Читай меня вслух. Том 1
Она так увлеклась, что не заметила, как тротуар прервался у лестницы, которая вместе с улицей спускалась к привокзальной площади. Оля сделала шаг в пустоту, нога грубо приземлилась на ступеньку и предательски поехала. Оля взмахнула руками и вцепилась в первое, что оказалось рядом. Гитара предостерегающе брякнула струнами, а в следующее мгновение упала вместе со своим хозяином и с глухим стуком ударилась о бетонные ступени. Лестница была маленькой, но ей чудесным образом удалось уместить на себе и ноющую от боли Олю, и чертыхающегося Ника, и чехол с жалобно фонящей гитарой. Шум от падения сменился внезапной тишиной, точно все они разом рухнули в бездну, куда было не докричаться. Оля молчала от сожаления и неловкости, а Ник – чтобы сдержать бессмысленную злость.
– Ты не ушиблась?
– Нога болит, – пискнула Оля.
Ник раздраженно цокнул языком, но ничего не сказал. Поднялся, не обременяя себя необходимостью отряхнуть с джинсов пыль, и склонился над Олей, изучая ушиб.
– Лодыжка, – подсказала девушка, морщась от боли.
– Не смертельно, – сухо ответил Ник и протянул ей руку, чтобы помочь подняться.
Его неожиданное прикосновение смутило Олю. Она встала, балансируя, как цапля, на одной ноге. Он водрузил гитару в чехле на правое плечо и вернулся к пострадавшей, которая виновато взглянула на него и попросила прощения за свою неуклюжесть.
– Я надеюсь, с гитарой ничего не случилось, – добавила она, когда поймала на себе угрюмый взор Ника.
– Лучше побеспокойся о своей ноге, – буркнул он, перекидывая ее правую руку себе на плечо и придерживая за талию. – Похоже, тебе нужен ближайший травмпункт.
– Без понятия, где он находится, – беспомощно отозвалась Оля, ожидая, что в следующую секунду Ник бросит ее посреди улицы и поспешит на электричку. Но он остался рядом, только шумно выдохнул, продолжая раздражаться.
– Ладно. А ближайшую аптеку мы найдем?
– Надо вернуться на один квартал, – сказала Оля после недолгих раздумий. – Мы проходили мимо.
– Жаль, что на пути нам не попалась больница…
Ник сделал пару осторожных шагов, убеждаясь, что Оля может опираться на ушибленную ногу. По-улиточьи медленно они зашагали в сторону ближайшей аптеки.
Непредвиденное происшествие, кажется, разговорило Ника, и он выдавил из себя пару фраз, чтобы разрядить обстановку. Из этого короткого разговора Оля узнала, что гитара досталась Нику по наследству и за свою историю пережила немало падений и испытаний.
Наконец они добрались до скамейки. Пострадавшая осталась ждать, а спаситель отправился в аптеку. Казалось, его не было всего пару минут, точно эластичные бинты и сухой лед, с которыми он вернулся, прятались в чехле из-под гитары. Оля требовательно протянула руку, демонстрируя намерение самостоятельно оказать себе первую помощь. «Еще не хватало, – думала она, – чтобы незнакомец бинтовал мне ногу». После его прикосновений Оля чувствовала себя неловко. Но ему были безразличны демонстративные жесты, без тени смятения он отдал ей бинты и лед, а сам уселся рядом, безучастно глядя по сторонам.
Оля долго провозилась с перевязкой, но все-таки справилась. Она устало выдохнула, как будто только что пробежала марафон, хотя с распухшей ногой и ходить-то нормально не могла.
– Извини, что задержала! Вызвалась пойти с тобой и принесла кучу проблем. Возьми. – В ее руках зашелестели мелкие купюры. Он не обернулся и даже руки не протянул. Тогда Оля решила прояснить: – За бинты и лед.
Но он снова не отреагировал, чем разозлил Олю.
– Что это за уличный джентльмен, который покупает новой знакомой бинты и сухой лед в аптеке?!
– Считай, что я угостил тебя мороженым, – он пожал плечами.
