Правильный выбор (СИ)

Дмитрий убрал от неё руки и отступил. Попятившись назад, он смог прошептать одно:
— Обидел…
Видя перед собой убивающуюся девушку, душа которой оказалась настолько чувствительна и ранима, он не смел больше ни о чём говорить, как и присутствовать. Дмитрий ушёл… Он медленно прибыл к другу в кабинет и под внимательный к нему взгляд сел у стола…
— Я оформил им вольные, — протянув Дмитрию конверт, сказал спокойно Алексей. — Всё подтверждено… Они свободны.
Но Дмитрий опустил взгляд к полу и молчал. Видя абсолютно подавленного друга, Алексей хотел тоже молчать, но разум требовал иного.
— Я буду в гостиной, — встал он с конвертом в руках. — Я вручу им вольные, и после этого мы можем пойти снова проведать, где Сашка.
Дмитрий последовал за ним. Он стоял в стороне и наблюдал далее, когда они уже были в гостиной, как Ирина с сестрой получили вольные…. стояли, слушали объяснения Алексея про то, что разрешено оставаться при нём и Милане, пока жизнь не устроится…
— Добрый день, — вошёл и явившийся после долгой отлучки Сашка. — Ты где был?! — воскликнул Алексей и тут же обратился к переглянувшимся Ирине и Ольге. — Ступайте, потом обговорим остальное. — Ирина, останься, — вымолвил вдруг Дмитрий, на что Ольга оглянулась у двери, но всё-таки ушла, оставив сестру позади. — Сашка?! — ждал ответа Алексей, но замолчал, видя пронизывающий взгляд того на Дмитрия.
Дмитрий гневно взирал в ответ, но молчать не собирался:
— Проси прощения, что обидел девушку. — Димка, — удивился подобному заявлению Сашка. — Я их искал. Я знаю, что и Анастасия кого-то ударила по голове, но то был не я, клянусь!
— Проси прощения у Ирины Яковлевны, — стараясь держать себя ровно и не выпускать ярости, высказал Дмитрий. — У кого?! — удивился тот, оглянувшись и на Алексея, но Алексей лишь развёл руками и сел в кресло далее наблюдать за происходящим. — У Ирины Яковлевны, — повторил Дмитрий, указывая на стоящую рядом Ирину, взволнованно следившую за ними. — Ты некогда оскорбил её, а, значит, и меня. — Як…, — хотел повторить её отчество Сашка, стараясь сначала возразить, но, зная, что друг прав, подошёл к Ирине. — Прошу простить мою наглость. Был дерзок и глуп, — поцеловал он ей руку.
Не выдержав более присутствовать, Ирина немедленно умчалась прочь, закрывая рот от снова вырывающегося рыдания.
— Прости, Димка, не мог знать, — в искреннем сожалении сказал Сашка, увидев, что теряющий силы стоять Дмитрий сел в кресло и закрыл на мгновение прослезившиеся глаза. — Ты где был? — сразу спросил Алексей. — Первые дни провёл у врача… у Арендта… Просил его не выдавать, где я. Не выпускал он меня, пока не уверен был, что здоровью не вредит. Потом я пытался найти их… Даже Анастасию навещал, говорил и с ней, но никто их не видел.
Мельком пробежало у Сашки в памяти то, что пока друзьям говорить не хотел: как в нервном срыве примчался к врачу Арендту и метался, не знал, куда кинуться от той душевной боли, что убивала изнутри от случившегося с милой его Настенькой. Как рыдал, как бился, как Арендт его успокаивал и практически силой оставил у себя и был рад, что тот явился тогда именно к нему, тем более с полученной раной на голове…
— Ты был у Анастасии эти дни?! — удивлённо воскликнул Дмитрий и вскочил. — Да, спокойно, — чуть отступил Сашка. — Я не делал ей ничего! — Анастасия сможет опознать сволочь в лицо, но когда она выйдет в свет, чтобы это сделать, я не представляю, — тихо ответил Дмитрий. — Мне нужен сейчас твой управляющий, Лёшка. — Я за ним же уже послал, ты забыл? Ивану тоже нельзя отлучаться из Петербурга, освободили пока от службы, а он хочет венчаться с Ольгой, — пояснил Алексей, стараясь напомнить события их тяжёлой недели. — Прибудет не сегодня, так завтра. — Да, да, — припоминал Дмитрий. — И мне он затем же нужен. — Зачем? — ошарашенно проговорил Сашка. — Буду просить руки Ирины Яковлевны, — уколол он его снова гневным взглядом. — Я уже просил прощения, Димка, — начал повышать голос и без того нервничающий Сашка. — И она же… Отказывала уже, — припоминал он события на даче в Гунгербурге.
 
