Чосонский Ювелир (СИ)

… — Сразу же практически ушла, — говорил Шин по телефону, стоя на улице, около кошивона. — Выглядела крайне сердито. Бокал твой До Юн забрал. Но прикольные у тебя родственники, конечно. Прям Медичи.
— И что там было? — спросила Сюн.
— Быстрая какая, — ответил парень. — Джин свои связи в полиции поднимет, узнаем. Но это не быстро. А вот то, что они запаниковали, это хорошо.
— Не они, — заметила Хюнэ Ди. — А, скорее всего, именно Су Бин.
«Ага. Уже „Су Бин“. Похоже, Хюнэ Ди теперь конкретно обиделась».
— В любом случае, это хорошо, — произнёс Шин. — Это тот самый прокол, который я ждал.
— Да, — голос Хюнэ Ди был тусклым. — Ладно. Я… А не. Домой лучше не надо.
— Мне приехать? — спросил Шин.
— Нет, — ответила Сюн. — Хочу побыть одна. И хорошо, что не дома. Давай, пока.
— Да, — произнёс Шин. — Если что, звони.
— Ага.
Хюнэ Ди отключилась. Шин убрал телефон от уха.
— Нет злее врага, — негромко произнёс он. — Чем те, кто тебя по-настоящему любил.
Похоже, после такого, наоборот, Хюнэ Ди придётся сдерживать от радикальных решений. Сейчас она это переварит… А потом будет мстить. А если учесть, что она и так подозревала, что мать отцу что-то сделала… А теперь есть наглядное подтверждение, что Су Бин Чой на это способна, то Сюн реально будет стремиться их уничтожить.
Ну, а произошедшее есть то самое, ожидаемая Шином ошибка. От давления. Теперь оппоненты предоставили в его руки просто замечательную линию дополнительного давления. Фото, видео. Результат экспертизы. А уж если в бокале яд… Это же уголовка. Да, фотки и видео, сделанные на телефон, прямым доказательством не могут являться… Так вроде бы. Но. Как учитываемые обстоятельства вполне. А главным фактором станет официальная экспертиза.
— Что же вы, ребята, так оплошали? — злорадно ухмыльнулся Шин. — Надо было подумать. Что женщина может поступить порывисто.
По сути, только что сильно сократилось время до развязки. Всего один бокальчик. А стоить это будет ой, как дорого. Мотивы очевидные. А если это было покушение… А у Сюн родственник в прокуратуре. Причём, родственник со стороны отца. Из тех, кто очень нелестного мнения о Су Бин Чой.
Брякнул телефон.
«Ого, — писала Хаджин. — И что там?»
«Бокал забрали, — ответил Шин. — Отправим на экспертизу».
«Ну, это фиаско, — заметил адвокат. — Там в любом случае, не витаминки. Чтобы там не было — это воздействие. А, значит, и состав эпизода».
«Слушай, а фото с видео доказательствами являются?»
«Эти нет, — ответила Хаджин. — Да, привязка к месту и времени есть, но цифровой носитель. Однако, как обстоятельства, уточняющие персоналии, это будет принято».
«Пока, я думаю, придержать»
«Да. Сейчас пока стоит следовать прежнему плану. Я подумаю, как это получше применить. Например, прицепить ко второму иску. Или как отдельное обстоятельство. А как там Хюнэ Ди?»
«Сама понимаешь, радости мало. Когда собственная мать тебя травит».
«Да уж. Слушай, а что за праздник в кошивоне?»
«А, это. Да там случилась драка. С пришлыми. И наши победили».
«Драка? И кто её начал?»
«К девчонкам прицепились. Наши выбежали на помощь. И первым получил Юй Мяо. Всё на видео».
«А, ну, хорошо. А вот то, что у нас тут филиал корпуса морской пехоты, не очень хорошо».
«Всё будет норм. Я охрану поставлю».
«Охрану от наших? А то я, такое ощущение, что в войске перед битвой побывала».
«Они там никуда не собирались?»
«Вроде бы нет. Но какой-то рэп орали. Воинственный».
«Ну, там Синхё с А Сон. Они пар правильно выпустят».
«Только бы через девять месяцев не случилось сюрпризов, — улыбающийся смайл. — А то я пока заходила, две целующиеся парочки видела по пути».
«Ну, тут уже свои мозги не вставишь».
«Ваши мозги, босс, лучше и не надо! — хихикающие смайлы. — А то бы я увидела не только поцелуи!»
Шин улыбнулся.
