(Не)сбежавшая от Дракона (СИ)

Хранительница сделала резкое движение головой, и пальцы девушки оказались у неё во рту. Верна почувствовала боль в мизинце. Через секунду её рука снова была свободна.
Ящерица замерла на несколько мгновений. Верна считала удары своего сердца, думая лишь о том, что они могут быть последними. Но хранительница, издав короткий квакающий звук, начала медленно разворачиваться, чтобы уползти обратно.
Громкий выдох облегчения девушки потонул в шуме, который подняли маленькие ящерки. Они посыпались изо всех щелей и снова облепили её одежду, волосы и руки.
Вздохи изумления и крики встретили Верну, когда она вышла наружу, покрытая этим золотым живым ковром. Но девушка не обратила внимания на вскочивших со своих мест членов совета. Она подошла к краю площадки, туда, где её могли видеть люди. Её люди.
В следующий миг ящерки прыснули от неё во все стороны, испуганные ликующими возгласами, которые разносило вокруг эхо ущелья._______________________
Глава 18 
Церемониальная стража была нужна не только для того, чтобы убивать самозванцев, поняла Верна. На обратном пути её паланкин, окружённый воинами, с трудом пробивался через толпу ликующего народа. С восторгом девушка разбирала крики снаружи.
— Наша! Она наша!
— Настоящая саламанская ведьма!
— Да здравствует истинная кровь!
Члены совета не разделяли общего торжества, многие из них выглядели обескураженными. Верна понимала, что они не отдадут власть просто так в руки пришлой девчонки, будь она хоть трижды законной раджани. И не ошибалась.
Во дворце почти сразу же её призвал к себе отец Киана.
Верна едва успела смыть с себя пещерную пыль в приятно горячей ванне. Одевшись, она с сожалением посмотрела на дверь соседней комнаты, где разместили Тайрона, и пообещала себе зайти к нему сразу же после встречи.
Старый Махав ждал её на той же террасе, где ещё вчера она беседовала с его сыном, будучи безвестной самозванкой с севера. Теперь она входила туда как хозяйка.
Глава совета подождал, пока девушка сядет напротив него, и сообщил, глядя в сад:
— Завтра вы станете законной раджани. Коронация пройдет в присутствии членов совета, знатных семей и представителей джотти.
Верна склонила голову в знак того, что всё поняла.
— Я прошу прощения за участие черни в торжествах, но из-за их вклада в победу в войне этого не избежать. Теперь к делу. После окончания всех церемоний вы подпишете свой первый указ.
— Что за указ?
— Это мы с вами сейчас и должны обсудить.
Махав вперил свои маленькие глазки в её лицо.
— Дворцовая жизнь — это интриги, дорогая. И не все способны их пережить, как вы знаете из истории вашей семьи.
Верна почувствовала, как её начало легонько трясти от злости.
— Мы понимаем, как вы важны для процветания нашего государства. Но всё же, остаться во дворце вы сможете, только выполнив одно из наших условий.
— Что за условия?
— Завтра вы отрекаетесь от правления или…
— Или?
— Или объявляете о замужестве. Вы выйдете за одного из представителей знатных саламанских семей. Желательно, из членов совета. За молодого и перспективного, кого-нибудь вроде моего сына.
Верна прикрыла глаза. Мысли путались от злости. "Дворец использует вас", — вспомнились ей слова Джахди.
— Я поняла. Я объявлю о своём решении завтра, во время церемонии.
— Молодец, — Махав удовлетворённо откинулся на подушки. — Ты умная девушка, не то что…
Он не договорил, но Верна всё поняла. "Не то, что твоя мать".
Назад в свою комнату она просто летела на крыльях злости. Изо всех сил захлопнув за собой дверь и выругавшись, как когда-то Джахди, она вдруг осознала, что не одна в комнате.
Тайрон поднялся с невысокого узорчатого дивана и низко поклонился ей. Солнечный свет скользнул по его золотым волосам.
— Тайрон!
Верна сделала несколько шагов к нему навстречу, однако Дракон отступил, не подпуская её близко.
— Верна, ты особа королевской крови. Меня казнят, если я прикоснусь к тебе.
— А если прикасаться буду я?
