Ты мне никто (СИ)
Элен Блио
Ты мне никто
Глава 1
- Отпустите, что вы делаете! Перестаньте!
- Отвали, а?
- Помогите, кто-нибудь!
Чёрт… долбанные наушники как всегда невовремя выпадают из ушей. Или это у меня уши не правильные? Или все-таки вовремя? Если там реально нужна помощь?
- Пожалуйста, ну хватит! Господи, кто-нибудь, помогите!
Пробежку, увы, придется прервать.
Не могу же я пройти, вернее, пробежать мимо? Кто-то таким милым, ангельским голосочком зовёт на помощь. И помощь, реал, нужна – это я чувствую.
Бывает у меня иногда. Когда я знаю. Реал ЗНАЮ. Что вот именно сейчас мне надо свернуть с дорожки, вклиниться в кусты, появиться неожиданно и спасти бедного ягненка, который за каким-то хреном потащился в парк вечером.
Сам над собой ржу. Ягнёнка!
Сентиментальный Коршун.
Ладно, к хренам, какую-то девчонку обижают, и кто бы там она ни была, но ей надо помочь.
Первое, чему меня в жизни отец научил – девчонок обижать нельзя. И я не я, если я это правило нарушу.
Полминуты и я уже на поляне. Еще довольно светло, так что происходящее, вижу отлично.
Три малолетних бугая держат собаку. В метре от них на земле сидит девчонка. Девушка. И ревет. И пытается опять звать на помощь.
- Эй, пацаны, чего шумим?
Голос у меня громкий, и низкий. Пугающий.
Правда, напугал я пока, только девчонку. Поэтому ей я ободряюще подмигиваю, потом делаю шаг к мучителям.
Твою ж… шавка облезлая, тощая, на такую взглянуть больно, а они…
- Помогите, пожалуйста, они её хотят…
Вижу я, что они хотят.
- Отпустили собаку, резво, а то я сейчас с вами сделаю то, что вы с ней собирались.
- Попробуй, - нагло ухмыляется один из живодеров, высокий дрищ.
- Не надо пробовать, надо делать. – не так часто я цитирую великого Йоду, но изречением этим руководствуюсь всегда.
Поэтому раз, два, три… Три удара. И трое корчатся на земле.
Да, я отдаю себе отчет в том, что они меня на пару-тройку лет моложе, и вырубить их особенно ничего не стоило, но все-равно приосаниваюсь.
Рисуюсь, блин, перед куколкой, что ли?
Один из парней пытается встать.
- Еще хочешь? Полежи лучше, отдохни.
Больше они не пытаются ответить. Перевожу взгляд на ягненка. Похожа ведь, правда. Глазищи огромные, маленькая, губы…губы красивые и дрожат.
- Собаку забирай и пошли, провожу.
Стоит, трясется. Вот блин…
Отвязываю собаку, тяну за собой на веревке, девчонку тоже хватаю за локоть, вывожу обеих на дорожку, где закончилась моя обычная вечерняя пробежка. Торможу под фонарем – сумерки уже спустились.
- Ну, что? Проводить вас? – киваю на трясущуюся у её стройных ног шавку.
- Это не моя собака…
- Да? А чего заступалась тогда?
Смотрю удивленно, разглядываю её пытаясь вспомнить – где видел. Что-то очень знакомое.
- А как? Она у них что-то стащила, кажется шаурму, они за ней. Один пнул. Я сразу попросила не трогать. Сказала даже, что деньги им отдам за еду… А они её… - носом хлюпает.
- Не реви, нормально все.
- Спасибо тебе, Стас…
Ого! Мы знакомы?
- Пожалуйста… - чёрт, неловко. Откуда? Я её точняк не знаю. Не встречались сто пудов, я бы запомнил. Такие губы я бы не пропустил.
И ноги. Она невысокого роста. Обычно я на таких не обращаю внимания, сам длинный и люблю тоже, чтобы девочка была высокая, а тут…
Кроха.
- Я пойду?
- Куда? То есть… прости я… ты меня по имени назвала, а я… мы знакомы?
- Я учусь десятом «А», ну то есть уже в одиннадцатом. Новенькая, только весной переехала. Меня зовут Селена.
- Стас. Ах да, ты в курсе. Селена, красивое имя.
И имя. И сама. Дурак ты, Коршун. Надо присматриваться к девочкам, ниже метр семидесяти. Они оказывается просто огнище бывают.
- Провожу?
- Не стоит, мы и так тебя отвлекли.
