Путь Мёбиуса (СИ)

Только бы стрельбу сразу на поражение не открыли.
Но Камерон повезло, и ополчение бдило вполглаза, как и всегда, не обращая внимания на периодические помехи в камерах с аварийных лестниц. Приборчик на ее поясе работал безотказно, нарушая работу всех приборов на расстоянии от трёх метров.
Главное, не забыть его выключить, когда придёт пора садиться на корабль. Повредить он Мерилин не повредит, а обидеться за попытку искин может запросто.
К моменту, когда Камми добралась до третьего уровня, у нее дрожали ноги, руки и, кажется, все тело. Дважды она чуть не сорвалась, только чудом удержавшись за хрустнувшую перекладину ободранными ладонями. Кровь смешивалась со ржавчиной, застывая липкими бурыми потеками и мешая сгибать пальцы, но девушка упорно продолжала карабкаться наверх, тем более, что последние два комплекта люков ею уже были обработаны и открыты днем ранее.
Преодолев лестницу на третий уровень, она не стала открывать дверь, ведущую в сектор: камеры в этом месте располагались довольно высоко - дальности действия глушилки не хватит. Даже если ее не задержат прямо сейчас, то потом смогут проследить, куда она направилась и на каком транспорте улетела.
Подставлять капитана Осборна в ее планы не входило, поэтому Камми с сожалением покосилась на нормальную дверь, перекинула рюкзак со спины на ногу, обмотав ту лямкой в несколько раз, и сноровисто отвинтила решетку в стене.
Пора снова в вентиляцию.
Шахты на третьем оказались, как ни странно, еще грязнее, чем на двадцать четвёртом. Наверное, из-за дополнительного загрязнения от флаеров и заправляющихся кораблей, с которых в процессе капает и падает всякое разное, налипшее в космосе…
Несколько развилок Камми пришлось проходить дважды: возвращаться ползком, ступнями вперед, и огибать непролазные ходы. Кое-где наросла странно выглядящая плесень. Хоть девушка часто и бывала на Пятом, где выращивали самые разнообразные продукты, но такого синевато-фиолетового страха она там не видела. Что-то инопланетное и вполне возможно, ядовитое.
Лучше уж перебдеть, чем бесславно сгинуть в вентиляции в паре метров от спасения.
Не раз и не два Камерон замирала, вжавшись в стенку шахты и вежливо пропуская волосатую кейтенскую гусеницу в полметра длиной. Гады расплодились на станции лет пять назад, когда один из торговцев завёз их контрабандой, но плохо закрыл при досмотре. Три штуки сбежали, но на беду поселенцев одна из них оказалась самкой, готовой к кладке. Она и отложила. Да так, что потом вентиляцию выжигали дважды в день сверху донизу, а эта ползучая нечисть все равно умудрялась прятаться и снова плодиться.
Предупредить бы руководство о том, что популяция вновь выходит из-под контроля, но увы, Камми сейчас не до того - пусть сами разбираются. Как раз начнут ее искать и неминуемо наткнутся на расплодившихся гадов. Гнездо, наверное, где-то выше - они любят тёплые темные места с сильными потоками воздуха. А самые активные воздухоочистители на первом и втором уровне.
Девушка скривила губы в невеселой усмешке.
Есть все-таки в жизни справедливость. Пусть у богачей там, наверху, жизнь и комфортнее, зато им приходится невольно дышать гусеничными шерстинками.
Главное, ей самой сейчас не надышаться. С одного раза, конечно, вряд ли что-то будет серьезное, но если кейтанских гусениц нюхать регулярно, то от туберкулеза до рака лёгких - все что угодно можно получить. Вылечат, ясное дело, но какой ценой!
Тысяч пять кредиток за один сеанс терапии, не меньше.
Подгоняя себя подобными веселыми мыслями, Камми достаточно быстро пробралась через запутанный лабиринт труб к посадочному полю.
Времени оставалось в обрез, но алиби доброму капитану нужно было непременно. Поэтому она решительно свернула из прямого тоннеля, ведущего к месту парковки «Тиши», влево, к информационному узлу.
