Стылая Топь. Подземелья Желаний

Я вздохнул, понимая, что она абсолютно права, и попросил:
– А теперь будь добра, помолчи, ладно? Мне не нравится тот поворот, который, судя по всему, притаился впереди, так что давай остановимся, мне надо сосредоточиться…
Как ни странно, она послушалась и, как мне показалось, даже дышать перестала.
Закрыв глаза, чтобы наверняка ни на что не отвлекаться, я выровнял дыхание и постарался открыться темноте, впустить в себя тишину. Я словно весь превратился в чуткий локатор, способный уловить малейшее колебание воздуха, говорящее о присутствии кого-то или чего-то.
Вот совсем рядом по камню прошуршала хвостом достаточно крупная мышь или мелкая крыса, это её коготки едва слышно царапают старую каменную кладку. А вот вода пытается пробить себе путь сквозь толщу породы, и она непременно рано или поздно это сделает, потому что ей абсолютно некуда спешить, в её распоряжении целая вечность. Хм, а впереди-то, оказывается, что-то вроде большой пещеры, потому что звуки, доносящиеся оттуда, отлетают от её стен и создают особое, практически не уловимое человеческим ухом эхо. Пожалуй, только натренированный и отточенный в течение долгих часов, проведённых в полной темноте, слух Ловчего может его расслышать. В этой пещере под потолком гнездятся какие-то мелкие тварюшки типа летучих мышей, но они почему-то даже не пытаются напасть на нас, что странно. Обычно они издалека улавливают приближающуюся жертву и стараются опередить прочих любителей горячей крови. Значит, рядом есть кто-то, кому они не рискуют перейти дорогу, кто-то, кто не потерпит посягательств на свою добычу. Осталось его найти…
Я отбросил всё, что могло хоть как-то помешать, перестал замечать запах, постарался не просто слиться с темнотой, а стать ею. И на пределе возможностей услышал, скорее, даже ощутил до предела обострившимся слухом мерное мощное дыхание, словно там, в пещере, медленно, но ритмично выпускали воздух из гигантского мешка. Вот это огромное существо слегка шевельнулось, и по камню так же едва слышно прошуршали чешуйки сильного тела, для которого два глупых человечка – просто лёгкая закуска. Я напрягся и прикинул, что если ориентироваться на слух, то до невидимой пока пещеры шагов двести-триста. Это одновременно и много, и очень мало.
Открыв глаза, я какое-то время постоял, выравнивая дыхание и приходя в себя, затем сделал очень аккуратный шаг назад, потом ещё один. Скорее почувствовал, чем увидел, что Лина повторила мои движения и тоже отступила от поворота.
Помня, что она знает язык жестов Ловчих, я хотел было показать ей, куда свернуть, но вокруг была такая темнота, что я с трудом различал даже собственную руку. Так что о переговорах с помощью жестов можно было на какое-то время забыть. Кстати, надо будет потом поинтересоваться у девчонки, откуда у неё столь специфические знания. Я как-то не припоминаю, чтобы где-нибудь кроме школы Ловчих этому обучали.
Между тем мы оба замерли, отступив от поворота шагов на десять, и теперь нужно было сообразить, что делать дальше. То, что проход через пещеру для нас закрыт, было абсолютно ясно. Нам просто не проскользнуть мимо засевшего там существа, как бы мы ни старались прикинуться безобидными тенями. Значит, надо либо ждать, пока оно уползёт куда-нибудь, либо искать другой путь.
– Слушай, а чего оно не выползает наружу? – вдруг решил поинтересоваться я. – Выход же совсем рядом… Всяко снаружи еды больше, чем в пещере: попробуй-ка дождаться, пока туда кто-нибудь забредёт.
– Не знаю, – помолчав, ответила Лина, – у меня есть только один вариант ответа, и он тебе точно не понравится.
– Какой? – мне действительно было интересно.
– Думаю, оно слишком большое, чтобы пролезть в дыру на поверхность…
Я вспомнил здоровенный провал, через который мы вошли в Подземелья, и проникся. Так-то там совершенно спокойно мог проехать приличных размеров грузовик, а может, и компактный танк типа Т-90С. Нет, совершенно точно надо искать другой путь, только вот чем это нам грозит…
– А что, когда ты тут в прошлый раз была, этой зверюги там не наблюдалось? – решил уточнить я, параллельно прислушиваясь к подозрительному шебуршанию впереди, примерно там, где я предполагал наличие пещеры.