По шуму, доносящемуся из кустов, понимаю – малолетние живодеры решили выползать. Вижу, как Селена, снова дрожит, плечами передергивает.
- Не бойся. Пойдем.
- Не нужно, я сама дойду. Тут не так далеко.
- А если я хочу проводить понравившуюся мне девушку?
Вскидывает глаза изумленно.
Какого они у неё цвета? Синие? Нет. Серые? Не могу понять.
Что-то сильно толкает в грудь, резко сжимает, разрядом проносится, пробивая. Охренеть как. Остро.
Сердце на повышенных оборотах, словно я-таки пробежал положенные километры, причем в режиме интервальной тренировки с ускорением.
- Можно? – говорю, не узнавая свой хриплый голос.
Мне кажется, но я не уверен, в сумерках, стоя под ярким фонарём, не могу поручиться за это, но по ходу она краснеет.
- Можно…
Глава 2
Пару раз смотрел дебильные молодежные фильмы. Там парень знакомится с девушкой, и вот уже через пять минут они идут, держась за руки, оживленно беседуя, смеясь, чувствуя себя раскованно и свободно.
Я чувствую себя так, словно мне в одном месте молнией защемило. Ноги еле передвигаю. В висках долбит. Во рту – словно песчаная буря прошла.
Двух слов связать не могу.
Куда ты делся, мой Бог флирта, всегда помогающий? Да я в любых компаниях всегда сразу в доску свой. Да мне даже Тор говорит, что я любого уболтаю. Вотаф… Чё-ё-рт…
И чем дольше мы идём, тем более тупо начинать что-то говорить.
- Прости… уже недалеко. Сейчас.
Вот же… От этого нелегче! Сейчас дойдем до её дома и что? И всё? Вообще без вариантов? Хотя, почему без? Можно прийти завтра, и…
Ага-ага, Стас! Прийти с утра и караулить у подъезда, зашибись! Хотя… да нет, норм идея. Я бы так и сделал.
- Стас, а ты… тебе не нужна собака?
- Такая? Нет… - о, чёрт… эпик фейл! Это прям точняк. – Прости, но… моя маман точно будет против.
- Вот и моя. Нет, она у меня не против животных. Просто… Мне домой никак нельзя. У меня старший брат, он… у него ДЦП, и в общем, надо постоянно заниматься.
- ДЦП? Это же… детское что-то?
- Детский церебральный паралич. Это навсегда. Ну, на всю жизнь.
- А…ясно. – на самом деле ничего не ясно, но я рад, что мы с ней хоть о чём-то говорим.
- Он… Знаешь, он потрясающий! Глеб, он очень умный, у него так голова варит! Он за меня всю геометрию и физику решает, и объясняет, чтобы я могу в школе сама. И вообще, он учится на… ну, на «айтишника», и сейчас уже у него есть работа. Но просто… Он не ходит, почти. У него проблемы с руками, и…
- Как Стивен Хокинг? – почему-то в голове сразу образ ученого, прикованного к коляске.
- Нет, у Хокинга другая болезнь была. И Глеб выглядит лучше. Он вообще симпатичный очень. И, знаешь ты… прости… вы с ним даже чем-то похожи.
Ну, круто, наверное, быть похожим на больного парня.
- Ой, извини, я… я не хотела тебя обидеть. Мой брат красивый на самом деле, как ты…
И опять ей на кожу словно клюквенного морса плеснули.
- Спасибо.
- Извини…
- Много извиняешься.
Молчит. Обиделась?
- Теперь моя очередь сказать прости?
- Я не обиделась, просто… думаю, что делать с собакой. Может всё-таки попробовать домой?
- Слушай, ну… она явно не домашняя, дворовая. Привыкла жить на улице.
- Я понимаю. Но она так смотрит…
Псина реал бежит рядом, забавно свернув шею, преданно заглядывая в глаза. Ну, к нам точно её нельзя, у отца два алабая. Они её мигом между собой поделят. Оставят рожки, да ножки. И куда?
Вспоминаю про отцовского приятеля. У него огромный загородный комплекс, и кого он только туда берет. И кошки, и лисы, и собаки, и рыси, даже пантера и тигр были. И медвежата. Народ покупает мелких, поиграть, а когда вырастают – выбрасывают.
Надо бате позвонить, узнать.
- Слушай, я тут вспомнил, есть один товарищ, у него… ну, не то чтобы питомник, но, в общем, может что-то получится. Только, возможно, не прямо сейчас.