Мой бывший муж (СИ)
Не вышло.
Теперь всё летит в бездну.
Сжав рукоять пистолета, вылезаю из тачки. Телефонный звонок заставляет дёрнуться, как ужаленного.
Мне некогда трепаться!
Но звонит Тяпа, поэтому я отвечаю.
— Ринат, тебе нужно быть осторожным. Тобой интересовались, — гундосит Тяпа.
— Что с тобой? Ты странно говоришь!
— Прости, брат. На меня надавили, и я сказал им всё, о чём мы с тобой трепались. Даже сейчас я тебе звонить не должен. Пойми, у меня жена беременная, выбора не было! Прости, что я о твоих планах рассказал.
— Кому?!
— Я их не знаю. Их было двое, лица скрыты чёрными шапочками. Но видимо, кто-то сильно не хочет, чтобы ты копался в прошлом. Я был вынужден сообщить им, что ты собираешься навестить девку Шумова. Поторопись… — и отключается.
Млин.
Единственная ниточка к приятелю, подставившему меня, может оборваться прямо сейчас. Если до бывшей Шумова кто-то доберётся быстрее, чем я.
Я на перепутье. С одной стороны — шанс докопаться до истины, восстановить имя, репутацию и, возможно, семью.
С другой стороны — не дать Варе перепихнуться с другим мужиком. Уверен, что прямо сейчас они, раскумаренные долгим днём, нежатся на узком диванчике…
Любовнички, мать их!
Тик-так.
Тик-так.
Время выбора ограничено.
Плюнув на землю от злости, выбираю первый вариант и зло залетаю в салон авто, стартуя с места.
Мысли опережают бег резвой тачки. Я весь на нервах и эмоциях, наверное, поэтому не замечаю…
Почти ничего.
Только чувствую тупой, сильный удар сбоку.
Голова взрывается яркой вспышкой, а потом всё ныряет в черноту.
Глава 11
Варя
Вадим отвёз меня за город, к своим родителям.
В час, когда мы появились там, был уже очень поздний вечер. Я не увидела сына, потому что Ванечка спал.
Поэтому мне просто отвели одну из спален, а на следующий день я уже встретилась с домочадцами — родителями Вадима.
Я уже была знакома с Макаром Дмитриевичем и Региной Петровной, но помню, что они относились ко мне довольно прохладно.
Может быть, они считали, что зря их сын женился на женщине старше своего возраста, к тому же имеющую дочку от другого мужчины.
К тому же потом, спустя много лет, Вадим привёл в дом ребёнка… Не своего.
Не знаю, какие именно проблемы были у пары Вадим и Оля, но факт оставался фактом: у родителей Вадима не было родных внуков. Может быть, они огорчались и именно поэтому встретили меня вежливо, но без особого энтузиазма.
К тому же я знала, что где-то в этом же доме находится Оля, которая и вовсе не вышла меня встречать.
Но главное, что у меня есть возможность возиться с Ванечкой. Я сразу же беру его на руки и прижимаю к себе.
Он пахнет сладко-сладко. Я с трудом сдерживаю слёзы радости и провожу с ним весь день.
Мне никто не запрещает перемещаться по дому, но я нахожусь в основном лишь в детской, гостиной и кухне — когда Ванечку нужно кормить.
О Вадиме я вспоминаю лишь вечером, когда он появляется после ужина и справляется, как у меня дела.
— Хорошо.
— Есть новости?
— У меня никаких. Если ты интересуешься бывшим, он не выходил со мной на связь.
Вадим прочищает горло.
— Не хочу тебя расстраивать, но я навёл справки о нём. Кажется, он снова принялся за старое. Увы, мне жаль. Именно поэтому ты пострадала. Я решил, что тебе не стоит находиться одной.
Мы сидим в гостиной, на полу разбросано множество детских игрушек.
Родители Вадима смотрят мелодраму на Первом, Оля находится рядом и сидит в напряжённой позе, с идеально прямой спиной.
— Ам-ам-ам…
Ванечка прерывает едва начавшийся разговор и обнимает меня за ногу. Он ластится ко мне больше, чем к Оле.
Не знаю, чувствует ли он, что я его настоящая мама или просто ощущает искреннюю любовь и заботу, поэтому весело топает ко мне и даже пытается кормить с игрушечной ложечки.
