Фая, или До тех пор, пока Вы хотите (СИ)

Фая почти было закричала, но колдун поцеловал её, смело и решительно. Требовательные губы мужчины пробовали иномирянку на вкус, не давая даже вдохнуть. Это был мерзкий поцелуй, грязный и слюнявый. Сквозь него девушка пыталась кричать, выть, звать на помощь. Противостояния Фаины Аарену быстро надоели, и он прибег к магии, сделав девушку совсем бессильной. Она обмякла в его руках, только слезы с глаз катились. То-Ксиа взял Фаю на руки, шепнув:
— Мы поспорили кто первый уложит тебя в свою в постель. Это буду я. Тебе понравится, сама потом за добавкой прибежишь.
Фаина возненавидела весь Наатир и этих подонков колдунов, которым плевать на её чувства. Им лишь бы свое эго удовлетворить, заполучив её тело. Попользуются и выкинут… Еще бы! Иномирянка же! Экзотическая особа в Наатире… Местным мужчинам страсть, как интересно узнать какие в постели девушки с Земли.
Подобно хищнику Аарен нес добычу в свое логово. Фаина без возможности двигаться лишь мысленно молилась о спасении. Мозг рисовал картины ближайших моментов, как колдун надругается над ней, оттого становилось тошно.
Уже возле общежития из преподавательского крыла вышел ректор. Он моментально ощутил неладное и перегородил адепту путь. Увидев заплаканную Фаю, разгневался и приказал:
— Отпусти её сейчас же!
То-Ксиа тяжело выдохнул и лениво снял заклятие. Иномирянка упала на пол и громко, испугано заплакала. Она взвилась как пружинка и встала за спину Рассела, всё еще пугливо глядя на потенциального насильника.
— Повезло тебе, красавица, — глумился маг.
— Что ты хотел сделать с ней? — спросил фон Корнель строго.
Аарен ничего не боялся. Будучи папенькиным сынком, которого отец вытащит из любой задницы, в которую вляпается сын, он не боялся и сейчас, потому ядовито ответил:
— Вам в подробностях?!
— Подобное поведение в стенах академии непростительно, — Рассел всё понимал, потому подытожил сразу, а следом пригрозил: — иначе вылетишь отсюда с запретом до конца жизни использовать магию.
То-Ксиа издевательски ухмыльнулся:
— А что в причине напишите, господин-милорд-ректор, — маг театрально задумался и шутливо ответил сам: — хотел заняться сексом с иномирянкой… так?
— Насилие карается жестоко, Аарен, — напомнил Рассел.
— А вы еще попробуйте доказать насилие, — в лицо рассмеялся адепт и зашагал дальше по коридору; остановился только на секунду, встав в пол-оборота, и многозначительно кинул Фаине: — еще увидимся, красавица.
То-Ксиа мог позволить себе всё, не страшась наказания. Хоть сотни доказательств найдут его злодеяний — одно слово отца и мага отпустят. Расселу всегда было сложно бороться с детьми высокопоставленных магов, они считают им всё дозволено.
 Ректор цокнул, потирая шею, потом развернулся к травнице. Фаина обняла себя руками, голову опустила, опустошенные глаза смотрели в пол. Она была подавлена, унижена и расстроена. Страх сковывал. Мужчина подошел к ней, погладил по плечу; переместив руку на лопатки, тихонько сказал:
— Идём, Фая.
4.2 
Он отвел девушку в свои покои. Апартаменты ректора находились в самом конце преподавательского крыла общежития. Там было просторно, спокойно, лаконично, в светло-серых тонах, которые изредка контрастировали с черным.
Мужчина предложил Фаине присесть на диван. Та разулась и залезла на диван с ногами, обхватив колени руками. Рассел крутился на кухне, позже вернулся с подносом, на котором были графин с соком и несколько конфет. Садившись рядом, нежно шепнул:
— Угощайся.
Поднос разместил на близстоящем столике.
Фаина не хотела есть, потому на угощения даже не взглянула, а вот сок взяла.
— Этот подонок хотел меня изнасиловать… — горько процедила.
Кружка затряслась в её руках.
— Тише, — погладил по руке, — уже всё хорошо.
— Он сказал они поспорили, кто первый затащит меня в кровать. Как низко!
— Сейчас ты любимая игрушка наатирийцев, — задумчиво изрек Рассел и тяжело вздохнул. — Еще долго ею будешь…
— Они моральные уроды, — повысила тон Фаина и гневно подчеркнула: — все! Я не чувствую себя в безопасности, Рассел. Даже защитить себя не могу. У них есть магия: прочитают заклинание, и я мигом превращусь в их безвольную рабыню. Если бы не ты сегодня, мне страшно представить, чтобы тот мерзавец сделал со мной…
 
