Иллюзии (СИ)
— А… если о вас всё же кто-то узнает? Вы его убьёте?
— Нет, конечно! Но обычно люди просто не замечают того, что не укладывается в рамки привычного. Опять же представь сама: человек бежит и рассказывает всем про магов из параллельного мира! Представляешь, чем всё это закончится для бедняги? Так что, скорее всего, когда мы найдем такого человека, то просто подкорректируем его воспоминания.
— Вы хотите сказать, что этот человек просто всё забудет?!
— Ну, это тебе к Леатару, это он у нас любитель.
То есть из-за воздействия вот таких вот… нелюдей человек может забыть. Забыть что угодно? Даже, то чем когда-то дорожил… Кажется я не смогла удержать лицо, так как брюнет сверкнул своими глазами и перестал улыбаться.
— Нет, конечно, все не так просто… — говорил он, внимательно глядя в мои глаза, — просто некоторые воспоминания можно изъять или приглушить, если они совсем недавние или не слишком значимые для личности. Это совершенно безопасно и используется в случае лечения психологических травм.
А вот в глубинные воспоминания лезть не стоит! Подобное воздействие может нарушить причинно-следственные связи, нарушить восприятие реальности и довести до сумасшествия. Если ты стираешь один из ключевых моментов в чьей-то жизни, то необходимо тщательно просчитать все последствия. Такие изменения, затронут характер и, могут даже перекроить полностью как личность.
Он все говорил, говорил, говорил… а я вспоминала лицо Федора, снова видела, как он бежит вперед, чтобы открыть дверь перед неизвестной блондинкой. Вот он оборачивается, никого не замечая вокруг кроме нее. В его глазах обожание и преклонение… А тот ли это Федор, которого я знала?
— А если по существу, — голос мистера-совершенство, резко вернул меня к реальности, — меньше обсуждайте услышанное сегодня и больше тренируйтесь.
— Что-то я сомневаюсь, что у меня получится хоть что-то, — пробубнила я себе под нос и поморщилась.
Леатар снова улыбнуся и вдруг поймал мою ладошку, руки парня оказались очень сухими и горячими.
— Смотри, — он начертил у меня на ладони полукруг, и я увидела, как следом за его пальцами над рукой загорелся туманный голубой символ полукруга. Я ошарашено уставилась на свою ладонь. Парень усмехнулся:
— Нравится?
Далее он начертил перед нами звезду в круге. И она так и осталась висеть в воздухе над столом. Я потянулась, чтобы потрогать символ, но испугалась.
— А вы уверены, что не галлюцинация или наркотики? — спросила я, с надеждой глядя то на Летара, то на Савра.
— Никаких наркотиков, Катерина! Перестать закрывать глаза на очевидное, и включи, наконец, свои мозги!!! Он ведь специально для тебя постарался — оставил видимый магический след. Это удобно, так часто делают при обучении новичков, для наглядности. А раз ты всё это видишь, значит, магические способности у тебя есть, и учиться ты сможешь. Точка. Прекрати вести себя словно страус! — уже раздраженно ответил Савр и отвернулся, а Оля ободряюще сжала мою руку под столом, незаметно для остальных.
Черт! Что со мной сегодня такое, чего я все время не то говорю и в разговор лезу, когда меня не спрашивают? Может, сглазил кто? Я прикусила себе язык зубами, чтоб не болтал. А что еще можно было сделать? Не знаю, как у других, а мне помогает, хотя и ненадолго.
— Оленька, а вы действительно делаете успехи и приятно удивили меня сегодня, — голос мужчины сделался мягким и ласковым, он повернулся и с явным одобрением посмотрел на мою подругу, — Константин, как долго вы занимаетесь подготовкой с внучкой?
Ну вот, еще и этот туда же, сам «страус»! Еще бы курицей обозвал! Я покраснела от обиды. Склонив голову к плечу, мужчина с улыбкой рассматривал порозовевшую Ольгу, но она выглядела больше смущенной, чем довольной. Мне стало совсем паршиво, в носу засвербело от навернувшихся на глаза слез. Это ж надо было так влипнуть! А если они, и мысли начнут наши читать? Ужас-то какой… Вон, Савр только что намекнул на брюнета, как на любителя в чужих мозгах копаться. Хотя, ему же и хуже! У меня в голове иногда такой кавардак, что у слишком любопытных от чтения моих мыслей, собственные извилины могут в узелки завязаться!