– Со вкусом бинта, – фыркнула девушка и, найдя главный аргумент, продолжила наступление: – Ты собирался потратить свои деньги на обратный билет домой! Возьми!
– Мне они не нужны.
– Ты там что, на своих песнях миллион заработал?
– Мой поезд ушел ровно десять минут назад, как раз в тот момент, когда ты села на эту лавочку. Поэтому мне не нужны деньги на билет, – сказал он с легкостью, которую редко можно встретить у опоздавшего на поезд человека. Казалось, все эмоции, которые должны были принадлежать Нику, вместо него испытала Оля. Она ахнула, побелела и испуганно взглянула на привокзальные часы, которые виднелись вдалеке.
– Это из-за меня… – протяжно заныла Оля.
– Помочь тебе было моим решением. Я не думаю, что ты упала специально, чтобы оказаться с ушибленной ногой в обществе незнакомца.
– Ну да, – согласилась Оля, решив, что это отражает ее скромную и рассудительную натуру и безупречную репутацию, которая была подорвана ее желанием проводить незнакомца.
– Хорошо, – кивнул Ник, довольный тем, что тема исчерпана.
Однако Оля после короткой паузы заявила:
– Я благодарна тебе за помощь и предлагаю помощь в ответ.
– Что за обмен любезностями? – Он покосился на нее и скорчил недовольную гримасу. Оля проигнорировала замечание и продолжила с энтузиазмом:
– Мой брат-студент снимает жилье тут неподалеку. Комната на летнее время свободна, ты бы мог остаться там на пару дней.
– Ты филантроп или просто сумасшедшая?
– Не смотри на меня так, словно я тебе предложила пожить у меня!
– Что за маниакальная боязнь показаться нескромной девицей?
Оля фыркнула.
– Если планируешь отказаться, так и скажи. Зачем говорить гадости?
– Я не сказал тебе ни одного грубого слова!
– А «сумасшедшая» – это комплимент, по-твоему?
– В моей личной философии – да.
– Я вне границ твоей философии, – коверкая язык, сказала Оля. Передразнивать Ника было не лучшей затеей, но вместо ожидаемого раздражения последовал смех.
– После такого я должен поднять руки вверх и признать свое поражение.
«Сдается», – подумала Оля и едва удержалась от того, чтобы довольно потереть ладони.
– Достаточно будет из вежливости принять мое предложение о помощи, – она пожала плечами.
– Спасибо. Если честно, я очень устал…
Так он оказался в незнакомой квартире. Планируя остаться здесь всего на ночь, он задержался надолго. Его гитара удобно пристроилась в углу за скрипучей кроватью, да так и осталась там жить.
Воспоминания проносились одно за другим, позволяя ему переживать все мгновения заново. Он словно включил кассету своего прошлого в обратной перемотке, чтобы взглянуть на это еще раз, попрощаться и навсегда забыть. Несчастный человек всегда стремится вспомнить лучшее, что с ним когда-либо случалось, точно говоря себе: «Ты был счастлив. Не все так плохо». Солнце освещало тесную комнату, в ярких лучах кружились пылинки и его воспоминания. Ее радостный смех, звонкий голос и застенчивая улыбка, которая не потеряла своего очарования и скрытого смысла за все то время, что Оля улыбалась ему… Ее плач, крик и дрожащие губы, которые уже не улыбались и не произносили его имя так мягко… И еще тысячи мгновений, пережитых вместе: одни уже невозможно было повторить, а другие – вычеркнуть.
Глава 9
Подмена
Газета пахла свежей офсетной бумагой и типографскими чернилами. Кате нравились и этот запах, и шелест страниц, и мелкая вязь букв, что складывались в тексты статей. В новой жизни деревьев, ставших бумагой, еще хранились дурманящий запах древесины и истории, которые видели вырубленные леса. Сама бумага могла рассказать намного больше, чем все эти статьи вместе взятые. Держа в руках газету, книгу или чистый блокнот, Катя вдыхала эти истории, прикасалась к ним.
