Парижское счастье

  
Барбара Ханней
 
Парижское счастье
   
ГЛАВА ПЕРВАЯ
 
— Эй, Джонно, там тебя какая-то женщина спрашивает.
Джонатан Риверс нехотя оторвал взгляд от загона, полного чистокровных молодых бычков, и посмотрел на утонувшую в грязи дорожку.
Женщина в светлом деловом костюме и изящных туфлях на каблуках колебалась в нерешительности на дальнем конце двора за последним загоном, где заканчивалась бетонная дорога и начиналось сплошное месиво из грязи.
Он подавил в себе желание нецензурно выругаться.
— Еще одна желающая выйти замуж? Как они мне все надоели!
— По-моему, так и есть, — пожал плечами Энди Боуэн, его агент по крупному и мелкому скоту. — Но эта совсем не то, что остальные. Советую тебе, приятель, поговорить с ней.
Джонно простонал и покачал головой в отчаянии.
— А я-то надеялся, что больше не придется иметь с ними дело.
— Ну эта-то, по крайней мере, на вид ничего себе, — усмехнулся Энди. — И, кажется, такая же несговорчивая, как ты. Симпатичная, сексуальная и упрямая, как осел. А вдруг с этой тебе повезет?
— Если она тебе так понравилась, иди и узнай сам, чего ей нужно.
Энди лукаво подмигнул другу.
— Я уже успел пообщаться с ней, старик. И точно знаю, что ей нужно. — Он повысил голос, чтобы перекричать громкие возгласы аукционера у соседнего загона. — Ей нужен ты!
Против веления разума, взгляд Джонно снова скользнул к концу дорожки. Какой контраст: изящная горожанка в аккуратном деловом костюме в окружении простых сельских парней и мычащего скота. Облако каштановых волос, карие глаза и темно-алые губы, оттенявшие светлую фарфоровую кожу. Тоненькая, но с горделивой осанкой, выдававшей в ней нешуточную внутреннюю силу.
«Ей нужен ты».
— А мне не до нее. Я занят, черт побери! — прорычал Джонно.
— Да ничем ты не занят. Вон уже почти весь скот свой продал. Иди, я пригляжу за твоим последним загоном. Не волнуйся, я знаю, сколько ты за них хочешь получить. Ну же! Нельзя же заставлять такую леди дожидаться среди всей этой грязи и навоза.
Незнакомка по-прежнему пристально смотрела на него, и Джонно понял, что отвертеться не получится. Он с шумом выдохнул.
— Полагаю, что уже научился легко отказывать им.
За прошедшие месяцы он буквально сбился со счета — такое количество женщин желали познакомиться с ним поближе с тех пор, как та дурацкая заметка появилась в одном бестолковом женском журнале. Блондинки, брюнетки, рыжие и дамы с прочими оттенками волос... женщины средних лет и совсем молоденькие девушки... несимпатичные и красавицы... скромницы, нахалки... вежливые, грубые...
Всем им он сразу давал от ворот поворот...
Он понуро шагал к этой очередной претендентке на его сердце, и его резиновые сапоги хлюпали в дорожной грязи. Проливные дожди, обрушившиеся на округу в последнее время, да навоз от сотен тысяч животных превратили землю ярмарочного двора в подобие смрадной трясины.
Ожидавшая его на краю дорожки женщина в светло-бежевом шерстяном костюме и телесного цвета чулках опасливо поглядывала на чавкающее зловонное месиво.
К собственному удивлению, подходя к ней, он замедлил шаг, чтобы не забрызгать. Но на большее его врожденной вежливости и любезности не хватило. Джонно не посчитал нужным даже улыбнуться.
— Вы меня искали?
— Да. — Незнакомка застенчиво улыбнулась и протянула ему руку. Прямо над верхней губой он увидел маленькую черную родинку, способную свести с ума любого. — Добрый день, мистер Риверс. Меня зовут Камиль Дэверо.
Ее волнистые блестящие волосы отливали шоколадом. Глаза и ресницы казались скорее черными, нежели коричневыми. В чертах лица не было неправильности или заостренности — одно изящество. Камиль Дэверо. Джонно подумалось, что ее французское имя подходит ей как нельзя лучше.
Он нехотя пожал ее руку. Она пристально смотрела на него, как будто изучала. В ее взгляде читалось любопытство и полное отсутствие смущения. И это привело его в легкое замешательство.
 
