Без любви (ЛП)

− Никуда не уходи.
Одетая только в трусики и туфли на шпильках я стою пред ним, дрожа, мое сердце изнывает от сильного желания.
Оглядывая меня, он откидывается назад, его ноги широко расставлены, он ласкает себя через брюки. Когда мои соски твердеют еще сильнее, он фокусирует на них взгляд, его губы приоткрываются, дыхание учащается.
Я сжимаю бедра и прикусываю губу. Чувствую, что между ног все становится еще мокрее.
Его тело напрягается, и я слышу, как он с шумом втягивает воздух.
Он настолько меня возбуждает, что я могу ощутить запах этого, и я знаю, что он тоже это чувствует.
Неистово лаская свой член, он говорит:
− Иди сюда, крошка.
Я хочу видеть его полностью обнаженным. Почувствовать его кожу своим телом.
Но черт, подожди. Пусть он пока на время останется в одежде.
Я взбираюсь обратно на его колени, наслаждаясь тем, как он заключает меня в свои объятия, еще сильнее прижимая к себе.
Запрокинув голову, он глубоко вдыхает мой аромат, начиная с шеи и заканчивая грудью.
− Боже, проклятье, детка. Ты и правда меня хочешь.
Все что я могу − это всхлипывать, запуская руки в его волосы, трогая шею или любую часть тела, до которой я могу дотянуться.
Он поднимает голову, снова подпуская меня к своим губам, не сдерживая на этот раз. Горячий, извивающий, скользкий бархат встречается с моим языком.
Его запах. Ощущение его присутствия. Безумный водоворот энергии, который, кажется, вырывается из наших тел, одурманивает меня. Я не могла бы быть ближе к нему. Мы максимально прижаты друг к другу, между нашими телами ни дюйма расстояния, а я все еще чудовищно хочу прижаться к нему сильнее.
− Я люблю тебя.
− Твою мать! − он хватает меня обеими руками за трусики, теряя равновесие, целуя меня.
− Повтори это.
Тррреск.
Он разрывает трусики прямо на мне!
Вскрикивая, я кусаю его губу, злясь на то, как сильно хочу его. Я становлюсь жестокой в своем стремлении овладеть им.
− Люблю тебя, черт возьми.
Нагнувшись, он пытается снять с себя белье, двигается он неуклюже.
Я дергаю за его галстук-бабочку, умудряясь каким-то образом снять ее, не задушив при этом.
Он сжимает свой член в кулак, вытаскивая его из боксеров.
Я срываю с него рубашку, обнажая его вздымающуюся грудь.
Одна его рука лежит на моей заднице, он медлит ровно настолько, чтобы взглянуть на меня глазами, полными отчаянного молчаливого напряжения, и это заставляет меня замереть.
− Я люблю тебя. Думаю, я нахрен одержим тобой.
Со мной тоже самое. Я так упорно боролась с этим чувством, но все равно заразилась им, оно неумолимо распространяется по моему организму.
− Прости, мне следует быть более нежным с тобой после того, что случилось в прошлый раз, но я не могу.
− Я не хочу нежностей. Боже, просто дай мне отыметь тебя.
И он пронзает меня своим членом. Мощно. Стремительно. Ударяя по самой глубокой точке внутри меня, по которой только мог.
Упав на него, я не могу удержаться, чтобы не начать тереться об него киской, он так наполняет меня, что я едва могу двигаться.
− Так узко, черт возьми. Господи, я просто хочу разорвать тебя. Трахать до тех пор, пока это не станет твоим наказанием. Уничтожить за то, что ты со мной сделала.
Пальцы на ногах подгибаются, когда стенки влагалища сжимаются вокруг его фаллоса. Прикусываю зубами его шею, практически до крови. Господи, я чувствую то же, что и он. Наши чувства едины… Я изнываю от ощущений, что вызывает во мне его плоть, двигаюсь по всей длине его члена, вверх и вниз.
Илай немного меняет положение, извиваясь вокруг пульсирующих стенок моей киски. Его пальцы блуждают в моих волосах.
− Твою мать. Ты почти на грани, детка.
Всхлипы вырываются наружу у его уха, когда я сжимаюсь вокруг него. Я едва дышу, меня бьют конвульсии. Еще хоть движение, и я взорвусь, меня поглотит оргазм от его чумового члена.
− Дыши, детка, − шепчет он своим томным голосом, от чего мой клитор наливается еще больше. − Не кончай, еще рано, − дернув меня за волосы, он откидывает мою голову. − Господи, как же ты прекрасна, когда мой член глубоко внутри тебя.
 
