Ведьмин чай

Все это время Криспин де Лэйн не забывал старую подругу. Регулярно писал, присылал мешочки сначала южных, потом северных трав, просил рецепты и простенькие ведьмовские наговоры, которые неплохо работали даже у мужчин-магов.
Агата переписке тоже радовалась. Послания от Криспина разбавляли ее унылое существование в общежитии для практикантов и придавали некоторый шарм ее одиночеству. Соседки по комнате были уверены, что Криспин ее жених, но как только она отработает положенные пять лет, он вернется в столицу, и они поженятся.
Ведьма не разбивала иллюзий соседок. Зачем? Она отлично знала, что никто не позволит Криспину жениться на незнатной девице, пусть и ведьме. Поэтому она изначально смотрела на него как на друга. И максимум, что позволяла себе – любоваться им, как произведением искусства.
Когда Агата отдала все «королевские долги» и очутилась за порогом королевских оранжерей с дипломом в руках и разрешением на работу ведьмы, Криспин волею судьбы вернулся из очередного гарнизона и собирался поступить на службу в посольский отдел королевской канцелярии. Узнав о том, что подруга наконец свободна (или никому не нужна), он развил бурную деятельность, и через несколько часов Агата получила место королевского аптекаря в престижном районе столицы.
На радостях она даже подпрыгнула на месте, чем несказанно изумила Криспина.
– Эй, подруга! – ласково-насмешливо сказал он. – Кажется, у нас появился повод отметить!
Агата не возражала. Они отправились в небольшую кофейню, в которой еду подавали вкусную и много, а цены не особенно кусались. Там они вкусно пообедали, не отказывая себе в сладостях и деликатесах. А под конец трапезы де Лэйн заказал бутылку вина, подозрительно косясь на ведьму.
– Эй, друг, – она скопировала его ласково-насмешливый тон, – ты же не думаешь, что студенты и работники королевских оранжерей не умеют делать самогонные аппараты?
– Я уверен, что зельевары прячут самогонные аппараты на каждом этаже, – отозвался боевой маг, – но я ни разу не видел тебя пьяной. Да если подумать, я вообще ни разу не видел, чтобы ты пила спиртное!
Агата вздохнула, поморщилась и призналась:
– Мне не нравится вкус крепкого алкоголя, потому что меня постоянно усаживали за перегонный куб, чтобы следить за изготовлением настоек и спиртовых растворов. Преподаватель уверял, что я такая страшная, что ко мне не подойдет с уговорами ни один трезвый студент. А если ты помнишь технологию, в сорока процентах случаев качество настойки проверяется на вкус. Так что я с первого курса выпивала не менее стакана спирта в день, два-три раза в неделю.
Криспин поперхнулся, произвел в голове подсчеты и пораженно уставился на ведьму:
– Но как? Как ты не спилась?
– Ну, я же ведьма, – фыркнула Агата. – Я быстро сообразила, какие могут быть последствия, залезла в учебники, поискала информацию. Когда нашла – сварила зелье, ускоряющее ферментацию и расщепление алкоголя, плюс научилась варить такие средства от похмелья, что у меня закупались все старшекурсники перед любой гулянкой.
Де Лэйн только головой покачал и разлил по бокалам легкое розовое вино:
– Удивительно, почему магистра, усадившего первокурсницу к перегонному кубу, до сих пор не уволили?
– Почему не уволили? – дернула плечом ведьма. – Уволили, как только я закончила учебу. Анонимная жалоба, расследование и выплаты пострадавшим. Я доказала его умысел в суде и получила компенсацию. Еще год-два – и мне хватит денег на мою мечту.
– Вот… ведьма! – восхитился де Лэйн, поднимая бокал. – Но почему ты мне об этом не писала?
– Да зачем тебе нужно было это знать? – усмехнулась Агата, пробуя нежное вино с ароматом розовых лепестков. – Я всегда говорила тебе, что хочу свою ведьмовскую лавку, а ты всегда хотел быть боевым магом. Мы оба идем к своей мечте!
– Тут ты, пожалуй, права, – Криспин крутанул в руках бокал и предложил: – Пойдешь работать ко мне? Мой новый начальник оценил мой опыт и пожелал принять в штат ведьму.
– Нет!
– Почему? – Криспин даже обиделся.
 