 
– Нет, я тогда и пещеры-то никакой не видела, так что ничего не могу тебе сказать, – Лина помолчала, – я же говорю тебе, что тут каждый день всё меняется. Вполне может оказаться, что если сюда прийти завтра, к примеру, то никакой пещеры и никакого зверя не обнаружится.
– Предлагаешь проверить и подождать до завтра? – продолжая вслушиваться в шорохи, спросил я.
– Не уверена, что это хорошая идея, – наконец-то тоже расслышав что-то, медленно произнесла Лина. – Ты ничего не слышишь?
– Слышу, и уже достаточно давно, – подтвердил я и выдвинул подкупающее своей оригинальностью предложение, – бежим?
Она не стала ничего отвечать, а просто молча сорвалась с места, стараясь не споткнуться ни обо что и не упасть. Я не отставал, спиной чувствуя, как сзади, уже не скрываясь, ворочается чьё-то огромное тело. Выяснять, как оно выглядит, я не собирался, поэтому оглядываться не стал, а припустил за девчонкой, разумно решив, что раз она пробежала и никуда не провалилась, то и я уцелею.
Позади нас что-то громыхнуло, словно упало несколько камней, потом раздалось злобное шипение, сменившееся разочарованным воплем, перешедшим в пронзительный визг. Мы бежали, почти ничего не видя вокруг, и я думал только о том, что коридор, по идее, здесь всего один, тот, по которому мы пришли. Тогда остаётся единственная надежда на то, что пещерный обитатель, не дождавшийся еды, не сможет в него протиснуться.
– Давай сюда, – неожиданно хрипло шепнула Лина и дёрнула меня куда-то в сторону, заставив споткнуться и сбить дыхание. Видимо, спонтанный забег в темноте и ей дался нелегко.
Оказавшись в узком и тесном коридоре я почувствовал себя мышью, забравшейся в слишком узкий лаз и имеющей все шансы в нём намертво застрять. Камни давили со всех сторон, несмотря на то, что из-за темноты – или благодаря ей – я их не видел, а только чувствовал. Лина двигалась где-то впереди, и я слышал только её дыхание…
И вот тут я остановился так резко, словно наткнулся на стену: почему вдруг она начала дышать так громко? За всё то время, что мы идём вместе с ней – а это около двух часов – я не слышал, чтобы она так сопела. Мне всегда приходилось напрягать слух, чтобы уловить едва слышные колебания воздуха. Не могла десятиминутная пробежка настолько сбить дыхание той, которую выучил сам Карло, наверняка гонявший её до седьмого пота. Для неё этот маленький кросс по пересечённой местности – даже не разминка, а так, мелочь. И вывод из этих рассуждений напрашивается самый что ни на есть неприятный… Существо, за которым я залез в узкий коридорчик – не Лина.
Лихорадочно соображая, что предпринять, я сделал несколько маленьких шагов вперёд, чтобы не вызвать ненужных подозрений: кто его знает, какие действия у него запланированы на этот случай.
– Далеко ещё? – хорошо, что шёпот не передаёт в полной мере интонации, так как я не уверен, что смог бы скрыть напряжение. – Этот коридор тесный, как не знаю что, и становится всё уже…
– Уже недалеко, – так же негромко ответила как бы Лина, – метров двести, и будет поворот, там посвободнее. Не отставай!
– Тебе проще, ты меньше, – ответил я, судорожно соображая, что делать, потому как совершенно ясно, что как только мы выберемся из лаза, прикинувшаяся Линой тварь перейдёт к активным действиям. – А мне каждый шаг… уф… с трудом… уф… даётся…
Я без особой надежды скользил рукой по стене, мечтая нащупать какое-нибудь ответвление, которое позволило бы спрятаться от решившего подзакусить Ловчим существа. Естественно, никакого бокового прохода здесь не было, иначе оно бы меня сюда не заманивало. Не в его интересах оставлять для меня хоть какую-то лазейку, шанс выбраться. Но вот так вот погибнуть, только войдя в Подземелья? Что может быть обиднее и нелепее? Развернуться и бежать назад? Тоже не вариант – тварь наверняка знает паутину ходов гораздо лучше меня. Кто же мог предположить, что проблемы начнутся сразу, не успеем мы толком войти в Подземелья! И если мы взяли такой резвый старт, то что же ждёт нас дальше, при условии, конечно, что это «дальше» вообще будет…