Вещь (СИ)

Рост провел большим пальцем по её щеке. "Какие же мы подонки! Котов, сука! Мало ему шлюх! Девочки не из нашего мира. Нельзя было их трогать", — Вахитов сожалел о содеянном.
— Сбрось мне это сообщение и источник, откуда пришло. Ещё мне нужны её фото. И давай обменяемся телефонами, — подытожил он.
***
Они уже два часа бродили по галерее бутиков, в каждом из которых Котов усаживался на диван и требовал, чтоб продавцы несли самое дорогое, эксклюзивное и со всем этим отправлял Машу в примерочную, требуя чтоб она, переодевшись, выходила показаться перед ним. Влад уже скупил половину торгового центра, но все что происходило, не радовало девушку. Она скореё отбывала повинность. Ведь Влад ни разу не спросил её, понравилось ли ей что-то. Он выбирал, он одевал и делал это больше для себя, чем для неё.
Маша стояла в примерочной перед зеркалом в единственном платье, которое понравилось именно ей. Это красное платье, ещё в витрине на манекене, заворожило её. Пышная юбка, открытая спина и атласный бант — шикарно! Внутренний голос с интонациями Лары так и произнес: «ши-и-карно». Сейчас, когда она вспомнила о Ларисе, то сердце сжалось от тревоги за неё. Как бы она хотела, чтоб сейчас с ней была Лара, а не Котов, и пусть без копейки денег! Маша вспомнила, как они сбрасывались с ней, чтоб купить умопомрачительные туфли, которые потом одевали по очереди. Они тогда ещё пару недель питались китайской лапшой, потому что денег оставалось только на проезд в университет.
Из зеркала на неё смотрела девушка с обложки Vogue. И в этот момент Маша ненавидела свое тело за красоту. Красота ни разу ничем не помогла ей, напротив — она была причиной самых страшных событий в её жизни! Из-за красоты девчонки жестоко избили её в туалете детского дома так, что у неё было внутреннеё кровотечение. Благодаря Алексу она тогда чудом осталась жива. Её красота, так же как и красота Ларисы, причина сальных взглядов, драк, нападений. Красота — причина того, что сейчас она в плену у Котова. Глядя на себя в зеркало, она поняла, что он её не отпустит. И если раньше у неё были мысли, что этот плен временный, то сейчас, когда он накупил ей такой объемный гардероб — это надолго, а может и навсегда.
Маша сама не поняла, как это произошло, очнулась уже, когда все лицо было в дорожках слез и растекшейся туши. Чувство обреченности подкосило её. Она отошла от зеркала и, обняв себя руками, осела на пол.
Котов отвлекся на телефонный звонок, а когда завершил разговор, то заметил, что Маши долго нет. «Может застегнуть что-то не может. Помогу одеть, а лучше — раздеть», — Котов улыбнулся собственным мыслям и направился к занавескам примерочной. Когда он бесшумно вошел, увидел её обнаженную спину, вздрагивающую от беззвучных рыданий. Подогнув ноги и обняв себя руками, она сидела на полу. Влад никак не ожидал увидеть такое. Несколько минут он стоял у входа в замешательстве, потом подошел, сел с ней на пол рядом и притянул её к себе спиной к груди.
— Прости, я не хотела, просто само как-то… я сейчас возьму себя в руки, — пробормотала она, вытирая ладонями лицо.
— Ты все время удивляешь меня, детка. Когда я угрожал тебе, добивался, чтоб ты рыдала от страха, ты не плакала. Сейчас я хотел, чтоб ты радовалась, а ты вся в слезах, — Котов приподнял её лицо за подбородок и заглянул в глаза, — Испугалась за Ларису? Сказал же не трону её, она — страховка.
Она смотрела на Влада, а из глаз продолжали литься слезы. Капли стекали по её лицу, а потом по его пальцам.
— Маша, я думал, ты будешь визжать от восторга, что я столько шмоток и побрякушек тебе купил. Чего ты хочешь? Скажи, — злился Котов.
— Ты не дашь мне это, — опустив глаза, апатично произнесла она.
Он догадался, что Маша говорит о свободе.
— Я не отпущу! И тебе не сбежать! А если даже удастся, я найду тебя! Ты моя! Смирись и тебе станет легче, — Котов прижал её к себе сильнеё.
Глава 14. Девушка созрела.
