Родная страна

Я присмотрелся к фигуркам. Они были великолепны. Роспись была выполнена в мельчайших подробностях — куда больших, чем я мог разглядеть в тусклом свете внутри юрты. На мантии моего персонажа красовались таинственные серебристые символы, кольчуга персонажа Энджи состояла из колечек черненого серебра с крохотным пятнышком черной краски внутри каждого колечка.
— Они потрясающие, — признал я. Настольные ролевые игры всегда казались мне устаревшим и занудным развлечением, но над этими фигурками явно потрудился очень талантливый человек, любивший игру, и если такой талант не побрезговал тратить на них свое время, то и мне стоит попробовать.
Уил оказался великолепным мастером. Он сплетал историю наших приключений драматическим голосом, и в его исполнении она затягивала меня с головой. Остальные слушали внимательно, хотя время от времени перебивали повествование остроумными шутками, от которых все покатывались со смеху. Мне подумалось, что они, наверное, знакомы давным-давно, и, когда мы прервались на чашку свежезаваренного мятного чая — эти ребята понимали толк в жизни! — я спросил, откуда они знают друг друга.
Они переглянулись со смущенными улыбками.
— У нас тут что-то вроде встречи давних друзей, — сказал Митч. — Когда-то мы работали вместе.
— Раскручивали свою компанию?
Они опять расхохотались. Я почувствовал, что чего-то не понимаю. Уил спросил:
— Слыхал о Фонде электронных рубежей? — Ну конечно, я слыхал. И за миг до его ответа понял, о чем идет речь. — Его основали вот эти чуваки.
— Погодите-ка! — воскликнул я. — Так, значит, вы Джон Перри Барлоу? — Человек с шарфом кивнул и ухмыльнулся по-пиратски. — А вы Джон Гилмор? — Джон пожал плечами и выгнул бровь. — А вы Митч Кейпор? — Человек с вандейковской бородкой слегка помахал. Энджи растерянно озиралась. — Энджи, эти люди стоят у истоков ФЭР. Джон основал первую в Сан-Франциско компанию-провайдер, Митч разработал технологию электронных таблиц, а Барлоу сочинил Декларацию независимости киберпространства.
Барлоу расхохотался, словно загремела бетономешалка:
— И с помощью особых водорослей переработал тералитры сточных вод в гигалитры дизельного топлива. А еще написал парочку-другую песен. Раз уж зашла речь.
— О да, — подтвердил я. — Барлоу сочинял песни для «Грейтфул Дэд».
Энджи покачала головой:
— С твоих слов получается, они что-то вроде верховных богов интернета.
— Ну хватит о верховных. — Митч отхлебнул чаю. — Ты, юноша, кажется, неплохо знаком с тонкостями работы сети.
Я покраснел. Пару раз на плайе люди узнавали во мне M1k3y и подходили сказать, как они восхищаются мной и всякое такое. Это меня смущало, но сейчас мне очень захотелось рассказать троим величайшим героям интернета об этой стороне моей жизни, однако я не знал, как подступиться к теме, чтобы не выглядеть хвастуном. И опять меня спасла Энджи.
— Мы с Маркусом пару лет назад работали вместе с людьми из ФЭР. Это он основал икснет.
При этих словах Уил громко расхохотался:
— Так, значит, это ты затеял? — И продолжил тоном лихо закрученного детектива: — И надо же было такому случиться, чтобы из всех юрт на плайе они заглянули именно в мою.
Митч протянул руку:
— Считаю за честь познакомиться с вами, сэр.
Я пожал ему руку, так и не найдя, что ответить. Вслед за ним подошли и остальные. У меня голова шла кругом, а когда Джон сказал, что искренне восхищен моей работой, я от восторга чуть не хлопнулся в обморок.
— Ну хватит! — сказала Энджи. — Если он задерет нос еще выше, то застрянет в дверях. Мы сюда за чем пришли — болтать или бросать кости?
— Мне нравится твой подход. — Уил пролистал тетрадку и расставил на расчерченной доске несколько фишек с обозначениями местности.