А главное, аромат ее духов — черт его побери! — окутывал его своим чарующим облаком, дразнил и манил, но потом зловоние скотного двора все же пересилило.
Ее кисть оказалась мягкой и прохладной. И Джонно поспешил убрать свою огрубевшую и мозолистую руку, сунул ее в задний карман джинсов и постарался не думать о том, что Энди оказался прав.
Эта девушка была совсем не такой, как остальные...
В ней угадывалось непередаваемое, загадочное, экзотическое обаяние иностранки. От нее веяло чем-то необъяснимо сексуальным.
Нельзя было позволять себе так долго смотреть ей в глаза. Слишком долго. Их взгляды встретились и...
Проклятье! Никогда прежде он не чувствовал такой внезапной уверенности в том, что он и эта незнакомка испытали одно и то же. Неожиданное волнение, от которого невозможно избавиться.
Все было ясно без слов.
— Послушайте, — быстро начал Джонно. Даже чересчур быстро. Сценарий его поведения следовало оставить неизменным. — Мне нечем вам помочь. Произошла ошибка. В редакции журнала все напутали. Я не ищу себе подружку и уж тем более жену. — Он резко повернулся, чтобы уйти. — Жаль, что нарушил ваши планы.
— Нет, подождите, не уходите! — воскликнула она.
Но он не остановился.
— Я не имею ни малейшего желания встречаться с вами или выходить за вас замуж, — бросила Камиль ему вслед. Пожалуй, излишне громко.
Кучка скотоводов, собравшихся у ближайшего загона с молоденькими телочками, перевели любопытные взгляды с Джонно на девушку и заулыбались.
— Еще одна? — крикнул кто-то. — Которая уже по счету, Джонно?
Стиснув зубы, молодой человек собрал силы в кулак и не обернулся, только прибавил шагу, брызгая грязью во все стороны.
— Джонно! — не унималась Камиль. — Мистер Риверс, нам надо поговорить!
В ее голосе слышалось отчаяние, но он не дрогнул, не посмотрел назад. О чем им еще говорить? Он уже все ей сказал.
Во всем виновато отсутствие кофе, решила Камиль. Поэтому у нее ничего и не вышло. Такого с ней раньше не случалось. Она всегда выполняла задание. А тут оплошала, как говорится. Как непрофессионально!
Разумеется, встреча с Джонатаном Риверсом во плоти после нескольких недель, проведенных в попытках связаться с ним, не имела никакого отношения к ее позорному промаху. Всему виной — отсутствие кофеина. Поэтому она чувствует себя вялой и глупой. И язык словно одеревенел. Но Джонно тут абсолютно ни при чем.
Конечно, все дело в кофеине. Да еще эта хлюпающая вонючая грязь повсюду, из-за которой она не бросилась вдогонку за упрямцем, чтобы заставить выслушать ее.
Разве после этого она может называть себя опытной журналисткой, выполняющей любое задание в любой ситуации? Может быть, считая себя блестящим профессионалом, она хватила через край, но опыт и знания у нее, несомненно, есть.
И вот теперь она стояла там, как бестолковая дурочка, и смотрела, как он уходит, так и не объяснив, почему он отказывается участвовать в проекте журнала.
Все было так странно... как он смотрел на нее... и...
Камиль тряхнула головой и пожала плечами. Непонятно. Почему-то встреча с Джонно до крайности взволновала ее. Как глупо и нелепо! Ведь в редакции имелась его фотография, и она приготовилась встретить во всеоружии его магнетический колдовской взгляд, увидеть его точеные скулы и красивый рот.
И коварную улыбку сердцееда.
Именно улыбка и решила судьбу Джонно. То есть... если уж быть до конца честной, — его лукавая ухмылка и широкие плечи. И то, как прекрасно сидели на нем джинсы с заниженной талией.
Редакционной команде журнала «Между нами, девочками» не требовалось особого ума, прозорливости и сообразительности, чтобы включить Джонатана Риверса в проект «Лучшие холостяки Австралии». Сразу стало ясно: ему там самое место. А фотография, которую он вложил в конверт, оказалась так хороша, что решили даже не посылать к нему профессионального фотографа.