Циничный Алхимик. Том 2 (СИ)

— Господин Рей, что-то вы припозднились, — нас встречает Бен.
— Это ты так намекаешь, что ужин остыл?
— Я уже отдал поручение, его подогреют буквально через десять минут.
— Как дела обстоят с нашим бизнесом? Клиенты были?
— Да, господин, — Бен достаёт из кармана пять золотых. — Останавливались трое: двое узнали цену и уехали, а одна дама купила сразу пять килограмм.
— Отлично, — иду в гостиную и веду за собой Лео. — Будешь докладывать каждый вечер, а деньги спрячь в безопасное место.
— Слушаюсь, — Бен склоняет голову и уходит.
— Пять золотых? За пять килограмм?.. — недоумевает Лео.
— Садись, — указываю ему на ближайший стул. — Сейчас попробуешь и сам всё поймёшь.
— Как-то даже не верится, что я нахожусь в Верхнем Городе… — Лео осматривает гостиную. — Здесь всё так… Дорого…
— И это далеко не самое элитное имение. У того же лорда Милиана наверняка хоромы побогаче, — наступает неловкое молчание. — Кстати, ты же слышал про случившееся с Ванессой?
— Да, учитель, — Лео кивает, а на его лице появляется облегчение.
— И что ты об этом думаешь?
— Думаю?.. Ну… Возможно, Бог вразумил её, раз она решилась на самоубийство…
— Бог? — ухмыляюсь я. — На бога надейся, а сам не плошай.
— К чему вы это говорите?
— Да так… Кто переходит мне дорогу, долго не живёт, — холодным как лёд голосом произношу я.
— Вы?.. — Лео заметно напрягается и перестаёт моргать.
— Ну что ты… Она же сама прыгнула под колёса полиции, — наигранно хмурюсь.
— То есть вы случайность приписали к своим заслугам?
— Запомни, если ты хочешь подняться и стать кем-то, то ты сам должен управлять «случайностями». Как говорится: «Один раз прогнёшься, всю жизнь терпилой будешь». Взять, к примеру, твоего начальника охраны — он тебя прогнул, а ты и рад отдавать ему целое состояние.
— Но что я должен был сделать? — вопрошает Лео. — Он грозился отправить родителей на разведку! А это верная смерть…
— Ну смотри… У тебя есть человек, угрожающий и требующий сумму, которой у тебя нет. Получается, с ним ты не договоришься. Что в таком случае нужно сделать?
— Если бы я не заплатил, они бы погибли… — Лео напрягает кулак и сжимает губы от ярости.
— Обрати внимание на свою реакцию, — показываю на его руку. — Агрессия — вот твой выход.
— Не совсем понимаю, что вы имеете в виду…
— Ну что ты как маленький, — устало вздыхаю. — У тебя есть человек, который вставляет палки в колёса. Нет человека — нет проблемы.
— Вы предлагаете убить его?.. — Лео сглатывает огромный ком слюней.
— Естественно. Это самый правильный вариант. На его место придёт другой начальник, и тогда ты можешь попытаться с ним наладить контакт. Либо же выбрать охранники рангом пониже. Думаю, за десятку золотых тебе не просто родителей вывели бы, а ещё бы и ковровую дорожку постелили, да денег на электричку дали бы.
— Но ведь убивать других — это отвратительно… Мои родители боролись против Гилмортов, пытаясь покончить с нескончаемыми убийствами, — парирует Лео.
— Ты путаешь необходимую жестокость и с садизмом. Папик Ванессы насиловал и убивал не из-за крайней нужды, а по собственной воле. Хер стоял у него на это дело! А в случае с охранником всё обстоит совсем иначе, ведь ты вынужден так поступить во благо своих родителей.
— Но и то, и то по-прежнему остаётся убийством… Даже из благих побуждений.
— Какой ты трудный… — отрицательно мотаю головой. — Давай ещё все войны отменим, раздадим всем еду, особняки, да заживём все в мире, где люди будут умирать только от старости… Ага, построим, мать её, утопию! Славься великое милосердие! Тьфу, блин…
— Поймите меня, учитель, мне сложно смириться с мыслью, что придётся кого-то убить, — признаётся он.
— А зачем ты тогда согласился участвовать в турнире? Или ты думаешь, что там вашими противниками будут каменные манекены?
— Ну…
— Что «ну»?! — одариваю его недовольным взглядом.
— Там я буду защищаться, а это другое…
— А-а-а! Вот где, оказывается, собака зарыта. Тогда зайдём с другой стороны. Если бы на твоих родителей напали, ты бы смог убить обидчика при условии, что это был бы единственный выход?
