Правильный выбор (СИ)
— Да, он. Правда, теперь его здоровье расшатано. Не знаю, как долго он продержится на своём месте, но… дело не в этом, — махнул рукой Дмитрий. — Благодаря тому, что Зорин служил в Эстляндской губернии, был дружен и со Штейнгелем, Иван так же обучен военному делу, и со многими сдружился, что спасло сейчас. Один из тех, кто его охранял, оказался бывшим его сослуживцем. Вот и помог тот Ивану сгинуть с места, чтобы никто не заметил. Где Иван теперь — это уже нам с тобой выяснять. — Чёрт возьми, — усмехнулся довольный Алексей. — Вот почему я сомневался в нём, увидев в имении. Его фигура, выправка… Мда… Я ж сразу понял, военный. — Да, по просьбе твоего отца, Михаил Андреевич помог устроить Ивана к Штейнгелю, и им может помочь то, что Иван считается порядочным, бравым офицером. Я отпишу Штейнгелю с просьбой поручиться за Ивана перед нашем государем, а ты к тому времени напишешь прошение о возвращении Ивану и его сестре титулов и наследства…. если то ещё не растрачено их тёткой, — продолжал говорить Дмитрий. — Да? Ты думаешь, она не будет бороться?
— Будет. В своё время добилась передачи себе всего, что было у брата, и теперь борется, раз слухи о том, что дети графа Зорина объявились, начинают подтверждаться… Да и император может отказать всё вернуть. — Не мудрено, — усмехнулся Алексей. — Он же и отнял всё. Не думаю, что вернёт. — Время меняет решения, — не согласился Дмитрий. — Но сначала надо найти и Ивана, и Милану с бежавшими крепостными подругами. Как их зовут? — Кого? — будто проснулся Алексей от напавших на него воспоминаний о Милане. — Ну…. хотя бы ту девицу, что мы видели у тебя дома…. которая сбежала, — пытался напомнить Дмитрий, заметив отстранённый в мечтаниях взгляд друга.
— Не знаю, — встряхнулся Алексей и пожал плечами. — Не знаю… я ничего о них не знаю, — стал потирать он грудь в волнении. — Ирина и Ольга Исаевы… Кто из них кто — не знаю. Не обращал я на них внимания, не до них было. — Понятно… Ирина…. Ольга, — задумчиво произнёс Дмитрий. — Да, значит, первое, куда стоит отправиться, будет твоё имение. — Почему? Я никуда не поеду! — тут же отказался Алексей. — Милана здесь где-то! Я обойду все театры, все салоны, я найду её! — Лёшка, — улыбнулся с умилением друг. — Чтобы кого-то найти, выследить, надо знать о нём как можно больше. А кто о пропавших знает столько?!.. Родные. Друзья. Твои родители, в конце концов! — К дьяволу… Я её опять упущу, — стал гулять взгляд Алексея в тревоге. — Наоборот, ты станешь ближе. А может, они или кто из них уже где-то там, в имении, — похлопал его по плечу Дмитрий…
Друзья больше не мешкали. Их путь пролегал в имение Алексея, куда они на своих конях быстро мчались по просёлочным дорогам. Поднявшийся туман из песка ещё долго сопровождал их, закрывая следы и всё, что оставалось позади вместе со столицей.
Проскакав через очередную рощу, Алексей остановил коня на пригорке. Его взгляд взволнованно осматривал движущихся вокруг его имения нескольких людей…
— Красивый подарок тебе преподнёс отец, — остановил своего коня рядом Дмитрий. — Вид — загляденье! — Да…. только я столько ошибок сотворил, что красота никакая больше не радует, — вздохнул Алексей. — О, мой друг, — смеялся добродушно Дмитрий. — Самая настоящая ошибка — это не исправлять тех ошибок, которые уже совершил. — Господь с тобой, — расплылся в улыбке Алексей. — Как-то так сказал Конфуций, — улыбался в ответ друг, и они умчались к имению… — Яков! — спрыгнув с коня, тут же позвал Алексей, но из дома выскочила горничная. — Ваше Сиятельство, вы прибыли, — отряхивала она передник от мокрых пятен. — Мы готовились! — Где управляющий? — строго спросил Алексей.
— В деревню пошёл. Должен скоро вернуться, — развела руками та. — Полный беспорядок, а ты говоришь красиво, — выдал вставшему рядом другу Алексей и тут же пояснил. — Яков их отец. Может, какие вести получал. — Он знает, что тебя не так поняли? — спросил Дмитрий. — Всё он знает, прорва, — огрызнулся в сторону тот. — И смеет в деревню бегать, дела забросив. — А кто там у него? — Сестра, — пожал плечами Алексей и, видя остающуюся стоять и смотреть на них горничную, прикрикнул ей. — Пошла работать! — Яро ты, — хихикнул Дмитрий. — Чего злишься на всех? Тебя не узнать. Ты всегда был так строг с крепостными?! — Нет… Не всегда… Да со всей этой историей меня всего разрывает на части, — вздохнул Алексей, понимая, что свою злость он выплёскивает на невиноватых. — Я только хочу её найти. Объясниться. Может, вернуть… — Может? — улыбался друг, но замолчавший Алексей сел к стоящему у конюшни стогу сена.
