Не отдавай меня ему (СИ)
И часто возвращался в другие квартиры. Вася с матерью переезжали по несколько раз в год, и жилье наше становилось все хуже и хуже. Тогда я думал, что раз он не звонит и не берет меня к себе, то я ему больше не нужен.
А через год батя умер. Инсульт. Я тогда ничего не понимал, кроме того, что через некоторое время после его смерти у нас появились деньги. Ненадолго.
Тогда у меня начались проблемы с гневом. Особенно в моменты, когда Вася пытался строить из себя моего отца. Метод воспитания у него был только один — ремень.
Мать теряла себя, а я ничем не мог ей помочь. Не знал как. Пока мы не переехали на самую окраину. Там меня отдали в местную школу. В первый же день я познакомился с Гафаровым. Он с друзьями пытался отобрать у меня карманные деньги, которых и в помине не было.
Тогда я сломал ему руку, а Киру — нос. В тот же день меня приняли в компанию. Я не обольщался, друзей там не было, но выжить так было проще.
Мысли снова переключились. Маша, клуб, Гафаров. Против меня он вряд ли пойдет напрямую. Знает, что не вывезет. А вот она… Твою ж мать, принцесска чертова!
Достал мобильный и открыл галерею. Нашел ее фото, которое мне скинул Тимур. И успокоился. Смотрел ей в глаза, и злость медленно отходила на второй план.
Несколько минут крутил мобильный в ладони, а потом не удержался и написал: «Спокойной ночи, принцесса!»
Ответа я не ждал, но спустя пару минут телефон завибрировал.
«И тебе!»
Сердце пропустило удар и забилось в горле, а я как пацан малолетний сидел с дебильной ухмылкой и не мог поверить, что она мне ответила.
Вот так просто взяла и написала что-то в ответ! А следом еще одно сообщение:
«Еще раз спасибо!»
В голове взрывались фейерверки, пока пальцы сами собой набирали ответ:
«Завтра ты работаешь?»
Нажал «Отправить» и посмотрел на фото отца:
— Кажется, я попал, бать!
Глава 10
Глава 10
Маша
— Я ушла! — громко прокричала Мила из прихожей.
Тут же хлопнула входная дверь, а я осталась дома вдвоем с Агатой. Одной рукой пыталась приготовить завтрак, другой — удержать племянницу, которая так и норовила схватить со стола крышку от кастрюли или сверзиться на пол с моих рук.
Выдохнула, выключила газ на плите и села на табуретку, позволяя племяннице получить, наконец, желаемое. Агата довольно агукнула, схватила крышку и ожидаемо потащила ее в рот. Недовольно сморщилась, отбросила в сторону и захныкала.
— Давай-ка ты поиграешь со своими игрушками, — вздохнула я.
Поднялась, отнесла малышку к манежу и опустила внутрь. Обернулась, заметив на подлокотнике дивана свой мобильный, и сглотнула.
Не знаю, какие темные силы заставили меня ночью ответить Марату. Но я ответила. А потом снова и снова отвечала на его сообщения. Ничего не значащие, бессмысленные, веселые. Улыбалась, игнорируя головную боль, и снова писала что-то в ответ, пока не начала засыпать. И он снова написал «Спокойной ночи, принцесса!» А я снова улыбнулась, даже против воли.
Взяла телефон в руки, словно что-то почувствовала, и он тут же отозвался уведомлением о новом сообщении.
«Доброе утро, принцесса! Выспалась?»
Я закусила губу, покосилась на Агату, которая перебирала свои игрушки, и нахмурилась.
Что я делаю? Зачем отвечаю? Это же Марат. Марат Асманов. Друг Тимура Гафарова и тот, кого я так не хотела видеть рядом со своей сестрой, которая, возможно, влюблена в него. Настолько не хотела, что рискнула тогда пойти в автомастерскую, где он работал…
Я зажмурилась и выдохнула. Обхватила голову руками и постаралась дышать, игнорируя противную, липкую тошноту, которая накатывала волнами.
Когда комната перестала плыть перед глазами, я отбросила мобильный в сторону, решив не отвечать. Так лучше. Безопаснее. Мне это сейчас не нужно.
Прошла в кухню, сняла с конфорки кастрюлю с готовым супом, отставила в сторону и решила выпить чаю. Пока чайник закипал, вернулась к Агате, которая увлеченно жевала грызунок.