 
Она подошла совсем близко к нему, но Дракон отвернул лицо в сторону, словно не желая смотреть на неё.
— Тайрон, что случилось?
— Верна, законы высшего света одинаковы во всех странах. Ты знаешь, что обычному офицеру невозможно стать мужем принцессы.
— Завтра меня провозгласят раджани, и всё станет возможным.
— Не станет, — его голос стал резким. — Ты и сама это знаешь. Совет, знать, народ не примут тебя, если ты выйдешь замуж за их врага.
Верна задрожала, с трудом удерживая слёзы. Кажется, на её плечи навалилось сразу всё, что пришлось перенести с тех пор, как она покинула дом.
— Не бросай меня.
— Я не оставлю тебя одну в незнакомой стране среди чужих людей. Но я… разрываю помолвку, — глухо проговорил дракон. — Верни мне браслет.
Верна со слезами на глазах растерянно покрутила золотого дракона на запястье.
— Я не могу, — прошептала она и прижалась лицом к груди Тайрона.
Застёжка браслета расплавилась в пламени, надежно спаяв звенья друг с другом. Золотой дракон хитро поблескивал в солнечном свете, лившемся из окон._________________________________
Глава 19 
"Верь мне", — всё, что она сказала ему тогда. Стоя у резной церемониальной арки перед дворцом, она отыскала Тайрона взглядом. Золотая голова отражала солнце рядом с Джахди Дханом, среди представителей простых саламанцев.
Седой служитель огня в шафрановых одеждах закончил распевать священные песни и подошёл к Верне, чтобы увенчать её цветочными гирляндами. Девушка порадовалась возможности сменить позу, у неё уже порядком затекли ноги и одеревенела спина от долгого стояния на виду у всех. Хорошо хоть шёлковое платье не стесняло движений и не причиняло неудобств.
Громко благословляя каждую из гирлянд, служитель надел их на шею Верны и нарисовал соком граната на её лбу три вертикальных линии. Спину девушки объял поток тепла — это в арке зажгли ритуальный огонь, достававший до самого верха сооружения. Повинуясь указаниям Верна обошла арку и стремительно прошла сквозь тонкую полосу огня навстречу людям, которые с этого момента становились её народом.
Толпа прибывших посмотреть на коронацию истинной правительницы радостно зашумела. Внизу, у ступеней возвышенной площадки, всколыхнулось море цветов и зелёных ветвей, которые люди принесли с собой на праздник.
Глава совета Махав по-отечески надел на её голову тяжелое украшение, спускавшееся драгоценной каплей на лоб, и торжественно вручил ту самую печать, которая с детства была с Верной. После этого он поднял руку. Толпа замолкла.
— Раджани огласит свой первый указ. Слушайте!
Верна не была уверена, что сможет говорить так же громко, как он. Она сделала несколько шагов вперёд и поравнялась с Тайроном и Дханом, которые любовались на неё сбоку. От моря людей её отделяли десяток ступеней и шеренга воинов в парадной форме, вытянувшихся с копьями в руках.
— Раджани огласит волю огня, — Верна использовала древнюю формулировку, о которой читала в книгах отца. — Я издам лишь один указ, а потом оставлю трон.
По толпе людей пронесся шёпот, будто пролетел порыв ветра. Старый Махав позади одобрительно хмыкнул и шаркающей походкой двинулся туда, где сидели остальные члены совета.
— Власть не должна оставаться в руках лишь одного человека, — продолжала Верна. — В этом со мной согласны и члены совета, и представители простого саламанского народа. Поэтому…
В тишине было слышно, как гудит огонь, зажжённый в высоких чашах для украшения церемонии.
— Поэтому я отдаю её. Власть должна принадлежать тем, кто верен истинной крови и своей стране. Я отрекаюсь от неё в пользу людей, представляющих простой народ. Те, кто освободил саламанцев от врагов, очистят её и от предателей.
Всё последующее произошло одновременно. Позади раздался сдавленный крик ярости. Это Махав вскочил со своего места и, вынимая тонкий кинжал, бросился к Верне, опрокидывая на своём пути чаши с огнём. Тайрон и Джахди бросились на её защиту. Воины из шеренги выставили копья вперёд и строем шагнули к девушке.