Он облокотился на свежую копну и на мгновение закрыл глаза.
— Может быть, — повторил Алексей далее, уставившись на кучевые облака. — И солнце заплетало свои лучи в её косы… И весна играла в глазах… — Тебе бы стать поэтом, — гладил гриву своего коня и умилялся Дмитрий. — Да кто в наш век не пишет, — улыбнулся Алексей и словно вновь очнулся от мечтаний. — Их и так уже развелось немерено. — Их будет больше и больше! — смеялся Дмитрий.
Вышедший из конюшни старый конюх увёл коней друзей за собой, и Дмитрий, кивнув ему в благодарность, тут же спросил Алексея:
— Слушай, а почему бы пока не расспросить твоих людей?
Да, это решение Алексей и принял, но все расспросы, какие бы они ни вели, были тщетными, как и от вернувшегося управляющего не смогли добиться ни слова о том, что ему известно о дочерях.
Алексей совсем разуверился в успехе найти хоть какую-нибудь зацепку, узнать хоть что-нибудь, что хотели бежавшие, что любили, где могли бы прятаться и кто бы им помогал. Пытаться убедить всех вокруг, что зла никому не будет и что бежавших не ждёт наказание, казалось Алексею бессмысленным…
— Ваше Сиятельство, — вошёл управляющий в гостиную, где друзья пили чай, когда утренняя заря давно ушла с небосвода, словно бессонной ночи и не было. — Может, батюшка ваш знает что… Я тоже знать хочу, где они и всё ли хорошо. — Ты прав, Яков, — впервые проявив спокойствие, ответил Алексей. — Мы так и собирались сделать. И, если что узнаем, узнаешь и ты.
Но и потом, когда он с Дмитрием прибыл в отчий дом, все расспросы были безуспешными. Ни отец, ни матушка не знали ничего о том, где могли бы быть Милана и её подруги.
Выслушав сына, отец некоторое время сидел в задумчивости и в расстройстве в глазах. Алексей не смел больше расспрашивать и, тихо сидя перед ним в его кабинете вместе с Дмитрием, продолжал ждать…
— Ну и натворили вы делов, — вздохнул отец. — И я, дурак, тебе их судьбы доверил. Как недодумал, — упрекал он себя. — Не уследил, что ты ещё глупец! — Я виноват, знаю, только не жду осуждений и упрёков. Помогите хоть каким-нибудь советом, — сказал Алексей. — Да виноват не только ты… И у девиц голов на плечах не оказалось, раз бросились наутёк, — махнул рукой отец. — А ты своими гуляньями здесь заслужил подобное отношение, и что нормальные девицы стараются тебя стороной обходить!
— Верно, верно, — соглашался, нервничая ещё больше, Алексей, поскольку легче от упрёков, которыми уже и сам себя давно терзает, не было. — Надо было тебя всё-таки женить на Елене Ивановне. Смирным бы стал. Никто бы не убежал, — кивал отец и достал какой-то свёрток из верхнего ящика стола. — Вот, — протянул он его сыну. — Попробуй обратиться прямо к Александру Дмитриевичу Балашову. Это лично от меня. — Хорошо, хотя я не понимаю о его роли здесь, — взял свёрток Алексей. — А всё просто, — кивнул Дмитрий. — Разрешите, Николай Сергеевич, — принял он в ответ одобряющую улыбку того и объяснил Алексею. — Балашов влияет на полицию, которая несколько лет назад объединилась с министерством внутренних дел. Он может помочь не только вернуть Зориным всё или часть того, что отняли, но и успокоить тех, кто пытается убрать их.
— И, несмотря на то, что Сперанский, у которого ты служил, не нашёл общего языка с Александром Дмитриевичем, — добавил Алексею отец. — Последний всё же, может быть, не откажет в прошении. Правда, я ранее уже несколько раз просил и получал отказы. Так вы же, когда доставите ему этот документ, послушаете, что он скажет, и объясните случившееся. Это дело полиции, помните об этом. Вам вдвоём не справиться, и да поможет вам бог найти их первыми, — закончил объяснение отец и поднялся из-за стола с глубоким вздохом. — Ну а между делом… Милану мы воспитывали по всем обычаям, по строгости. Она не пропустит ни одну воскресную или праздничную службу в церкви. Попробуй поискать её там. Хотя церквей в Петербурге предостаточно, но… — Благодарю! — вскочил, перебив отца, довольный от услышанного Алексей. — Я всё обойду, и церкви, и театры, и салоны! — Эка прыть, — удивился подобному рвению отец и заметил добрую улыбку Дмитрия.