Война вечножителей (ЛП)

– Закройте ворота! – приказал Шарманьяк, стоило всем оказаться внутри. Охранники быстро захлопнули огромные створки и крепко заперли засовом размером с дерево. Принц приказал всем занять позиции вокруг крепостной стены на случай, если Рука преследовала их после битвы.
– Что случилось, Уильям? – спросила бабушка Рельда, как только до них добралась.
Шарманьяк нахмурился.
– Они знали, что мы придем. Они были готовы и сильно побили нас. Понятия не имею, сколько раненых или мертвых.
– Быть того не может! – воскликнула Дафна. – Как они узнали?
– Но это случилось, – заявил дядя Джейк с отвращением на лице. – Ноттингем и его головорезы набросились на нас, как только мы прибыли. Они словно поняли всю нашу стратегию и противостояли ей на каждом шагу. Если бы я не знал, то подумал бы, что Ноттингем помогал нам с планом.
– Думаете, что дебошир к тому же еще и шпион? – спросила Сабрина.
– Тише, девочка! – прошипел Шарманьяк.
К ним подбежала медсестра Килька.
– Мне не хватает рабочих рук, – пожаловалась она. – Из медсестер только я.
– Я помогу, – предложила бабушка. – Во время войны я работала в Красном Кресте. Я могу перевязать раны не хуже любого другого.
– Можете рассчитывать на нас, – заверила Вероника.
Остаток дня Сабрина с семьей бегали за лекарствами, помогали купать больных и делали все возможное, чтобы облегчить страдания вечножителей. Тяжелораненых было двадцать, и еще десятку нужно было наложить швы или шину на сломанную кость. Близкий друг Робина Гуда, Уилл Скарлет, сильно пострадал. У Мальчика в Синей футболке было сломано два ребра. К несчастью, несколько вечножителей погибли, пока бедная медсестра Килька пыталась их спасти, включая фрау Пфефферкухенхаус. Пряничную ведьму ударили по голове, и она упала в реку, ее состояние было слишком худым даже для умений медсестры Кильки.
С плачем медсестра проклинала Мастера и Алую Руку.
– Я не квалифицированный врач, – причитала она. – Многого я не сделаю.
Никто ее не винил. Они и так были благодарны ей за сделанное, и в конце концов ей удалось спасти шестнадцать человек.
Изнуренные, Сабрина с семьей, спотыкаясь, вернулись в Чертог Чудес. Там они обнаружили около ста пятидесяти солдат, избитых и напуганных. Шарманьяк, мисс Снежка, мистер Семерка и мистер Канис смотрели на них, как пастухи за стадом.
Когда они пришли, семью встретил Зерцало.
– Слышал, что-то пошло не так.
– Это правда, – подтвердил дядя Джейк.
– Шарманьяк попросил нас всех встретиться. Говорит, у него новый план, – поведал Зерцало.
– Новый план! – ахнул Генри. – Последний чуть всех не прикончил.
– Рельда, может, ты сумеешь его вразумить, – обратился к ней Зерцало. – Принц не может снова отправить этих ребят в бой. Они не солдаты. Или он думает, что сборище принцесс, говорящих животных и стареньких ведьм сможет дать отпор Мастеру?
– Заткнись, Зерцало, – рявкнул дядя Джейк.
– Джейкоб, я… – ошеломленно выдохнул коротышка.
– Мы в эпицентре войны, Зерцало. И если ты пойдешь, чтобы сказать, как все безнадежно, то ты их раздавишь. Они и так знают, что все прошло плохо. Забудем об этом, – и Джейк вернулся к толпе. Зерцало покачал головой, но ничего не сказал.
Стоя перед людьми, Шарманьяк поднял руку, пока не привлек всеобщее внимание.
– Завтра мы пойдем в офис шерифа.
По толпе прокатился вздох.
– Это безумие, – заявил Кот в сапогах.
– Мои расчеты говорят, что в очередной схватке с Рукой шанс выжить у нас десять процентов, – присоединился Страшила.
– Это самоубийство, – воскликнул Икабод Крейн, сжимая раненую руку. – Ты же видел, что они с нами сделали. Мы им не ровня!
Шарманьяк не обратил на их протесты внимания.
– Офис шерифа – это центральный штаб планирования Руки. Уничтожив офис, мы заберем у врага ценный актив. Я надеюсь, что мы сможем также захватить Ноттингема. Я считаю, что для достижения этого нам нужна четырехсторонняя атака.