 
— Конечно! — заявляет Лео.
— А ты разве не понимаешь, что этот начальник охраны и является тем самым человеком, от которого зависит жизнь твоих родителей?
— Это немного разные вещи…
— Отнюдь, всё точь-в-точь, — парирую я. — Во-первых, он тебе их не отдаст и будет вытягивать деньги. Во-вторых, если ты вытащишь их сам, то он выведет полицию на твой след. В-третьих, а ты вообще уверен, что они живы? Ты виделся с ними?
— Он сказал…
— Я спросил о другом.
— Нет, я их не видел… — глаза Лео полнятся печалью. — Я надеюсь, что они живы…
— Сегодня мы это узнаем, — в гостиную выходят тройняшки и начинают расставлять блюда. — Вы же не забыли про моего гостя?
— Нет, господин Рей, не забыли, — говорит та, у которой жёлтая хризантема в волосах, кажется, Габриэлла.
— И печенье не забудьте. Мне не нужно, а вот Лео попробует.
— Сейчас принесу, — Рафаэлла, белая роза, возвращается на кухню и приносит тарелку с печеньем.
— Так-с, что тут у нас сегодня?.. — осматриваю стол. — Борщ, шашлычок, говяжий язык под сливочным соусом, форель… Хм… Пожалуй, остановлюсь на языке. А ты, Лео, чего молчишь? Что будешь?
— Эм… Ну… Я даже не знаю… Наверное, рыбу… — неуверенно блеет он, боясь даже прикоснуться к лакомствам.
— Как прикажете, — Изабэлла с фиолетовым тюльпаном накладывает ему форель.
Меня обслуживает Габриэлла, а третья сестрёнка ждёт, пока они закончат, чтобы втроём покинуть гостиную. Изначально у меня возникали с ними сложности, ведь девушки обучены стоять позади и подавать еду по первой просьбе или даже намёку, но я не люблю, когда кто-то стоит за спиной и смотрит, как я ем. Поэтому мы договорились так: они накладывают первое, уходят и изредка поглядывают, чтобы понять, когда нужно нести второе, десерт и так далее.
Остальная еда никуда не девается, а попадает на стол к прислуге. Интересные, наверное, процесс… Сидят и гадают, что же им достанется. Я даже представляю, как какой-нибудь водитель бьёт кулаком по столу, из-за того, что ему не достанется язык, который я съем. Хотя всю тарелку я не осилю, а поэтому что-то да перепадёт.
Современному человеку подобный подход может показаться дикостью, ведь это всё равно, что официант доедал бы еду за клиентом. Но в этом мире такое распространено повсеместно. Тут даже существует следующая цепочка, когда прислуга поест, остатки нужно будет выкинуть, а там уже в дело вступают бомжи и дикие животные с птицами.
Когда я впервые осознал, как работает эта схема, мне сразу вспомнилась картинка, на которой изображён толстый чиновник, пьющий воду из-под крана, затем шёл более бедный слуга народа, которому доставалась небольшая струйка, а в конце нищий с парой капель на языке. Капитализм, что уж тут говорить…
— Ты ешь, ешь, не стесняйся, — говоря я. — Она не кусается.
— Просто я никогда прежде не ел ничего подобного… — едва ли не со слезами на глазах, цедит Лео.
— Ничего, через пару недель привыкнешь и будешь благодарить судьбу, что попал ко мне на поруки.
— Кстати, учитель, я всё хотел спросить… А почему вы мне помогаете?
— А сам как думаешь? — доедаю увесистую порцию языка и отодвигаю тарелку. — Девочки, сегодня без второго! Можете быть свободны! Возможно, нам придётся побегать, а поэтому нажираться не будем…
— Вы говорили про службу, но разве этого будет достаточно? — интересуется Лео и, наконец-то, пробует форель. — Вкусно… Очень вкусно…
— Ты не подавись. Она никуда не денется, — у меня такое чувство, будто котёнка с улицы подобрал. — Ты перспективный алхимик, а поэтому да, твоей службы мне будет достаточно. Ну и родителей, понятное дело.
— Спасибо вам, учитель… Я и не думал, что в этом мире остались добрые люди…
— Добрые? Я тебя умоляю, — смеюсь на всю гостиную. — Забудь это слово, его придумали дураки и идеалисты. В этом мире значением имеет только капитал, сила и ум. Если у тебя всего в достатке, ты будешь королём. В фигуральном смысле этого слово.