Фарцовщик: уговор дороже денег. Том 3 (СИ)
Эге, а от него так и пахнет деньгами. Даже если бы я не знал, что Басов связан с Роминым, сейчас бы точно убедился.
— Ну, и что он? — спросил Басов. — Что он предложил?
Ага, вроде клюнул наживку.
— Ну что? — я вроде как очнулся. — О чем это я? Ах да, точно. Он говорит, джинсы хочешь продавать? Излишки. Нашего, местного пошива. И показал. Хорошие такие штаны. Синие, прочные, красивые. Там всякие надписи на иностранном. Застежки из железа, кармашки всякие.
Басов очень сильно заинтересовался.
— А как называются? «Montana», наверное?
Я пожал плечами.
— А пес его знает. Я же не умею читать. Но вроде по-другому. Он называл их как-то. «Лисы», что ли. Или «слайсы». Не вспомню. Это ведь как с моими брюками. Я их после армии привез. Польские. Самые хорошие. У меня тогда свояк их выпрашивал. Десять литров самогона предлагал. Он тогда варил это у себя. Он думал, что…
Басов нетерпеливо хлопнул по столу.
— Не отвлекайся, папаша. А что за джинсы? Может, «ливайсы»?
Я приставил ладонь к уху.
— Ась? Как ты сказал? Не слышу.
Басов наклонился еще ближе.
— Я говорю, «ливайсы» называл?
Я отчаянно закивал.
— Точно, точно. Именно так. Продавай, говорит, очень дорого стоит. Будешь ходить по домам, звонить в квартиры и предлагать жильцам. У него там много таких, как я понял. Продавцов. Уже продают. И еще сказал, что товар от вашего магазина. «Мосодежда». Хороший, качественный. У него тут знакомый есть. Он и продает. С нераспроданных запасов.
Басов со вздохом откинулся назад. На спинку стула.
Я замолк и опустил голову. Типа, устал. Но наблюдал за собеседником. Из-под густых бровей.
— Вот сукин сын, — пробормотал Басов. На меня он не обращал внимания. — Надо же. Решил объегорить. Мы же договорились, только через меня. Никаких других движений. Вот же сукин сын.
Он опять посмотрел на меня.
— Эй, дедуля! Просыпайся. И чем потом все закончилось?
Я поднял голову.
— А чем еще? Он мне образец оставил. Для продажи. Я у него выпросил. А сам к вам сюда пошел. Чтобы вы проверили. Настоящие это или нет? Понимаешь, уважаемый?
Басов посмотрел на меня.
— И где же они? Продал, что ли?
Я посмотрел на руки. Спохватился.
— Вот же дурья башка! Совсем забыл. В машине оставил, на сиденье. Сейчас, сыночек, сейчас. Я принесу.
И поднялся со стула. Направился к двери.
Басов тут же подлетел ко мне. На это и расчет. Чтобы испугался, не буду ли я тут махать джинсами. В коридоре. На глазах у всех.
Лучше пусть сам выйдет из здания. Вместе со мной.
— Не надо ничего носить, папаша, — прогудел он. — Я с тобой выйду. Посмотрим, что там такое.
Ну и отлично. Крепко заглотил приманку. Басов схватил меня под локоть. Повел вниз.
Навстречу попадались сотрудники. Удивленно смотрели на него. Но деликатно молчали.
Мы спустились вниз. Вышли на улицу. Я подвел Басова к машине.
Указал на заднее сиденье. Там, где лежали мои вещи. Я ведь переоделся в стариковские одежды. А сумку с джинсами и пиджаком оставил в машине.
Басов посмотрел на моего водителя.
— Это мой племянник, — успокоил я завотделом. — Садись, уважаемый, щас покажу.
Басов залез на заднее сиденье. Я залез следом. Показал джинсы. Свои, уже потертые.
— Есть и новые. Десять штук. Только они в другом месте. Недалеко тут. Показать их тебе?
Басов осмотрел мои джинсы. Что-то заподозрил. Бросил на меня настороженный взгляд.
— А чего это он сразу тебе все отдал? Совсем с ума сошел?
Я пожал плечами.
— Так ведь он задаток взял. Пятьсот рублей. С меня. Сказал, что те джинсы намного больше стоят.
Басов подумал. Он решил выяснить все до конца.
— Ладно, поехали. Покажи. Пока что ничего не могу сказать. Но сразу предупреждаю. Тот парень тебя обманул. Взял деньги, теперь не вернется. Это у тебя старые джинсы. Которые ты мне показывал. Они десять рублей стоят. Если хочешь, заберу у тебя. Давай посмотрю другие джинсы. Если тоже старые, то заберу с уценкой. Это точно недалеко?
