Ты мне никто (СИ)
Чёрт… это треш. Понимаю, что не могу ей ничего грубого ответить, но…
- Ты… ты правда можешь со мной поделиться. Я знаю, что станет легче.
- Не станет.
- Послушай…
Прорывает. И пусть! Скажу, что думаю!
- У меня никого нет больше. Вообще никого. И самое смешное – мне никто и не нужен. Ненавижу всех.
- Почему?
- Потому что все вокруг предатели. Поняла? – мне жалко её, она не понимает, еще не понимает! - Думаешь этот твой Тор в тебя влюбился? Всё? Навсегда? Как бы не так! Он такой же как все. Тебе будет заливать одно, а сам…
- Зачем ты так говоришь? Хочешь меня обидеть? Больно сделать?
- Просто хочу раскрыть глаза. Так и будет. Он тебя на колени ставил, думаешь, он изменился? Ненавижу таких как он. И таких как ты тоже.
Говорю это неожиданно, но «обоснуй» есть.
Она оказалась такой же как все.
Повелась на него. А почему нет, типа? Богатенький, смазливый. Весь из себя…
Вижу, что ей не нравятся мои слова, но это же правда! Всё правда! Он её бросит, а она… сможет ли и дальше быть такой вот… железной? Или ржавчина её сожрёт?
Расстаемся плохо. Вижу, что она… не то, что обижена. Мои слова, моя правда её бесит! А меня… меня бесит то, что она такая счастливая!
Да, да, да!
И еще… мне очень хочется вернуться в лето. Туда, где я была счастлива со Стасом. Очень хочется. И больно до слез!
Скорее бы добежать до дома, забраться под плед, свернуться в клубочек, закрыться и… вспоминать о нём. О том моем любимом парне, который делал меня такой счастливой…
- Сотка, далеко собралась?
Глава 45
- Эпично ты «биологию» опустила. – смотрю на ухмыляющуюся Миронову, которая разглядывает меня как диковинную зверушку в зоопарке.
Да, все мы тут точно – детки в клетке. И я не знаю, чего от неё ждать. Не боюсь, нет. Во мне проснулась какая-то дикая храбрость. Мама бы, как медработник, наверное обосновала бы это выбросами гормонов. Типа адреналина. Не зря же говорят, что некоторые люди специально рискуют жизнью, потому что не могут жить без него. Адреналин нужен им в повышенных дозах, вот они и катают на сноубордах по черным трассам, летают на парапланах, гоняют на мотоциклах и велосипедах по горам, без страховки на высотки залезают, изображая человека паука. Всё это адреналин. Он им нужен.
У меня сейчас – избыток, поэтому рвусь на баррикады, наверное.
- Пойдешь с нами? – неожиданный вопрос новой одноклассницы застает врасплох.
- Куда?
- По кофейку. Кофейню у угла знаешь?
Кто ж её не знал в нашем районе! Я как только переехали сюда первым делом обследовала окрестности в поисках подобных мест.
Именно оттуда Стас таскал нам с Глебом раф…
Не хочу я туда. Нельзя возвращаться…
«Никогда не возвращайтесь в прежние места»…удивительно, только вчера прочитала это стихотворение – Богиня мне сообщение прислала. И короткий рассказик об авторе. Она ведь учительницей в школе работала, как раз русского языка и литературы. Поэзию очень любила. Пушкина – самозабвенно. И ругала. Не на той бабе женился. Именно так и говорила ученикам – это она мне сама рассказывала. Ей ученики дали прозвище «Горе от ума» - Грибоедова она как раз уважала за красивую историю любви.
А про «прежние места» написал Геннадий Шпаликов, был такой поэт и сценарист. Он еще песню сочинил - «Я шагаю по Москве».
Удивительно, как мне нравилось общаться с Богиней! Она какие-то вещи рассказывала так запросто, и трогательно. И мне даже захотелось какие-то книги перечитать. Когда я это делала в рамках школьной программы мне казалось – скучно и нудно. Если уж читать, то «Гарри Поттера», или «Сумерки». Да, может у меня не самый возвышенный вкус к литературе, как у многих моих ровесников. Но Богиня меня просто заразила.
Правда… «Ромео и Джульетту» я с трудом осилила.
Очень… больно было. Слишком много аналогий. И этот… Лоренцо! Почему он не мог устроить всё нормально! Они остались бы живы, и…
Кручу всё это в голове не замечая, что иду рядом с Мироновой и Дунаевой. Когда я успела согласиться на совместное распитие кофе?