– Опять твои четырехсторонние атаки! – горько вскрикнула Моргана ле Фэй.
– Первая атака на Крысолове, который использует свои способности, чтобы управлять крысами и белками, которые заполонят офис, выгнав Ноттингема и всех, кто там будет, наружу, – продолжил Шарманьяк. – Предположительно офисы будут заполнены карточными солдатами. Шпионы сообщили мне, что этим утром туда заходили пиковый валет и бубновая тройка. Как только они окажутся на улице, с неба настигнет вторая атака. Цветочек Жужжало и Мальва-с-Жалом возглавят отряд летающих волшебников и волшебниц и поубивают всех, кого смогут, волшебными палочками. Третья атака последует за Златовлаской и тремя медведями, в сопровождении армии разумных животных, которые последуют за Ноттингемом. И наконец в четвертой атаке мистер Семерка нанесет последний удар, возглавляя наших рыцарей, лучников и мечников.
 
– Шарманьяк, прислушайся к здравому смыслу, – взмолилась Красавица. Бедняжка чуть ли не рыдала, а ее собачка панически тявкала. – Хочешь, чтобы нас перебили?
Челюсть принца напряглась, но он не ответил. Белоснежка шагнула вперед, и в ее глазах горел огонь.
– Шарманьяк сказал вам правду! – заявила она. – У вас два варианта. Сражаться или умереть под пятой Мастера. Третьего не дано. Других вариантов нет. Я знаю, что вы хотели бы, чтобы кто-нибудь другой воевал за вас, но этого также не будет. Пора повзрослеть. Вы получили приказ. И если я услышу, как кто-нибудь из вас, нытиков, будет его оспаривать, я заставлю его пожалеть, что он не умер на пристани!
Толпа затихла.
– Сегодня в форте небезопасно, – продолжила Снежка. – Мы все разместимся в Чертоге Чудес. Выспитесь. Мы выходим на рассвете.
Генри недоверчиво покачал головой.
– Думаю, вы все свихнулись.
Повернувшись, он увидел, как бабушка Рельда плачет в ладони и неудержимо трясется. Сабрина и Дафна, подбежав к ней, крепко обняли.
– Бедняжки, – сказала она. – Я не могу дать им никакой надежды. Билли не передумает, да и не должен. Мы должны сражаться изо всех сил, иначе мы все обречены.
– Все будет в порядке, мам, – Генри положил руку на ее плечо.
– Нет, не будет! – сердито рявкнула она. – Оглянись. После всего безумия, который пережил этот город, ты когда-нибудь видел Феррипорт-Лэндинг таким? Еще никогда не было так ужасно. Но ты же хочешь убежать, в свой Нью-Йорк. Если бы мог, ты бы ушел… как раз когда мы им нужны больше всего.
Генри ничего не сказал. Оглядев семью, он развернулся и ушел.
– Извини, Вероника, – сказала старушка. – Я очень устала.
– С ним все будет в порядке, – ответила Вероника.
Но Сабрина в этом не была так уверена. И когда спустя час отец не вернулся, она пошла его искать. Она обыскала Чертог Чудес, но нигде его не нашла. Его не было ни в лагере, ни в Отеле. По подозрениям Сабрины он вернулся в дом бабушки, чтобы немного уединиться. Но пройти весь обратный путь до портала в дом она никак бы не сумела, поэтому принялась искать Зерцало, который отвез бы ее на тележке. Нашла она его в Комнате Отражений; он вытаскивал осколок разбитого зеркала. Увидев Сабрину, он сунул осколок в карман и схватил метлу.
– Привет, мне не помешали бы лишние руки, – и он указал на швабру и ведро в дальнем конце комнаты. Ведро было наполнено пенящейся мыльной водой. Взяв швабру, Сабрина провела ею по полу, где подмел Зерцало. – Люди нанесли сюда грязи и листьев. Можно подумать, что некоторые из них росли в хлеву.
– Полагаю, некоторые действительно там и выросли, – Сабрина вспомнила говорящего козла, который чуть не убил ее ранее, когда управлял ковром-самолетом.
Зерцало усмехнулся.
– Не пропусти то место, – указал он. – Хочу, чтобы эта комната сверкала. Когда-нибудь «Архитектура и дизайн» захочет поснимать тут. И я хочу быть готовым.
– Видно, ты не привык к такому сборищу людей, – предположила Сабрина.