А вообще, странно… Живешь себе так, живешь… И вроде всё кажется просто и понятно: друзья, учеба, мама… И вот вдруг раз, и все летит кувырком! Неожиданно оказывается, что существует магический мир с кучей правил, запретов. И нужно готовиться, чтоб туда ехать. И не важно, хочешь ты этого или не хочешь, потому как договор уже подписан, и отказаться не получится …
Я покосилась на деда Костю и вздохнула. Ну не может там быть всё настолько идеальным, как расписывает блондин! Вон, сидят, разговаривают. Ольку нахваливают, а глаза-то холодные…
Мне надоело сидеть и я осторожно, встала и принесла рюкзак Оли из прихожей. Выложила оставшиеся ингредиенты и бутылочки для Евгеши на журнальный столик.
Перебив Савра с Константином Петровичем, мотнула головой в сторону журнального столика:
— А можно к Евгении Викторовне? Тут скляночки нужно ей отдать, вот эти, и поговорить…
— Конечно! — согласился Савр, — Думаю, она как раз закончила разбирать коробки. За одним и с Даквустом познакомитесь.
Леатар резво подскочил из-за стола:
— Давайте я провожу.
Разговор прервался. Леатар помог Ольге выйти из-за стола, отодвинув у неё стул, предложил локоть, чтобы опереться. Ну, надо же, джентльмен нашелся! Фыркнула я мысленно.
Я вручила Ольге пару пучков какой-то травы, подхватила приготовленные вещи с журнального столика и отправилась по длинному скрипучему коридору следом за ними вглубь квартиры.
— А кто такой Даквуст, Оль? — шёпотом поинтересовалась я, когда Леатар резко остановился перед одной из дверей.
— Понятия не имею! — подняв брови вверх, Ольга пожала плечами и вопросительно посмотрела на Леатара.
— Вы слышали когда-нибудь о фамильярах, о книгах заклинаний? — хитро прищурился парень. Оля машинально кивнула, с интересом оглядываясь по сторонам.
Черт! Что со мной сегодня такое, чего я все время в разговор влезаю, когда меня не спрашивают? Может, сглазил кто? Я прикусила себе язык зубами, чтоб не болтал. А что еще можно было сделать? Не знаю, как у других, а мне помогает, хотя и ненадолго.
— Так вот, девушки, полюбуйтесь, это — кабинет и лаборатория Евгени, здесь она настоящая королева, и её приказы не обсуждаются. А это, тот самый Даквуст.
Глава 4
Леатар открыл дверь и пропустил нас вперёд. Кабинет поражал воображения с первого взгляда, у меня даже дыхание перехватило от восторга. Да… как бы я хотела, чтобы и у меня в жизни когда-нибудь появилась подобная комната! Её пространство было разделено на две зоны. Ближайшая часть комнаты с парой деревянных шкафов наполненных книгами в золоченых переплётах, массивным столом, на котором разместились вычурные золоченые письменные принадлежности, несколькими креслами была кабинетом. Настенные часы с сияющим маятником и широкий пушистым бежевый ковер на полу добавляли уюта. Стены кабинета внизу были отделаны деревянными панелями с искусной резьбой, а выше — затянуты светло-зелёным шёлком. От этой части комнаты разило изяществом и роскошью.
Уровень дальней части комнаты находился существенно ниже, туда вели две широких ступени. Эта часть помещения была похожа на химическую лабораторию и кабинет алхимика или ведьмы одновременно. Тёмный каменный пол, стены, окрашенные в светло серый цвет, заставлены деревянными стеллажами. Несколько десятков небольших лампочек на потолке и между шкафами мягко освещают каждый закуток. На стеллажах можно заметить множество необычного и редкого лабораторного оборудования, некоторые виды которого я вообще не смогла опознать.
Если бы еще часа два назад, кто-то спросил меня для чего, например, вот это скопление змеевиков, колб, трубок и реторт, внутри которых было встроены зеркала и нечто еще, я б со всей ответственностью заявила, что данный прибор существовать не может. И что такого просто не может быть, это антинаучно! Но… я уже поняла, что все мои представления о возможном и осуществимом придётся пересматривать заново. И, если честно, глядя на подобное, я даже почувствовала азарт. Я обязательно со всем справлюсь! Раз такие "монстры" существуют, значит, они нужны, и я научусь с ними обращаться. Это еще круче, чем та химия, которой нас учили в школе! И уже сейчас глядя на странное оборудование лаборатории, я каким-то внутренним чутьём начала ощущать их правильность, необходимость и правдоподобность, руки прямо-таки чесались потрогать все это великолепие… Это было очень странно и восхитительно одновременно…