Жизнь, Ранчо, Любовь (ЛП)

— Тьфу, я беру свои слова обратно. Пока.
И затем она вышла за дверь, оставив меня с мамой и Авророй, которая сказала, что встретит меня у входа, как только я попрощаюсь со всеми. Мама подождала, пока Аврора отойдёт за пределы слышимости, прежде чем улыбнулась мне, и в уголках её глаз появились морщинки.
— Она мне нравится. Я думаю, она тебе подходит, Уайатт.
— Ма, ты же знаешь, что на самом деле мы не вместе, правда?
Мама отмахнулась от моего замечания и заключила меня в объятия, как всегда, стараясь прижать меня как можно крепче, как будто видела в последний раз.
— Я просто думаю, приятно видеть, что ты двигаешься дальше, после того как Холли обручилась и всё такое.
Обручилась.
Холли… помолвлена?
Я ожидал, что моё тело окутает напряжение, как всегда бывало, когда я видел её или слышал что-то о ней. Я ожидал, что моё сердце начнёт бешено колотиться, когда напоминания о том, как далеко я отстал, ворвутся в мои мысли вместе с воспоминаниями о том, как она оставила меня.
Но я не чувствовал… ничего.
Даже когда мама упомянула Холли за ужином, я замер, но больше потому, что не хотел, чтобы Аврора вспоминала о моей бывшей. Я не хотел напоминать Авроре, что, возможно, я не совсем открыт для неё, хотя между нами никогда ничего не произойдёт. Я также надеялся, что мне не придётся вспоминать наш фальшивый поцелуй, чтобы сохранить рассудок.
Впервые я ничего не чувствовал к Холли.
Из-за Авроры.
Которая набросилась на моего отца, чтобы защитить меня.
Холли никогда бы так не поступила.
Многие девушки никогда бы так не поступили.
— Да, да, как скажешь, мам. Дай мне знать, когда вы, будете дома в безопасности.
Я обнял её в последний раз и проводил до двери, помахав грузовику, который уехал по грунтовой дороге вдаль.
***
— Кстати, спасибо тебе, — сказал я Авроре, когда подошёл к ней и прислонился к перилам.
Она всё ещё держала в руке бокал и любовалась тёмно-оранжевым небом, растворяющимся в надвигающейся ночи. Её глаза немного остекленели, когда она повернулась ко мне и мягко улыбнулась.
— За то, что заступилась за меня перед моим отцом.
Аврора опустила взгляд, её щёки вспыхнули, прежде чем она снова перевела свой сверкающий взгляд на меня, между бровями пролегла небольшая складка. Я повернулся лицом к виду впереди, потирая затылок.
— Было странно… но в хорошем смысле. Никто никогда не делал этого для меня раньше.
Аврора облизала губы, затем сделала глоток своего напитка.
— Ну, кто-то же должен был. Я имела в виду то, что сказала… Но, честно говоря, не знаю, что на меня нашло. Я так разозлилась. — Она рассмеялась с придыханием. — Думаю, просто из-за того, что я так долго не могла успокоиться из-за этой недели.
— Беспокоишься?
Аврора поджала губы.
— О ретрите. Начало менее чем через два дня, и я думаю, что до сих пор всегда было над чем поработать или что-то создать, так что это отвлекало меня. Но теперь, когда мы в основном закончили, я просто чувствую, как все нервы гудят у меня под кожей. И даже больше, теперь я собираюсь написать книгу обо всём.
Похоже на то, что я чувствовал, когда находился рядом с ней.
Вздохнув, она повернулась и прислонилась спиной к перилам.
— Я имею в виду, кого я обманываю? Я никогда раньше не руководила ретритом. Я понятия не имею, что здесь делаю, и боюсь, что будет заметно. Я должна была провести сеанс по укреплению доверия, но я здесь, сомневаюсь в себе, тьфу.
Ненавидел, когда она так делала. Говорила сама с собой.
Алкоголь уже привёл меня в такое состояние, что я не мог остановить слова, слетающие с моих губ после того, как я о них подумал:
— Ты так раздражаешь, ты знаешь?
Я заметил быструю вспышку боли в её глазах, прежде чем она исчезла, и её губы изогнулись в ухмылке.
— Конечно. Проникнуть к тебе в душу — моя единственная цель в жизни. Ведение блога о здоровье — просто способ скоротать время.
Прекрасная возможность вернуть разговор к нашему обычному соперничеству, уйти от уязвимости, от которой даже мне обычно было бы не по себе.