Улыбнулась, глядя на племянницу, и села рядом с ней на пол, поглаживая малышку по животу.
Как открылась дверь, я не услышала. Вздрогнула, когда на пороге появился Вадим. Собранный и решительный.
— Как дела? — спросил он, проходя в кухню.
— Ты почему не на работе?
— Есть дело, — сообщил он, возвращаясь.
Вадим сел напротив, достал из кармана обычный лист бумаги и протянул мне:
— Завтра ты идешь в больницу к неврологу. Я договорился, тебя примут. Сделаешь снимок и все, что требуется.
— С кем договорился? — округлила я глаза.
— Теща нашего сварщика работает медсестрой в больнице, — пояснил Вадим. — Я хочу быть уверен, что с тобой все в порядке.
— Это дорого? — замялась я.
— Не думай об этом. Просто сходи и проверься.
— Вадим…
— Разговор окончен, — отрезал Вадим, поднимаясь.
Я опустила голову, комкая в ладонях лист бумаги с адресом и фамилией доктора.
— Спасибо, — крикнула я в спину зятю.
Вадим уже гремел кастрюлей в кухне.
— Не чужие, — коротко обрубил он.
Я снова посмотрела на Агатку и не смогла сдержать улыбку. Эта девочка — единственный лучик света в нашей семье.
Малышка уронила грызунок и захныкала. Подняла, вернула мгновенно успокоившейся Агате, когда меня снова позвал Вадим:
— Ты ела?
— Нет, только приготовила. Ты на работу еще вернешься сегодня?
— Нет. Покорми Агату, пойдем с ней гулять.
Я приготовила смесь и, пока Вадим ел и умывался, покормила малышку. Переодела, собрала в сумку запасные памперсы и воду и вручила ее отцу.
Вадим ушел на прогулку, а я осталась наедине со своими мыслями и без конца косилась на телефон. В груди заныло, а нехорошие предчувствия съедали изнутри.
Аппетита не было, но я заставила себя поесть, а потом и поспать немного. Сон в моей жизни теперь был непозволительной роскошью.
Проснулась оттого, что вернулась Милана. Она на цыпочках прошла в свою комнату, переоделась и попыталась так же тихо уйти.
— Ты куда? — сонно хлопая глазами, спросила я.
— На работу. Сегодня меня не жди, я у Эрики останусь.
— У Эрики? — хмыкнула я.
— Маш, я взрослая, со мной все будет хорошо. И да, у Эрики. Учебники на завтра я захватила.
Сестра подошла ко мне, чмокнула в макушку и убежала, снова оставляя меня в компании нехороших предчувствий.
Глянув на часы, я засобиралась на работу. Схватила свой мобильный, взглянула на экран и поймала себя на том, что в груди укололо разочарованием. Было несколько сообщений от постоянных клиенток, Вадим прислал фото с прогулки, а вот Марат молчал.
Я даже головой тряхнула, чтобы избавить себя от непрошенных, неправильных мыслей.
Собиралась на автомате, снедаемая тревогой. Непонятной, грызущей. Работала, слушала рассказы клиенток и никак не могла избавиться от плохих предчувствий. Словно знала, что скоро начнутся проблемы.
И они не заставили себя долго ждать. Ожидая последнюю в тот день клиентку, я убиралась свой рабочий стол и готовила инструменты, когда зазвонил мой мобильный.
Я вздрогнула, сердце пустилось в галоп, но звонила Кира — моя подруга.
— Привет, — держась рукой за грудь, где колотилось сердце, ответила я.
— Маш, тут к нам в бар вроде Таня твоя пришла, — неуверенно пробормотала подруга.
Мы познакомились в самый первый день нашего переезда в новый район и как-то сразу подружились. Кира работала барменом в баре за три квартала от дома. Таню она никогда не встречала, но видела наши совместные фото и историю нашей семьи хорошо знала.
— Я тебе сейчас фото вышлю, — пообещала Кира и отключилась.
Телефон снова ожил, я посмотрела на экран и сильно сжала зубы. На фото Таня улыбалась, сидя в компании Никиты, рука которого лежала на ее коленке.
Я рваными движениями сняла с себя фартук и вылетела из кабинета.
— У меня ЧП, — бросила администратору, — отмени последнюю запись через полчаса.