Ректор устало провел рукой по голове, думая над тем, что делать и как защитить иномирянку. Фаине не на кого положиться, кроме него. Он чувствовал ответственность за беззащитную девушку с Земли. Она как кусок мяса, кинутый в клетку со львами; лакомый кусочек, который жаждет урвать каждый, причем ради обычного… любопытства.
— Может есть заклинание какое-нибудь, или там… оберег какой-то?! Чтобы никто не смог ко мне приблизиться, если я не позволю?!
Рассел тихо посмеялся.
Фая насупилась:
— Что-о?!
— Есть такой способ, но не хочу предлагать тебе. Он тебе не понравится — это, во-первых, а во-вторых, обо мне подумаешь невесть что, — улыбнулся колдун и облокотился на спинку дивана.
Фаина забегала глазками, но всё-таки решилась спросить:
— И что за способ?!
Ректор склонил голову в бок. Он ответил сразу, словно сам жаждал рассказать:
— Нам придется пожениться. — После первого удивления иномирянки, маг уточнил: — или хотя бы обручиться. Затем я возьму разрешение на проведение магического обряда защиты, вот только во время обряда… мы должны будем стать одним целым.
Фаина напряглась, нервно задышав. Рассел невозмутимо отметил:
— Я же сказал: способ тебе не понравится.
— Неужели другого нет? — возмутилась.
— К сожалению, — изогнул губы в театральной печали ректор.
Иномирянка отрицательно закачала головой, приговаривая:
— Ну нет! Точно нет! Никогда!
Рассел ухмыльнулся и… расстроился. Мужчина сам плохо понял свою реакцию. Наверное, он был таким же чудовищем, как его адепты, которые жаждут взять иномирянку в своей постели. Ей даже не нужно ничего делать, она сама по себе излучает бешеную сексуальную энергию, а её стройное тело — ох, Тьма! — им мечтал овладеть каждый.
— Конечно, Фаина, я и не собирался заставлять тебя, — как можно более спокойно ответил фон Корнель, девушка в ответ мило улыбнулась и всё же уточнила:
— И амулетов никаких нет?
— Ты переоцениваешь магию, — подмигнул мужчина. — Не всё, что придет на ум, можно «наколдовать». Магия — это наука, сложная и опасная, требующая огромных знаний и правильных, последовательных действий. Нельзя, например, придумать защитный амулет, наколдовать его, и он станет тебя защищать от врагов. Нет! На данный момент вечный защитный барьер можно создать только таким способом.
— Сексом?! — иронизировала Фаина, закатывая глаза.
— Между мужчиной и женщиной… да. Что бы ты понимала: секс — очень серьёзное действие в магии и используется в обрядах только высшего ранга, — усмехнулся Рассел.
— Извращенцы… — выпалила обидчиво иномирянка и отвернулась. — Я точно на такое не пойду.
— Я и не заставлял, — повторился ректор, потирая висок.
— Но что мне тогда делать? — обернулась Фая и посмотрела в глаза колдуна с болью и отчаянием.
— Придется соблюдать некоторые меры безопасности. Не ходи одна по академии, по безлюдным коридорам тоже не броди, а их полно в «Наи». Да и просто к магам первого ранга не приближайся, думаю, они представляют наибольшую опасность, но и в отношении остальных не теряй бдительности.
— Мёдом я что ли для наатирийцев намазана…
— Не представляешь даже как сильно, — двусмысленно ответил ректор, отчего Фая невольно отодвинулась от мага, который сейчас сам взглянул на неё ровно хищник.
 
— Я буду осторожна, — аккуратно произнесла Фая и встала с дивана. — Я пойду, — оповестила ректора и на ватных ногах направилась к выходу.
У двери иномирянка замерла, боялась нажать на ручку и выйти в коридор академии, где как стервятники её могут поджидать голодные, соревнующиеся наатирийцы. Что-то ей подсказывало —  они её получат: обездвижат и возьмут силой, поимеют, удовлетворят интерес и выбросят. Только тогда они успокоятся… или нет?! Фаина ощущала себя невероятно слабой, букашкой в огромном Наатире.