Но Дмитрий не ответил и немедленно ушёл. Он последовал к комнате, где знал, укрылась Ирина, и она там была. Её рыдание он услышал сразу. Тихонько постучав, Дмитрий вошёл и оставил за собой дверь открытой.
Ирина стояла к нему спиной у окна. Она слышала, что кто-то пришёл, и пыталась успокоиться, уткнувшись рыдать в платок.
— Ирина Яковлевна, — встал позади Дмитрий и, осторожно повернув милую перед собой за плечи, опустил руки. — Ты можешь ничего не отвечать. Но я должен тебе сказать, и ты выслушаешь меня, может быть…. в последний раз, — говорил он, надеясь, что она взглянет в ответ, но Ирина молчала и слушала, вытирая платочком непослушные слёзы. — Суд вот-вот будет… Нам пришло извещение быть на оглашении решения. Я умом понимаю, что может случиться, и потому предлагаю тебе всё, что у меня есть. Я прошу тебя как можно скорее обвенчаться со мной, — продолжал он, но замолчал, встретившись вдруг с застывшим взглядом Ирины, слёзы которой будто окаменели. — Ты не бойся, тебе достанется всё, что у меня есть. Ты будешь жить в достатке всю жизнь. Сможешь потом просить развода и выйти замуж за иного. Меня же или сошлют на каторгу, или оставят в крепости. Молю, прими моё предложение, и подругам пока не сообщай о возможности плохого исхода, чтобы не тревожить зря. Есть надежда, что состояния не лишат, так тебе всё пусть достанется.
— За что вас? — прохрипел её исчезающий от страха голос. — За то, что пытался спасти друзей, обманул тем самым канцелярию, а теперь ещё и доносы о том, что продолжается заговор против государя, — рассказал Дмитрий. — Я не хочу…. — замотала головой Ирина, и слёзы вновь потекли. — Не хочу такой жизни…
— Ты ни в чём не будешь нуждаться, — уверял Дмитрий. — И я не буду досаждать собою, только хочу отдать тебе всё, что останется.
Уткнувшись вновь лицом в платок, Ирина зарыдала опять и больше говорить не могла. Покидая комнату, Дмитрий повторил:
— Вот-вот приедет твой отец, и я подведу тебя к нему просить руки…
Зарыдав ещё больше, оставшись в полном одиночестве, Ирина уже не могла стоять и упала с криком беды в свою постель…
  
43
 
Приезд управляющего Якова не заставил себя ждать. На радостях видеть, наконец-то, своего отца, дочери и Милана с Иваном не отходили от него в первые часы ни на шаг, всё рассказывая и прося прощения за столь глупый побег, как сами теперь считали.
А приезд к вечеру родителей Алексея обрадовал всех ещё больше. Волнующаяся чета тут же была посвящена во всю историю, во всё, что происходило вокруг. Пробежали несколько дней в семейном тёплом кругу, поддержке, но беспощадное время не ждало.
Дмитрий вновь прибыл и, первым делом, отозвал Ивана на разговор в гостиную. Уединившись ото всех, заметивших их секретность, они закрыли за собой дверь.
— Иван, — тут же начал Дмитрий. — Я приехал на этот раз с серьёзным вопросом. Ждать больше нельзя. Милане завтра выступать во дворце, и мы тоже там должны быть. — Да, да, она поёт романсы каждый день, репетирует, — улыбнулся всё и так знающий Иван. — Что случилось? — Алёшка вчера навещал меня, рассказал, что ты сегодня будешь просить руки Ольги, так? — волновался Дмитрий. — Да, и меня попросил подождать твоего приезда, — хихикнул довольный Иван. — Ты не будешь против, если я в это же время попрошу руки Ирины? Я намерен передать ей всю мою долю, чтобы она ни в чём не нуждалась. — Ты всё-таки думаешь о каторге? Откуда в тебе этот страх? Таким ты не был, как говорят, — став серьёзнее, пожал плечами Иван. — Но дерзай, проси руки! Это даже весело, венчаться всем вместе. Вот только с церковью осталось согласовать. — Алёшка уже просил родителей?! — удивился Дмитрий, но ответить Иван не успел.
К ним вошли родители Алексея.
— Простите, господа, — улыбался отец, нежно держа в своих руках ладонь любимой супруги. — Однако нас просят войти сюда, — удивлённо указал он на выглянувших из-за порога Алексея с Миланой.