Эксклюзив (СИ)

– Хорошо.
***
Сегодня мой «дед» впервые меня не встречает. От этого грустно. Я привыкла, что он меня осматривает. Мне это нравилось. А сейчас я чувствую себя опустошенной. И вроде понимаю, что Федор не из тех, кто врет и если он сорвался с места, значит у него действительно дела, но от этого не менее грустно.
13:12
«Он позвал меня на свидание. Попросил надеть короткое черное платье. И я пойду. Мне кажется, у меня получится залезть к нему в сейф»
 13:13 
 «Даже не думай. Звони и отказывайся. Никаких свиданий. И забудь про сейф. Совсем уже Е. Банько?!» 
 13:13 
 «Я пойду»  
 13:13 
 «Только попробуй. Я твоей бабке расскажу при встрече, что ты напилась»  
 13:14 
 «А кто сказал, что эта встреча будет?»  
Ну зачем я это делаю?
13:14
«Я вынужден признать, что подослать тебя к Кротову было дурацкой идеей. Забудь об этом. Только попробуй с ним встретиться, я тебе так жопу отметелю, что мало не покажется» 
 13:15 
 «Я пойду» 
Наверное, это гормоны, иначе не знаю, как объяснить тот факт, что я выключаю телефон.
Я не была намерена надевать черное платье, в виду его банального отсутствия. Но когда в четыре часа мне позвонили в дверь и принесли коробку с платьем и туфлями, я не смогла ими не воспользоваться. И я впервые надела бюстгальтер. Вовсе не для того, чтобы что-то поддержать, просто куда-то надо спрятать снотворное. Опою Кротова и залезу в сейф. А сначала задурю ему голову милой прогулкой в парке. Учитывая, что в последний раз перед выездом, его люди меня не осматривали, что мне стоит украсть что-то с сейфа и унести?
Смотрю на себя в зеркало, а затем перекрещиваю дверь. Ну, с Богом.
Выхожу из квартиры, вставляю в замочную скважину ключ и в этот момент меня больно припечатывают к двери, грубо зажав при этом ладонью рот. И самое страшное, что это не запах Федора...
  
Глава 25
 
Глава 25
В сейф она к нему залезет, дура! Хотя я тоже недалеко отошел от звания дурака. Сам втянул, сам и расхлебывай. Останавливаюсь около дома и выхожу из машины, натянув капюшон кофты на половину морды. Если не успел, то это будет полный крах.
Поднимаюсь к квартире и на секунды стопорюсь при виде Лизы, копошащейся у двери. Желание грохнуть эту заразу при виде ее в платье, едва прикрывающим задницу, превалирует над радостью от того, что успел ее перехватить. Не раздумывая подлетаю к ней и закрываю ей рот ладонью, впечатывая в дверь. Ловлю себя на мысли, что действительно хочу сделать ей больно, чтобы было уроком на будущее – слушаться меня.
Открываю свободной рукой дверь и грубо вталкиваю Лизу в квартиру. Она брыкается и мычит мне в руку, но по факту – эта борьба ни о чем. Оно и понятно, как минимум весовые категории не равны. Недолго думая, опрокидываю ее на диван. Воспользовавшись моментом, Лиза громко вскрикивает «пожар», но прокричаться ей от души не даю. Снова закрываю ее рот.
И такая злость разливается по телу, при виде брыкающейся Лизы, особенно когда ее и без того ультракороткое платье с каждым ее движением задирается все выше и выше. Ну сейчас ты у меня запомнишь, что меня надо слушаться. Вжимаю ее одной рукой в диван, второй намеренно громко лязгаю пряжкой ремня и расстегиваю ширинку, дабы испугалась и навсегда запомнила, к чем все может привести.
Задираю ее платье на уровень талии и как только мой взгляд падает на Лизино белье, меня немного отпускает. В отличие от платья, самые что ни на есть обычные трусы. Не собиралась она, конечно, трахаться с Кротовым, несмотря на блядское платье. Но никакие обычные трусы не остановят того, кто захочет ее нагнуть.
Мне бы на этом остановиться с уроком, но я зачем-то намеренно грубо спускаю с нее белье, оголяя ягодицы. И в этот момент ощущаю на своей ладони влагу. До меня вдруг доходит, что это Лизины слезы. Бля, ну что я творю? Маленькая она еще, глупая, что с нее взять? Убираю руку от ее рта.
 