Я кивнул. Указал рукой. Похлопал лохматого по плечу.
— Езжай, племянничек. На нашу улицу.
Парень обернулся на меня. Я указал вперед. Тогда он завел машину и поехал.
Басов молчал. Я показывал, куда ехать. Постепенно мы везли пойманного начальника отдела на Лубянку. Когда остался квартал, Басов забеспокоился.
— А чего так далеко? Ты же сказал, рядом, дед. Где это мы?
Не доехав сотни метров, я приказал лохматому остановить машину. Потом постучал его по плечу. Попросил, уже обычным голосом:
— Ну-ка, выйди. На пять минут.
Лохматый вышел. Захлопнул дверцу, встал рядом, закурил.
Я посмотрел на Басова. Стащил с себя парик. Убрал фальшивые бакенбарды и вытащил вату изо рта. Стер ложные морщины. Устало выдохнул.
— Ты кто такой? — спросил Басов. Оглянулся по сторонам. — Что это значит?
Я поглядел на него.
— Значит так, Сережа. Я тебе даю полный расклад. И выбор. Как действовать. Два варианта. Надеюсь, ты будешь умным и выберешь правильный. Смотри на меня. В глаза. Я — Одиссей. Слышал о таком?
Басов молча кивнул. Зеленые его глаза пристально смотрели на меня. Оторвать взгляд он не мог. Я видел, что он чертовски перепугался.
— Хорошо. Очень хорошо. Теперь посмотри вон туда. Вперед. Знаешь, что это за здание? Ну конечно, кто же не знает. В нашем-то деле. Да, это Лубянка. Через пять минут я туда отправлюсь. С тобой или без тебя. А теперь слушай меня внимательно, Сережа. Смотри на меня.
Басов снова повернулся ко мне. Опять уставился. Глаза расширились. Сейчас выпадут из орбит.
— У меня на вас полно сведений. О том, что Ромин и Зиновьев проводят через «Мосодежду» все свои товары. Огромный товарооборот. Сейчас ваши поддельные джинсы заполонили всю Москву и Подмосковье. Кроме того, твои дружки планировали продавать импортные шмотки. Оригинальные. Полученные в гостиницах от иностранцев. Через официальную сеть «Мосодежды». Неслыханная наглость. Как ты думаешь, что сказали наверху, когда чекисты доложили об этом? Ты помнишь дело других подпольщиков? Их всех расстреляли. В качестве показательного примера. В отношении вас тоже примут такое решение. Слишком большой ущерб. Слишком нахально работаете. Все материалы уже в работе на Лубянке, скоро начнут брать. Ваши связи в ОБХСС не помогут, там тоже будут брать всех сообщников. Сверху пошла команда «Фас». В связи с этим, Сережа, у тебя есть два варианта действий. Ты меня слышишь?
Басов кивнул. На лбу выступили капли пота. Я не повышал голос, не давил. Просто смотрел на него.
— Первый вариант. Ты мне не веришь, надеешься, что все дело развалится, рассчитываешь на помощь твоего братца Ромина и его дружков. Ты встаешь, уходишь отсюда, но долго ходить не сможешь. Очень скоро мы встретимся на допросе у следователя. Вернее, меня ты там не увидишь. Но тебя все равно поймают и ты окажешься среди твоих сообщников. На нарах. До вынесения приговора. Расстрельной статьи.
Я помолчал. Хорошо, что Басов еще не заорал. Не обозвал меня идиотом. Хотя мог бы. Я на его месте так и сделал бы. Значит, все верно. Он и в самом деле повязан с «черными ткачами».
— Второй вариант. Ты сейчас идешь со мной, мы заходим с тобой в это здание на Лубянке и ты даешь полный расклад. Как организована ваша схема, кто вовлечен, люди, места, переговоры, условные знаки и секреты. Словом, полностью помогаешь следствию. Мы берем все доказательства, производим аресты, ты для виду тоже будешь повязан. Но потом избежишь наказания. Человек по имени Басов будет расстрелян. А ты уже будешь новым человеком. С другой фамилией и именем. С другой биографией. Который уедет отсюда далеко-далеко. В союзную республику. И будет жить там. Что скажешь? Подумай чуток. Надеюсь, ты выберешь правильный вариант. Если хочешь идти отсюда, иди. Я тебя не держу. Все равно тебя скоро схватят. Скорее всего, уже сегодня. Тогда уже не жди пощады. Но если согласен идти со мной, то пошли.