Крохотная комнатка, больше похожая на шкаф, обладала, по счастью, довольно крупным вентиляционным выходом. Все же рядом со скоплением проводов нужен нормальный ток воздуха, чтобы покрытие не гнило и не перегревалось.
 
В распределительный шкаф Камми протискивалась боком. Решетка, прикрывавшая трубу, из которой она выползла, располагалась у самого пола, но, извиваясь припадочным червяком, девушка всё-таки приняла вертикальное положение. За ее спиной предательски поскрипывали запертые, но расшатанные дверцы, а спереди скопление разноцветных проводов утыкалось прямо в лицо. Распластавшись по счетчикам и трубам, чтобы не тревожить петли и не привлекать ненужного внимания к неприлично стонущему шкафу, Камми на ощупь вытащила из рюкзака собственноручно собранный прибор.
Острый щуп проткнул защитную оболочку провода видеонаблюдения, как нож - дефицитный натуральный сыр. Камми скосила глаза на крохотный экранчик. Диспетчерская. Не то. Вытащила щуп и снова воткнула, но уже в соседний провод. Склад конфискованного имущества. Кто-то шарит по ящикам, хотя в такое позднее время никого в хранилищах быть не должно.
Не ее дело. Дальше.
На пятом проводе ей повезло. Посадочная площадка была спокойна и пустынна: не считая «Тиши» и двух патрульных шлюпов, кораблей не было. Пользуясь моментом затишья, Камми поставила прибор на запись. Минута, другая… Хватит. Можно замыкать.
Щелкнули клеммы, подвешивая миниатюрное устройство на проколотый шнур. Жаль оставлять малыша, но другого выхода нет. Таймер запущен, у нее есть десять минут. На всякий случай с запасом. Потом видео отключится, чтобы не вызывать подозрений. Ведь если диспетчер не увидит на экране взлетающий - по документам и аудиосвязи - звездолёт, он точно заподозрит неладное.
Погладив на прощание прибор и тяжело вздохнув, Камми полезла обратно в вентиляцию. Вперёд ногами упаковаться оказалось еще тяжелее, но она справилась.
Малькольм Осборн ждал странноватого паренька с нижних уровней с удивлявшим его самого нетерпением.
И зачем, спрашивается, он вообще в это полез? Капитан всячески избегал привлекать внимание к и без того не особо бросающейся в глаза «рыбке» по той банальной причине, что перевозила его команда далеко не всегда только то, что значилось в их декларации. И пристальный интерес власть имущих, которого не избежать, если на борту поймают дезертира, будет ну очень некстати.
К тому же, не то чтобы ему так уж нужен был механик на борту - Мерилин вполне справлялась с самодиагностикой, а он прекрасно чинил и поправлял то, что она указывала починить и поправить, но тощего парня с замшелой окраины почему-то было жаль и хотелось бедняге хоть чем-то помочь.
Непохоже на обычного циничного капитана, как выразился по этому поводу искин.
И даже благодарность за найденный сломанный болт не объясняла готовности Мэла рискнуть добрым именем «Тиши» ради первого встречного талантливого технаря. Как не объясняла она и странного поведения искина, впрочем.
Вот кто бы ему объяснил, зачем Мерилин рекомендовала им именно этот бар аж в двадцать четвёртом секторе?
Капитан не первый раз спрашивал совета бортового компьютера, потому что в скоростном анализе данных, даже таких своеобразных как качество алкоголя в разных заведениях и общей атмосферы вкупе с безопасностью, искину не было равных. Поэтому, стоило Мерилин подключиться к местной сети, как она уже знала с точностью до миллиграмма, насколько разбавят выпивку в ближайшем баре и какова вероятность угодить в драку или банально попасть в засаду любителей дармовщинки на данной станции, ранжируя по уровням.
Как ни странно, именно «У Джо» оказался в зеленой зоне на ХХ-49.
Единственный бар на все уровни.
Тут бы Малькольму насторожиться, но он так привык доверять искину, что ему даже не пришло в голову сомневаться в ее беспристрастности.
А оказывается, искин просто считал какую-то важную информацию из мозга проверявшего инженера и действовал, по его словам, «в интересах корабля и команды».
Подначку со стороны Курта, предположившего, что скорее Мерилин действовала в собственных интересах, компьютер гордо проигнорировал. Но не отверг.