Энджи оказалась превосходным стратегом — меня это не удивило, но на всех остальных явно произвело впечатление. Она расставила наши силы так, что мы легко прорвались сквозь вражеские орды, одолели мини-боссов и без особых потерь вышли на битву с главным боссом. Прирожденный танк, она воодушевленно рубилась с противником и направляла наши силы. Уил выдал ей тонны дополнительных очков опыта за прекрасную работу с персонажем — она была очень хороша в образе воительницы из варварского племени. Ее пример воодушевлял нас, и к тому моменту, когда мы наконец добрались до императрицы драконов в самом сердце подземелий, все незаметно заговорили языком фэнтезийных романов. Особенно хорошо это получалось у Барлоу — он, импровизируя, сочинял героические стихи и произносил их своим хриплым голосом. Тем временем Митч и Джон мастерски ловили мелкие намеки, которые Уил вставлял в повествование, и обнаруживали ловушки и тайные сокровища, спрятанные в самых неожиданных местах. Никогда еще мне не выпадало случая так приятно проводить время.
 
Митч и Барлоу беспрерывно ерзали на подушках и, как только мы ворвались в пещеру к драконихе, потребовали устроить перерыв и размять ноги. Сразу встали и, стеная, принялись усердно растирать поясницу. Уил тоже потянулся и выглянул из двери.
— Буря утихает, — сообщил он. Время близилось к полуночи, и в раскрытую дверь ворвался прохладный свежий ветерок, а с ним — звуки далекой музыки.
Одна половинка моей души хотела выскочить в ночь, отыскать источник этой музыки и потанцевать, а другая — остаться в юрте с людьми, которых я почитал как героев, и дальше играть с ними в «Подземелья и драконов». В этом вся суть Burning Man — здесь хочется всего и сразу!
Уил протянул мне еще чашку мятного чая, в горячей воде плавали мягкие листья.
— Потрясающе. Как хорошо, что мне доверили быть мастером в этой игре. И как хорошо, что к нам пришел ты. — Он покачал головой. — Самая большая концентрация компьютерных гениев, какая собиралась в одном месте.
— Вы давно их знаете?
— Не очень. С Барлоу и Гилмором познакомился довольно давно, когда организовал сбор средств для ФЭР. Сегодня случайно наткнулся на Гилмора, сказал, что принес с собой все, что нужно для «Подземелий и драконов». Глазом моргнуть не успел — и вот я уже веду для них игру.
— А что за сбор средств?
Лицо Уила казалось знакомым, но я никак не мог вспомнить, где же его видел.
— Да так. — Он сунул руки в карманы. — Меня попросили изобразить жестокий бой с юристом, одетым в костюмчик фиолетового динозаврика Барни. Потому что деятели из сериала про Барни выдвигали множество юридических претензий к веб-сайтам, а ФЭР их защищал. В общем, было весело.
Я его определенно откуда-то знал. Но никак не мог уловить, и это бесило.
— Вы случайно не знаете, где я мог вас видеть? Ваше лицо кажется знакомым…
— Ха! Еще бы не знать, — усмехнулся он. — Я с детства играл в кино, снимался в «Звездном пути: Следующее поколение» и…
У меня отвисла челюсть.
— Так вы тот самый Уил Уитон!
Он, кажется, смутился. Я никогда не был поклонником «Звездного пути», но видел множество видеороликов, снятых Уитоном со своей комедийной труппой, и, конечно, знал знаменитый закон Уитона: «Не будь козлом».
— Да, это я, — подтвердил он.
— Вы стали первым, на кого я подписался в твиттере! — воскликнул я. Комплимент, конечно, сомнительный, но это было первое, что пришло мне в голову. Посты у него были на редкость остроумные.
— Гм, спасибо! — отозвался он.
Неудивительно, что из него вышел такой хороший рассказчик, ведь он снимается в кино чуть ли не с семи лет. Мне стало жаль, что под рукой нет Википедии, хотелось узнать об этих людях побольше.
Мы снова сели играть. Нам предстоял бой с мегабоссом — императрицей драконов. Она окружила себя бесчисленными крепостными стенами и имела в арсенале множество смертоносных атак. Я придумал, как с помощью магических иллюзий заманить ее в боковой коридор, где ей не хватало пространства для маневров, и бойцы смогли нападать на нее волна за волной, а я тем временем вооружился волшебной лопатой и стал сбрасывать ей на голову камни с потолка. Эта идея казалась мне (да, ей-богу, и другим тоже) превосходной — ровно до той минуты, пока от моих землекопных чар весь свод пещеры не обрушился и не похоронил всех нас под грудами земли.