«Что ты имеешь в виду?»
«Да память у меня хорошая. Дорогой босс!»
* * *
4 мая. Пятница. Около четырёх часов дня
Офис «Хетаэ Инк». Комната отдыха
 
Хаджин закончила оформление ребрендинга своей фирмы. Теперь даже печати имеют стилизованное изображение клыкастого собако-льва с одним рогом. И в комнате отдыха, над диваном, теперь висит круг с этим животным.
— Что же, — говорила Хаджин. — Это был не яд. В чистом виде.
— Тофизопам, — заметил Шин, читающий сейчас заключение. — Ага.
Хюнэ Ди прочитала его раньше. Поэтому сидела, откинувшись на спинку дивана.
— Вполне легальный препарат, — заметила Бин. — Другое дело, какая была дозировка. Ну, и сочетание с алкоголем усиливает эффект. А вот второй компонент…
— Интересное действие, — заметил парень.
— Интересное, — сухо согласилась Хюнэ Ди. — Ещё интереснее, что мой папа попал в больницу после инсульта. Вызванного, вот совпадение, тромбом.
— Это значит, — заметила Хаджин. — Что имеет место два фактора. Первый — воздействие на дееспособность. Вот это нейролептик…
Она кивнула на лист бумаги в руках Шина.
— Должен был снизить критичность восприятия — продолжила она. — И значительно усилить действие алкоголя. Второе же активное вещество, коагулянт, можно рассматривать, как угрозу жизни.
(коагулянт — вещества повышающие свёртываемость крови).
— И мы будем это так рассматривать? — посмотрел Шина на Бин.
— Разумеется, — ответила Хаджин. — Это инцидент придаст второму иску очень интересный аспект. Например. Все препараты, которые вводятся пациентам, в обязательном порядке должны быть указаны в его карточке. Также туда должны быть внесены произведённые анализы крови. Будет интересно узнать, было ли это сделано в случае твоего отца, Хюнэ Ди. А если не было, то мы спросим доктора — почему? А если были, то, имея на руках вот этот документ, мы сможем провести аналогии. И наш иск теряет свою незначительность. В любом случае. Но…
Бин внимательно посмотрела на Сюн.
— Делай, как считаешь нужным, Хаджин, — спокойно произнесла Хюнэ Ди. — Меня интересует лишь то, сколько денег получится сэкономить.
— Я всё же уточню, — произнесла адвокат. — Если мы цепляем этот случай, то у прокуратуры гарантировано появятся вопросы. Они должны будут на это отреагировать.
— Я потом дам тебе телефон, — ответила Хюнэ Ди. — Передашь материалы. В прокуратуру.
— Если мы подадим иск на фоне возбужденного дела, — произнесла Хаджин. — Это может затянуть процесс.
— Поверь, с этим разберутся максимально быстро, — сказала Хюнэ Ди, сощурившись. — Также, как с запретом на выезд.
— Ясно, — кивнула Хаджин. — Но тогда… Часть плана, по сути, отменится. Мы реально выйдем на наследственный спор.
Сюн нахмурилась. Некоторое время она сидела молча. А потом кивнула.
— Но ты твёрдо уверена? — негромко спросил Шин.
Сюн криво усмехнулась.
— Помнишь, как мы с тобой… впервые оторвались? — она посмотрела на парня. — Так вот, в тот день, мне было крайне, подчёркиваю, крайне весело. Чересчур. А буквально перед этим я с Су Бин ужинала. Такое вот… совпадение.
Шин хмыкнул.
— Получается, — произнёс он. — Твоя… Су Бин Чой сама тебя толкнула в мои объятия. Судьба не лишена иронии.
— М-да, — скривилась Хюнэ Ди. — И как ты думаешь, я себя после этого чувствую? А это было два раза? А, например, когда разбирались с наследством, мне ничего не подсыпали? Сейчас это сделали, значит, и тогда могли. Су Бин…
У Сюн заходили желваки.
— Предала моего отца, — процедила она, сжав в кулаки руки, лежащие на столе. — Предала меня. Я вообще хочу её убить, Шин. Очень хочу. И… засадив всего лишь за решётку, я проявляю милосердие.
— Полагаю, как только они сообразят, к чему всё идёт, — произнёс Шин. — Они сбегут.
— Выступая фигурантами по тяжкому преступлению, — заметила Хаджин. — Они… Это будет сложно сделать.
— Да, Шин, — произнесла Хюнэ Ди. — Если ты планировал, что… Я ещё буду встречаться с… этой.