- Ты чем болела так долго?
- Ничем. Просто влом было в школку ходить. Симулировала.
- Ого… это прям «кул», - Дунаева в своем репертуаре. Лерка про неё говорила, что она любит английские слова везде пихать.
«Кул» - это типа круто. Да уж.
Нет, кажется не сильно я горю желанием дружить с Дунаевой. Да и с Мироновой тоже.
Но ноги сами несут меня рядом.
Всегда могу слиться, если захочу.
Мы все берем разный раф. Я ненавижу тыкву, но заказываю именно тыквенный. Мирон – мою любимую лаванду, а Дуня черничный.
Миронова начинает рассказывать о том, что было после того случая в радиорубке.
Мне не очень интересно – она в основном про Тора говорит, но иногда…
- Коршун, капец какой душный стал!
- Да? А мне показалось, тебе понравилось в него язык засовывать.
- Фу, ты тоже душнила, - она смеется, - ну… почему нет? Попробовать. У тебя же с ним всё? Любовь закончилась?
Говорить об этом не хочу ни с кем, особенно с ними. Но…
- А что, у нас разве любовь была? Так… мажорчик башлял, я пользовалась. Когда бы еще я на белом кабриолете покаталась?
Видимо мои слова шокируют даже их. Не ожидали, что я такая циничная стерва? Ну вот, как-то так. Учителя были хорошие – кажется, так говорят?
- Ясно. Ну да… какая в наше время любовь! Кстати, а про Тора с этой… ты знаешь что-то? Ты же с ней…
- Да я с ней. Вы меня за эти звали? Сплетни собирать? Если да – я пас. Не вставляет.
Встаю, забирая чашку с кофе – могу пересесть за другой столик. Но Мирон тормозит меня.
- Да погоди ты. Чего сразу агришь? Я так, просто… Мы реал с них в шоке. Сегодня просто какой-то кринж. Эпик фейл…
Да уж, тут я с ней согласна по всем статьям.
Сажусь, и почти сразу жалею. Потому что в кофейню заходит Коршун.
Он один. Выражение лица – как будто он собрался кого-то сжечь на костре.
Видит нас, выражение лица не меняет. Отворачивается, словно от пустого места.
Ну, ладно. Мне в общем, тоже по фаренгейту!
Пусть берет кофе и отваливает!
Но нет же! Он нарочно садится за соседний столик!
- Стас, чего не к нам? – Миронова мило улыбается.
- У вас там душно.
Говорит, и смотрит прямо на меня, прожигает глазами, сверлит, словно хочет снять скан с моих мыслей! Фигушки!
Мысленно показываю ему фигуру из одного пальца, и взгляд не отвожу. Пусь не думает, что я его боюсь!
И вообще… пусть ничего обо мне не думает! Меня для него нет! И его для меня тоже нет! От слова совсем! Вот!
Щурюсь, потому что непривычно в линзах. Стараюсь смотреть безразлично. Знаю – тоже Богинина наука – больше всего бесит безразличие!
Поэтому ухмыляясь перевожу взгляд на Миронову.
- Что ты там про Торопова и Щепку рассказывала?
- Я? – Миронова так же ухмыляется, - ну, про её вчерашний эпичный нюдс ты в курсе?
- Не-а…
Она рассказывает. Громко. Ну, то есть не таясь, не смущаясь, что тут друг Тора вообще-то, который, как оказалось во вчерашней операции тоже участвовал.
- Ну, пришлось ей шмот отдать, конечно, хотя я бы посмотрела, как она до кабинета «Ксенона» бы дефилировала топлесс…
Дуня ржет, вставляет какие-то английские словечки. Выглядит по-идиотски, но я слушаю, делая вид, что мне пипец как любопытно. Нет, на самом деле любопытно. Оказывается эти стервы Лерку специально облили, потом вещи спрятали. Детки в клетке. Точняк.
Слушаю, а сама краем глаза слежу за Коршуном. Он допивает кофе втыкая в телефон. Потом встает и уходит.
А я получаю сообщение. Чёрт, я же его заблочила везде?
Новый номер, явно.
«Нашла компанию себе под стать? Теперь будешь такая же убогая, как и они? Губы тогда тоже накачай, такому «свистку» быстро найдут применение».
Вот же… Ублюдок!
Хотя не-ет. Он-то как раз законнорожденный. Это мой Глеб ублюдок из-за мамаши Стаса! Ну, ничего! Зато мой младший братик будет законный Коршунов от и до! Еще поборемся со Стасом за денежки его папашки!