 
Но не тогда, когда дело касалось её. По какой-то причине Аврора обладала такой непостижимой властью надо мной, что мне хотелось излить ей всю свою душу. Особенно после того, как она боролась за меня сегодня вечером.
— Нет, Аврора, я серьёзно.
Что сразу же стёрло улыбку с её лица. Я забрал у неё бокал и поставил его на столик позади нас, прежде чем вернулся и встал ближе, чем раньше. Она не отодвинулась, но в том, как она смотрела на меня, чувствовалось нерешительность.
— Меня серьёзно раздражает, что ты не осознаёшь, насколько ты чертовски идеальна.
Дыхание Авроры прервалось. Лучи заходящего солнца выглядывали из-за гор, залив её золотистым светом, а тёмно-рыжие тона её волос сияли, как огонь. Она была похожа на чёртова ангела.
Её нижняя губа дрожала.
— Ты… ты думаешь, я идеальна?
Я действительно не думал о том, что собираюсь сказать дальше. Я никогда не был силён в словах. Но я знал, что «да» — не тот ответ, который ей нужен.
Я подавил свою гордость, опустив взгляд на её губы, затем заметил то, как её грудь вздымалась от прерывистого дыхания, прижимаясь к платью.
— На самом деле, я думаю, что ты, возможно, самая совершенная девушка, которую я когда-либо встречал.
Аврора пробормотала:
— Но… но я тебе не нравлюсь.
— Когда я такое говорил?
Я понимал, что у нас было не самое лучшее начало, но последние пару недель были… другими. Я имел в виду, что каждое утро я занимался с ней чёртовой йогой и покупал ей смузи.
Хотя теперь я был немного обеспокоен тем, что она не чувствовала того же.
Губы Авроры двигались, как будто она что-то говорила, но ни слова не выходило из её уст. Её большие карие глаза были широко раскрыты. Я просто знал, что сейчас происходило в её голове — она пыталась придумать причины, по которым она бы мне не понравилась, почему я, должно быть, ошибался, когда думал, что она идеальна.
— К чёрту всё. Если ты мне не веришь, тогда я тебе покажу.
— Чт…
Я запустил руки в её волосы, прежде чем она успела договорить, и притянул её к себе, наши губы соприкоснулись. По мне пробежали электрические разряды, моя кровь снова пела в ответ на вкус Авроры. Я и не подозревал, насколько сильно проголодался.
На секунду Аврора застыла, и я начал отстраняться, но затем она схватила меня за футболку, сжала ткань и притянула меня ближе, чтобы украсть ещё один поцелуй.
И снова похоже на тысячу падающих звёзд.
Моя кожа покрылась мурашками, а под ними танцевали искры. Мы наткнулись спиной на перила, стараясь как можно больше ощутить вкус друг друга. С её губ сорвался стон, когда я прижался к ней бёдрами, и от этого звука стал ещё тверже.
Теперь её руки оказались у меня под рубашкой, пальцы обжигали, ощупывая мои мышцы, Аврора открыла рот, наши языки соприкасались, и я не мог сдержать стон, который вырвался из меня. Я крепче сжал её волосы и запрокинул голову, чтобы поцеловать глубже. То, как она проводила ногтями по моей спине, разжигало огонь глубоко во мне.
Я опустил руки ей на талию, и она издала раздражённый стон, когда я прервал наш поцелуй.
— Чёрт, я умирал от желания поцеловать тебя снова, — признался я, отчего её глаза загорелись. — Ты этого хочешь, Аврора?
— Боже, да, — выдохнула она с улыбкой, от которой разбилось моё сердце.
— Хорошо, теперь повернись.
Аврора нахмурилась, но мои руки уже разворачивали её. Я прижался к ней всем телом, впитывая исходящий от неё жар, ощутив, как её попа касалась моего члена.
— Давай начнём с того, что снимем это дразнящее платье, чтобы я мог поклоняться твоему идеальному маленькому телу.
Я слышал, как она приоткрыла рот, и ухватился за молнию на её фиолетовом платье. Я заметил, какой лёгкий доступ мне представился. И покрыл поцелуями её спину, следуя за молнией, и от каждого прикосновения ей становилось тяжелее дышать. Я помог стянуть бретельки с её рук, и платье упало на пол. Бюстгальтера не было, только ярко-красные кружевные стринги обнажили её идеальную попу. Мой любимый цвет. Блядь.