– Сам посуди, – Агата улыбнулась ему с почти материнской нежностью. Очень уж голубоглазый и светловолосый красавец напоминал сейчас обиженного отказом ребенка. – Я не богата, не знатна, за мной не стоит род или хотя бы семья, с которой стоит считаться. Сначала меня будут просто использовать как полезный винтик в колесе, а потом при малейшем удобном случае подставят, чтобы освободить место племяннице, любовнице или тупенькой дочке. Не хочу.
Де Лэйн даже плечами передернул, так сухо и логично Агата обрисовала перспективы.
– К тому же, – тут девушка остро глянула на него своими темными глазами, и боевой маг, многое повидавший в жизни, потупился, – твоя семья постарается стереть меня с лица земли, как только я появлюсь на горизонте. Мне хватило одного визита твоей маменьки в Школу.
Криспин только вздохнул и одним глотком допил свой бокал. Эта история произошла на третьем курсе. Студенты к тому времени уже обвыклись с учебой и вовсю начали заводить интрижки. Даже пару свадеб сыграли, потому как невесты оказались в пикантном положении. И вот в этот самый период семья решила его женить. На «перспективной девочке», как водится. Криспин пообщался с потенциальной невестой пять минут и понял, что не выдержит «это» рядом с собой следующие двадцать лет. Поэтому довольно резко заявил отцу и матери, что в данный момент времени его больше интересует учеба. Родительница не поверила, появилась в Школе, разговорила кого-то из кружка воздыхательниц сына и… заявилась в комнату к Агате с требованием оставить ее сына в покое.
Подробностей ведьма боевому магу не рассказывала, но попросила оградить ее от общения с родней, если он не желает каждый день ампутировать себе хвост. Да еще добавила, что это было мерзко, и ему придется разориться на лучшее душистое мыло, чтобы искупить вину. Мыло Криспин купил без вопросов. Потому что мать с отцом навсегда отстали от него с женитьбой. Но вину перед Агатой ощущал все равно.
В общем, после той короткой встречи они вновь пошли каждый своей дорогой – де Лэйн начал делать карьеру при Дворе, а ведьма быстро разобралась, что в дорогом районе в королевской аптеке охотнее купят зелье из-под прилавка, чем со стойки. И стала этим пользоваться.
Ничего противозаконного – те же зелья, но в «ведьминской» упаковке и по тройной цене. Кстати, правил такими продажами Агата на самом деле не нарушала. У нее была лицензия на изготовление и продажу ведьминских снадобий, а для соблюдения приличий она просила покупателей подойти к задней двери и сама выносила им товар.
На королевской службе прошло еще три года – не так-то просто накопить на свою собственную лавку в столице, полной соблазнов! Но Агата старалась, а Криспин подругу не забывал. Периодически сваливался на нее как снег на голову, не забывая, впрочем, и гостинцы. То принесет коробку шоколада из дорогой кондитерской, то упадет на крыльцо с кровавой раной в ошметках искрящих заклинаний. Каждый раз ведьма оперативно штопала приятеля, виртуозно матерясь на латыни, а маг постанывал и обязательно отдаривался «сувениром». Среди любимых «подарочков» Агаты были пузырек с ядом василиска, шкурка каменного варана и целый мешок надкрыльев златницы.
Она всегда подставляла плечо, выслушивала, утешала, перевязывала, а потом закрывала дверь, когда он уходил. И не позволяла себе плакать. Никогда.
 
Глава 3
 
Когда ведьма скопила необходимую сумму, она не стала спешить с покупкой. Вместо этого обратилась к старому другу с необычной просьбой – посмотреть статистику преступлений и выбрать самый тихий городок в предместьях столицы. Де Лэйн почесал блондинистую макушку и отправился трясти бывших сокурсников. За пару бутылок крепкого можжевелового самогона с берегов Северного моря он разжился не только данными о преступлениях, но и собрал информацию о королевских аптеках и ведьминских лавках во всех мелких городках на полдня пути от столицы.