Приёмыш на заклание

— Просто я хотел представить себе общую картину, — мягко произнес начальник полиции и вышел.
— Не вините шефа, это его работа, — не обращаясь ни к кому в частности, проговорил инспектор Квин.
Джесси Шервуд вскинула голову.
Когда Эйб вернулся, он сказал мистеру Хамфри:
— Лестница пыльная. Возможно, мы отыщем какие-нибудь отпечатки. Мисс Шервуд, вы не заметили, не был ли этот человек в перчатках?
— Не могу сказать, — коротко ответила Джесси.
— Что ж, сейчас мы больше ничего не можем сделать, мистер Хамфри. Думаю, что теперь вам не о чем беспокоиться, но если хотите, я могу оставить здесь своего человека.
— Благодарю, — отозвался Элтон Хамфри. — И еще, мистер Перл...
— Слушаю вас, сэр?
— Я хотел бы избежать гласности...
— Я дам указание, чтобы мальчики в управлении держали язык за зубами... Дик? — Начальник полиции взглянул на своего друга.
Ричард Квин выступил вперед.
— Один вопрос, если вы не протестуете, мистер Хамфри. Это ваш ребенок?
Сара Хамфри вздрогнула. Элтон Хамфри чуть ли не в первый раз взглянул на старика.
— Не сочтите это за оскорбление, — продолжал инспектор Квин, — но вы сказали начальнику полиции, что у вас нет других детей. Я просто подивился: ведь в вашем возрасте несколько поздновато обзаводиться первым ребенком.
— Это ваш человек, начальник? — спросил миллионер.
— Инспектор Квин из департамента полиции Нью-Йорка, в отставке, — быстро ответил Эйб Перл. — Он был моим заместителем, когда я гонялся за манхаттенскими преступниками, мистер Хамфри. Он гостит у меня.
— А, тот самый человек, который прислал мне чек на полтора доллара! — протянул Хамфри. — Вы постоянно одалживаетесь чужим бензином, сэр?
— Я объяснил это вам в своей записке.
— Да. Что ж, инспектор, я считаю ваш вопрос неуместным.
— Но вы не ответили на него, — улыбнулся Ричард Квин.
— Майкл — усыновленный ребенок. А в чем дело?
— Возможно, что его происхождение может объяснить случившееся, мистер Хамфри, вот и все.
— Уверяю вас, это абсолютно исключено, — ледяным тоном произнес миллионер. — Если у вас нет к нам больше дел, джентльмены, прошу извинить миссис Хамфри и меня.
Джесси Шервуд было интересно, скажет ли ей Ричард Квин что-нибудь перед тем, как уйти.
Но тот лишь вежливо глянул в ее сторону и последовал за шефом полиции города Таугус.
Во вторник вечером, после ужина, Джесси Шервуд поднялась наверх, заглянула в детскую, затем переоделась в легкое голубое платье, привела в порядок прическу, припудрила нос и выскользнула из дома.
Шагая по дороге, она подумала: о чем, интересно, разговаривает чета Хамфри, когда остается наедине? Сейчас супруги сидели на веранде, посасывая шерри-бренди и молча глядя в морскую даль. В компании других они были достаточно разговорчивы — миссис Хамфри была болтушкой в полном смысле слова, а ее супруг отличался язвительностью; однако, хотя Джесси десятки раз заставала их наедине, ей ни разу не пришлось прервать их беседы. «Странные люди», — подумала она. И вздрогнула. Неожиданно из-за высокой поросли горного лавра неподалеку от сторожки появился человек и посветил ей в лицо карманным фонариком.
— Извините, мисс Шервуд.
— Ничего, ничего, — пробормотала Джесси.
Это был один из трех охранников, нанятых Элтоном Хамфри сегодня утром в частном детективном агентстве Бриджпорта. Это были люди с каменными лицами, которые появлялись и исчезали неслышно, словно кошки.
Обогнув поворот шоссе, она зашагала быстрее. Воздух был солоновато-сладким от морского бриза и цветущих садов; придорожные фонари осаждались мириадами мотыльков и бабочек. Вокруг царили тишина и покой, но Джесси спешила вперед.
Вот и ворота, преграждавшие дорогу у начала дамбы.
— Мистер Питерсон?
Высоченный сторож маячил в дверях сторожки.
— Хотите выйти? — мрачно спросил он.
— Нет, просто дышу свежим воздухом. Что-нибудь случилось, мистер Питерсон? Вы озлоблены на весь свет...