– Вот так с тобой проделает любой, кто захочет, а ты и пикнуть не сумеешь, ибо силы не равны, – поднимаюсь с дивана, освобождая ее тело от своего веса. – Только на спущенных трусах другой не закончит.
Лиза тут же вскакивает, моментально натягивая на себя белье и платье. По щекам все так же бегут слезы, а вот во взгляде – постепенное осознание случившегося. Облегчение и одновременно злость.
– Ладно, не реви. Это тебе урок на будущее: если я сказал, что ты никуда не идешь, значит не идешь. Ты думаешь, что все это шутки? Нагнет тебя, дурочка, Кротов, а потом пустит по кругу, перед тем как закопает, ты это понимаешь?!
Молчит, часто дыша. Тянусь к стакану воды на столе, дабы немного успокоиться и в этот момент мне прилетает удар в плечо чем-то острым.
– Ты…ты…ты гад! – вскрикивает Лиза.
Все происходит настолько быстро, что я не сразу осознаю, что она второй раз ударяет в меня туфлей. Боль мгновенно простреливает плечо. Очередной замах и я перехватываю ее руку, выбивая из нее источник моей боли.
– За умышленное причинение тяжких телесных повреждений следует статья, Елизавета Евгеньевна, ты в курсе?!
– Сволочь! – топает ногой и тут же скидывает с себя оставшуюся туфлю.
Очередной замах, я уворачиваюсь, но Лизе этого мало. Она хочет меня ударить. В принципе, оно и понятно, я бы на ее месте поступил также. От того и даю выплеснуть ей эмоции и помахать туфлей.
Однако в какой-то момент мне надоедает эта борьба. Я выхватываю из ее ладони туфлю, отшвыриваю в сторону. Но Лизе мало, она со всей силы наступает мне на ногу и делает очередной замах рукой, только уже без обуви. Перехватываю ее за ладонь, дергаю и прижимаю к себе. И в этот момент четко понимаю, что переборщил. Всегда был равнодушным к женским слезам, а здесь проняло. Ну на черта до этого довел?
– Прости меня. Переборщил, – шепчу ей в губы. – Просто…просто не хера не просто. И если я тебе сказал никуда не идти, значит это не просто так. Понимаешь ты это или нет? – вместо ответа Лиза бормочет что-то нечленораздельное, уткнувшись лицом мне в грудь.
– Почему от тебя по-другому пахнет? – шмыгнув носом, тихонько произносит Лиза, подняв на меня взгляд.
– Не моя кофта. Сильный шмон?
– Нет. Просто другой запах. Не твой.
– А ты уже знаешь, как я пахну?
– Да, знаю, это не ты, – обиженно произносит она, отталкиваясь от меня. Подходит к окну и, кажется, продолжает плакать. Да ну на хер, как мне это остановить сейчас?
Снимаю с себя кофту, отшвыриваю на стул и подхожу к Лизе. Обнимаю ее сзади, прижимая к себе. Вот она такая маленькая, хрупкая в моих руках, не время и не место ни для нежностей, ни для секса. Вот только, чем больше прижимаю ее к себе, тем больше крепнет желание здесь и сейчас сделать ее по-настоящему своей. Еще и платье, еле прикрывающее задницу и грудь не дают покоя.
– Все, теперь я? – шепчу ей на ухо, невесомо касаюсь губами мочки. – Мой запах? – ничего не отвечает и даже не реагирует на то, что моя ладонь уже блуждает по ее телу. – Лиз, ну прости меня, – зарываюсь носом в ее распущенные волосы, вдыхая сладковатый запах.
– Я была уверена, что это не ты из-за чужого запаха. Уже с жизнью попрощалась, даже если и осталась бы жива. Как после такого жить-то? А это оказался ты. Как сказала бы Люся, мент поганый. Вот в крови у вас быть плохими. И методы у вас… плохие! Тоже мне, учитель недоделанный.
– Значит я тоже плохой? – наклоняю голову к ее шее и целую в тонкую шею, прохожусь губами ниже, как вдруг Лиза произносит:
– Серьезно?
– Что?
– У тебя… ты возбужден?
– Ты почти голая, жмешься ко мне. Что тут удивительного?
– Вообще-то ты жмешься ко мне, и я как бы плачу. Ты ненормальный, – высвобождается из моего захвата и отходит в сторону.
– И это мне говорит ненормальная, одевшаяся как проститутка, чтобы залезть в сейф к Кротову?