следя за движениями моих рук. — Вот бы и мне такую на броню!
И прежде чем я успеваю сказать хоть слово, она стремительным и неуловимым движением сдергивает юбку с Киры, оставляя ее в одном лишь черном с кружевами нижнем белье. Мой взгляд скользит по прекрасному телу спящей красавицы, особенно, выделяя огромные полусферы… А потом я слышу легкое хихиканье и понимаю, что попался на провокацию со стороны мышки.
— Хи-хи, не сердись Рикки, — пищит та, когда я требую жестами объяснений. — Я действительно не знала, что такое молния, но очень хотелось использовать этот шанс! Зато я теперь точно знаю, что вы к ней неравнодушны!
— Ну, я все-таки молодой и здоровый мужчина, — сердито ворчу, изо всех сил стараясь отвести взгляд от полуобнаженной Киры. В конце концов, просто накрываю ее простынкой, хотя это мало помогает. Что меня интересует больше, так это странная реакция Драники. Она не ревнует и не злится, а напротив, словно подталкивает меня к ней. При всем при этом, заметно, что мышка очень старается наладить наши с ней отношения. Надо будет аккуратно разузнать о ее традициях и планах… А то я рискую однажды утром проснуться в одной постели с куратором. Уж Дранька-то постарается! Не то, чтобы я был сильно против… Но мне бы хотелось не смешивать рабочие отношения и дружбу. Обычно это не приводит ни к чему хорошему.
Выключив свет, мы удаляемся на первый этаж. Думаю, что сейчас самое время налаживать наши дружеские связи. Начнем издалека.
— Драника, — спрашиваю, готовя ей новую чашку кофе, а себе чай. — Расскажешь о себе? Что, например, для тебя является целью в нашем мире? Ты ведь не просто так решила сюда перебраться?
Девушка покосилась в сторону второго этажа, а потом натурально фыркнула и улыбнулась.
— Ты интересный парень, Рикардо, — начала мышка. — И вопросы задаешь правильные. Просто большую часть информации, которую ты желаешь знать, мне строго-настрого запретили кому-либо рассказывать…
«Ну вот, приехали!» — удивленно подумал я. — «И как прикажете мне с ней общаться? О чем же тогда с ней разговаривать? А я-то надеялся больше узнать про Орион… Может, и про отца…»
— Но ты, Рик, — вдруг прищурилась девушка. — Для меня значишь куда больше, чем все ваши солдаты и начальники! Ты уже доказал, что имеешь право обладать мной и распоряжаться моей жизнью! Я впервые вижу разумного, который решил вырвать меня буквально из лап смерти и сделал это, несмотря на угрозу своей жизни и вероятной карьере! Ты знал, что те пушки, которые стоят во дворе портала, были заряжены и готовы к атаке?
— Конечно, — кивая, не раздумывая. — Но у них ведь система «Свой-чужой!» То есть, они настроены на стрельбу только по агрессивным целям, которые решат атаковать нас из портала…
— Ах нет, совсем нет! — рассмеялась девушка. — Ох, это даже делает тебе честь, пусть ты и не знал…
Чувствую, как футболка прилипает к спине от липкого пота внезапного ужаса, объявшего мое тело.
— Я точно знаю, что пушки управляются людьми изнутри смотровой башни, — объявила Драника. — Знаю, так как уже видела их в действии. Обыватели не в курсе, но на Центр уже дважды совершали тер-ро-ристи-чес-ки-е атаки. Один раз из Ориона сюда пытались прорваться Харконы, а во второй раз напротив группа терро… турро… каких-то злодеев наоборот пыталась прорваться в портал. И оба раза я лично наблюдала, как их уничтожали огнем ваши пушки, направляемые людьми. Я четко видела, как один из них управлял крестиком, через который велся огонь, но как именно это было, поведать не могу. Кира может подтвердить мои слова, потому она так сильно и переволновалась тогда. Ты ведь легко мог погибнуть!