Я обнимаю Ванечку, предварительно посмотрев на Вадима — не против ли он?
Отчим едва заметно кивает.
— Я не против. Посидим ещё немного. А Оля, кажется, сильно устала, чтобы возиться с сыном. Она хочет поспать. Да, Оля? — с нажимом спрашивает Вадим.
Супруга Вадима поднимается и, не сказав ни слова на прощание, уходит.
Вадим пересаживается поближе и забирает у меня Ванечку, начиная покачивать его на ноге.
— Я не шучу, Варя, — говорит он. — Угроза реальная. Ты будешь находиться в безопасности только рядом с человеком, на которого боятся напасть открыто.
Отчим наклоняется в мою сторону, шёпот обжигает щеку и раковину уха:
— Ты будешь в безопасности в моём доме.
— Раньше я считала, что Рината многие боятся. Но теперь понимаю, что такие люди не боятся никого и ничего.
— Ты пострадаешь, глупая, — говорит беззлобно. — Это только начало. И если вдруг ты откажешься от моего предложения и решишь жить одна, то очень скоро поймёшь, что совершила большую ошибку. И мы оба знаем, к кому ты обратишься за помощью. Сейчас двери моего дома открыты для тебя. Но плюнешь мне в душу ещё раз, и я не стану помогать.
— Что ты предлагаешь? Жить у тебя на иждивении?
— Откровенно говоря, мы подыскиваем новую няню. Оля не справляется с Ваней, а прежняя няня устраивает нас во всём, кроме того, чтобы она не сможет отправиться вместе с нами в столицу. Я предлагаю тебе остаться. Ты ладишь с Ваней, и не глупая. Думаю, справишься… И будешь не на иждивении, — дразнит. — Если это так важно.
— Я могу подумать?
— Да или нет? Прямо сейчас! — требует Вадим.
— Да.
***Чудовищная ситуация, в которой я оказываюсь няней для родного сына. Театр абсурда какой-то. Но главное, что Ваня рядом — мой сын, и я смогу смотреть, как он растёт.
Только с рождением сына я поняла, что способна на многое, но не ради себя, а ради него — и отказаться ради его безопасности, и находиться рядом, но не имея на него никаких прав.
Не знаю, что будет потом, когда Ваня вырастет и поймёт, что я не была его мамой по-настоящему. Поймёт ли он меня?
Однако сейчас мы вместе и Вадим не собирается разлучать меня с сыном.
Я попросила отчима, чтобы меня отвезли на квартиру за своими вещами. В ответ он повёз меня в город, но не за старыми вещами, а за покупками, проявляя ко мне много внимания. И чем чаще мы общались, тем больше времени он проводил со мной.
Наедине с Вадимом я всегда ощущаю смутную тревогу от его жестов и близости, но когда рядом сын, чувствую себя увереннее.
Минусов в моей ситуации очень много, и один из них — почти неприкрытая неприязнь Оли ко мне.
Жена Вадима почти не даёт о себе знать, она избегает общения со мной и почти всегда молчит, когда вся семья собирается вечерами в гостиной.
Но когда мы случайно пересекаемся взглядами, Оля всегда смотрит на меня с ненавистью.
От такого взгляда становится не по себе. Рассказать Вадиму о том, что его жена смотрит на меня косо? И что мне это даст?
Я просто стараюсь избегать общения с Олей. Понимаю, что конфликт не исчезнет сам по себе, но пока не набираюсь смелости поговорить с ней открыто.
Не понимаю причин её ненависти.
Я не сделала Оле ничего плохого и не настраиваю ни Вадима, ни Ваню против неё.
Я просто замечаю, как она сама общается с Ванечкой и не замечаю в этом тепла. Даже наличие няни при той, которая считается мамой, говорит уже о чём-то.
Я бы поняла, если Оля работала или была сильно занята. Но насколько мне известно, Оля ничем таким не занимается, только посещает спортивные занятия для поддержания фигуры в идеальной форме.
Как бы я ни пыталась понять Олю, у меня это не получается.
Я не избегаю встреч с ней, но и не ищу открытого контакта. Однако мы сейчас живём в одном доме и не контактировать с ней не получается.