Мои ноги содрогаются по обе стороны от него, оргазм готов вырваться, его тугой узел крепко затянут внизу живота.
− Расскажи, каково ощущать мой член внутри тебя. Ты же знаешь, мне чертовски нравится, как ты говоришь это.
− Не могу, − бессвязно хнычу я, крепче сжимая бедра. Я пытаюсь приподняться, оседлать его, так, как того жаждет мое тело; он лишь крепче сжимает мои бедра, удерживая на месте. − Я не могу.
− О, ты можешь, детка. Скажи мне. Мне становится так хорошо, когда я слышу это от тебя.
Лишившись его плоти, мне приходится прикусить губу, последний виток здравомыслия исчезает. Это сумасшествие. Больное, бредовое, сильное сумасшествие. Я больше не ощущаю себя человеком. То, что я хочу от него получить, на грани боли. Близко к садизму. Я хочу владеть этим мужчиной, и это пугает меня.
− Ты такой огромный. Черт, такой толстый и твердый внутри меня.
Илайджа двигается внутри меня, дразнит.
− Тебе не больно, малышка?
− Да. Да! Ты такой большой. Но как же мне это нравится, Илай! О боже!
Рыча, он стаскивает меня с себя в тот момент, когда я начинаю кончать. Он соскальзывает вниз, опирается о комод, заставляет меня встать.
− Илай…
Дернув меня на себя, ртом он впивается в мою пульсирующую киску.
Я взрываюсь с криками, безудержно стараясь оседлать его язык.
Он словно хочет поглотить каждую унцию моего оргазма, продолжая издавать стоны у моей налитой плоти.
Очередная конвульсия содрогает мое тело, когда последняя волна сходит на нет, и все, что я могу ощутить, − глубочайшее чувство опустошения.
Илайджа усаживает меня к себе на колени, снова пронзая меня своим членом.
Я сжимаю мышцы по всей его длине, шок от нахлынувшего удовольствия лишает меня дара речи.
− Держись за меня, детка. Хватайся за меня. Я теряю контроль.
Я впиваюсь ногтями ему в плечи.
Он накрывает ладонями мои груди, приложившись губами к одному соску и посасывая его, играет с ним, затем проделывает то же самое с другим.
− Объезди мой член, Пейдж. Покажи, как тебе меня не хватало.
Возвышаясь над ним, несколько мгновений я удерживаю свое тело навесу, пока кончик его члена находится внутри моего сжимающегося лона.
− Черт. Черт. Ты, мать твою, такая дразнящая. − Его зубы смыкаются вокруг моего соска, легкая боль заводит меня еще сильнее.
Я скольжу вверх-вниз по его члену, и с каждым толчком из моей груди вырывается стон. Ближе. Еще ближе. Очередной оргазм накатывает волной. Он еще мощнее предыдущего. Господи, как же хорошо.
Обняв меня, он встает, переворачивает меня и бросает на туалетный столик. Моя голова ударяется о зеркало позади меня, но никто из нас не обращает на это внимание. Он прижимает свои бедра к моим, заставляя меня широко расставить ноги. Его пенис врывается в меня, он так жаждет извергнуться в меня, точно также как я жажду вобрать это.
− Кого ты любишь? − рычит он, хватая меня за шею, наши взгляды встречаются.
Впиваюсь ногтями в его задницу, удерживая и продолжая круговые движения бедрами.
Его рот приоткрыт, когда он наблюдает за мной.
− Дерьмо. Как горячо. Вот так, да. Забери то, что принадлежит тебе.
Я еще быстрее качаю бедрами, мой клитор набухает, задеваемый его членом при каждом покачивающем движении.
− Кого ты любишь, Пейдж?
− Тебя! Боже, проклятье. Тебя.
Полный удовлетворения, присущий только мужчинам, звук вырывается из его горла, и он отстраняется назад ровно настолько, чтобы врезаться в меня, задавая безжалостный ритм, намного быстрее того, что был, когда он первый раз трахнул меня. Наши тела ударяются о туалетный столик, раскачивая его.
 
Перед моими глазами взрываются звезды.
Чувство разливается по всему телу.
У меня настолько сильный оргазм, что я чувствую, как забрызгиваю все вокруг своими соками, с моих губ срываются бессвязные вскрики.