Котов не хотел больше видеть её слез, потому решил не прибегать к шантажу. Вечером следующего дня он снял весь ресторан на крыше отеля. Сбежать отсюда Маша могла бы только, если бы у неё были крылья. Весь персонал заведения был отправлен в отгул. Стол для пары накрыли заранее под стеклянным куполом. Помещёние округлой формы с подсветкой по периметру наполнила тихая расслабляющая музыка. На входе в ресторан и в холле отеля дежурили люди Котова, которые расчищали путь при его появлении, чтоб к ним никто не мог приблизиться, и Маша не могла ни к кому обратиться за помощью. В итоге они были в центре Москвы, в общественном месте, но при этом в полной изоляции, что позволяло Котову удержать её в плену. Влад не зря приложил столько усилий, чтоб впечатлить Краснову и настроить на романтический лад. Он решил завершить этап соблазнения девушки, поставив целью сегодняшнего вечера — уложить её в постель. «Задолбало быть понимающим и терпеливым парнем. Сегодня расчехлимся, детка!» — в предвкушении Влад взглядом раздевал Машу, которая зачаровано смотрела на ночную Москву и звездное небо, стоя у края крыши. Она была в том самом красном платье с обнаженной спиной. Весь путь от машины до ресторана Влад не мог удержаться от того, чтоб не провести пальцами по атласной коже, и позвонкам. Он чувствовал, как девушка покрывается мурашками при его прикосновениях, замечал, как тяжело дышит, когда он берет её за руку, как блестят её глаза, когда он заглядывает ей в лицо. Маша волновалась, возбуждалась от его присутствия, и ей этого было не скрыть от Котова.
 
— Иди за стол, Маша! Еда остынет, — Влад позвал её на диван, придвинутый к столу.
— Можно я ещё тут постою? — робко спросила Маша, по-прежнему стоя у ограждения.
— Ты меня боишься? — Влад склонил голову на бок.
— А нужно? — Маша напряженно вглядывалась в его лицо.
— Детка, если ты будешь послушной девочкой, то я не сделаю тебе ничего, что тебе не понравится. Сейчас я дико голоден. Иди сюда, — слово «голоден» прозвучало двусмысленно, и Маша вздрогнула, продолжая стоять на месте, — Послушной, я сказал, — с нажимом произнес Влад.
Маша оторвалась от перил и приблизилась к нему. Влад, дождавшись, когда она сядет, снял пиджак, подкатил манжеты рубашки и присел рядом с ней. Он с аппетитом набросился на стейк, а Маша вяло клевала листья салата. Она внимательно рассматривала его тату на запястье. Игральная карта — пиковый туз, аккуратным небольшим черным прямоугольником, красовалась на его правой руке. Маша и раньше подметила её, но сейчас она сидела слева от него, и поскольку манжеты рубашки не скрывали татуировку, она могла рассмотреть её в деталях.
— Ты сидел? — вдруг спросила она.
Влад на секунду перестал жевать, осмысливая её вопрос.
— Почему ты так решила? — Влад прищурившись, изучал её лицо.
— У тебя татуировка авторитетного вора в законе. Я ошиблась? — смутившись своего вопроса, пролепетала она.
— Нет, не ошиблась, — удивился Влад, — откуда такие познания, маленькая?
— У меня есть друг детства — Алекс. У его отца восьмиконечные звезды на груди, и он мне объяснял их значение, ну и немного говорил о других символах, — Маша отвела взгляд, — За что ты сидел?
— Один раз, по малолетке, взяли на разбойном грабеже. Я быстро освободился, — ответил Котов.
— За что же тогда ты получил такой статус? Обычно его дают только закоренелым уркам, — допытывалась Маша.
— Маша, твой ум и любопытство могут тебя погубить, — задумчиво сказал Влад.
— Я хочу знать кто ты, — она нервно прикусила нижнюю губу.
— Ты первая женщина, которая спрашивает меня об этом, — сказал Влад вслух, а про себя подумал: «С остальными, правда, я особо и не разговаривал, сразу трахал. Хотя, думаю, что ни одна из моих девок не догадывалась об истинном смысле моей татухи», — Статус мне, можно сказать, достался по наследству. Мой отец — уважаемый человек в криминальных кругах. Он сейчас отошел от дел, проживает рядом с друзьями в Италии, а я вместо него выполняю некоторые почетные обязанности.