— А вы думаете, что я тут развлекался в этот уикэнд? — проворчал сторож. — Знаете, сколько тут прошло машин за вчерашний вечер? А от меня еще требуют, чтобы я помнил, кто приезжал и уезжал!
 
— Просто безобразие, — посочувствовала Джесси. — При таком движений я бы не винила вас, даже если бы вы вообще оставили ворота открытыми на всю ночь!
— Именно так я и сделал, мисс Шервуд.
— Даже в два часа ночи?
— Почему бы нет? Откуда я мог знать?..
— Конечно. Вы, должно быть, сильно утомились и отдыхали в сторожке?
— Факт!
— И конечно, не могли видеть машину, которая проехала после полуночи и уехала около двух часов.
— Я видел только ее зад, — хмуро отвечал Питерсон. Джесси глубоко вдохнула напоенный ароматом цветов воздух.
— Бьюсь об заклад, это была машина, которую вы знали и поэтому не задержали ее.
— Вроде того. Я не видел лица водителя, но и он, и машина показались мне знакомыми.
— А что это была за машина, мистер Питерсон?
— Иномарка. «Ягуар».
— Понимаю. — Сердце Джесси начало биться сильнее.
— Вроде той, на которой раскатывает племянник мистера Хамфри. Как его звать-то... Ага, мистер Фрост! Я и подумал, — продолжал сторож, — что это он сам. Весь уик-энд он мотался туда и обратно...
— Значит, вы не уверены?
— Поклясться не могу. — Сторож покачал головой. Что ж, — улыбнулась Джесси, — пусть это вас не беспокоит, мистер Питерсон. Я уверена, что вы хорошо несете свою службу.
— Спасибо на добром слове!
— Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, мисс Шервуд, — тепло попрощался Питерсон.
Он вернулся к сторожке, а озабоченная Джесси зашагала обратно.
— Приятной прогулки, — послышался вдруг мужской голос.
Сердце Джесси подскочило в груди.
— Мистер Квин! — воскликнула она. — Что вы тут делаете?
Он стоял перед ней на дороге и улыбался.
— То же, что и вы, мисс Шервуд. Разыгрываете роль детектива? — Он рассмеялся и взял ее под руку. — Позвольте мне проводить вас.
Джесси кивнула несколько чопорно, и они зашагали по дороге мимо высокой каменной ограды, увитой плющом и розами, и луна светила им сверху, словно сыр чеддер, и солено-сладкий воздух щекотал ноздри. «Сколько лет прошло с тех пор, — подумала она, — как я гуляла вот так, при луне, с мужчиной под руку? Последним был Клем — перед отъездом туда, на войну... »
Старый человек рядом с ней неожиданно проговорил:
— Вы подозреваете Рона Фроста?
— Почему вас это так интересует? — ответила вопросом Джесси.
— Скажем так: я не терплю преступлений, связанных с окнами детских комнат. — Голос его звучал сердито. — И если я могу оказать помощь Эйбу Перлу...
Какой-то неутомимый патриот, находящийся в море, запалил в небе римскую свечу. Они остановились, наблюдая разрывы и всплески огненных шаров. На несколько секунд остров осветился. Затем снова все окуталось мраком.
Она ощутила его беспокойное движение.
— Пожалуй, мне пора возвращаться, — сухо произнесла Джесси и двинулась дальше. — Относительно вашего вопроса, мистер Квин. Пожалуй, мне не следовало бы говорить этого, покуда я получаю жалованье у Хамфри, но я люблю угрозы по отношению к детям еще меньше, чем вы. Рональд Фрост вчера поссорился с мистером Хамфри из-за Майкла.
И она рассказала о том, что ей довелось услышать из детской.
— Итак, Фрост рассчитывал на наследство своего дядюшки, а теперь младенец встал ему поперек пути, — задумчиво произнес Ричард Квин. — А Фрост был хорошо нагружен виски, когда уезжал?
— Ему было что пить.
— Сегодня утром, на похмелье, у него на столе стояла пустая бутылка из-под виски. По-видимому, он вчера вечером выпил лишку. Может быть...
— Вы его видели?
— Я заезжал к нему в Старый Гринвич. В порядке услуги Эйбу Перлу.
— И что же вам сказал Фрост?
— Он сказал, что явился домой поздно ночью и лег спать. Он живет один, поэтому его никто не видел. Иными словами, алиби у него нет.