Дай мне шанс

— А я и не имел этого в виду. Просто приглашаю.
— Спасибо.
Она такая ужасно, ужасно воспитанная. И отстраненная. Дэвид смотрел на Кайли со все возрастающим интересом.
— Перейдем к делу, — сказал он, чтобы отогнать ненужные мысли. — Посвящу вас в служебную тайну. Мне потребуется ваша помощь.
Кайли кивнула.
— Суть дела состоит в том, что я собираюсь начать переговоры с компанией «Брэдли Инкорпорейтед» о поставках нам бытовой техники прямо с завода по сниженным ценам. Если мы договоримся и перезаключим договора с магазинами, которые занимаются у нас закупками, то получим хорошую прибыль. А хорошая прибыль и репутация — две составляющих успеха. Не так ли?
Кайли снова кивнула.
— Мне нужно подготовить пакет документов. В ваши задачи входит контроль электронной почты, присутствие на переговорах, их запись и прочие вещи, которые вы умеете. Сейчас я продиктую вам несколько писем, а затем подробнее введу в курс дела. Будете хорошо работать — выпишу премию. Согласны?
— Конечно, — улыбнулась Кайли, но как-то бледно. Похоже, у нее не слишком хорошее настроение.
Ну и черт с ней, внезапно разозлился Дэвид. Какое ему дело до настроения секретарши. Кайли открыла лэптоп, и он начал диктовать первое письмо.
  
 10 
 
Они работали четыре часа, пока не пришла все та же миловидная девушка звать их к обеду. За столом было шумно и весело, но Кайли по большей части помалкивала. Звонок Джона выбил ее из колеи.
Мог бы и не звонить. Хотя ему не терпелось узнать что-нибудь полезное, и, конечно, он нервничает, дело-то грязное и не слишком хорошо пахнет. Кайли сказала, что попытается что-нибудь для него раздобыть к понедельнику, и вот… раздобыла. Придется говорить, иначе Джон от нее не отстанет.
Элсоны хохотали над какой-то шуткой дяди Арнольда, Кайли сдержанно улыбалась, а в голове водили хоровод неприятные мысли. Она попалась, как птичка в силки. Если бы Дэвид оказался неприятным типом, любящим самоутверждаться за счет юных девиц, было бы, наверное, легче. Но он достойный человек — во всяком случае, на первый взгляд не носитель всех пороков мира. Порядочный, из хорошей семьи. И сегодня он рассказал ей о сделке, которая может представлять интерес для Джона…
Кайли была на старого друга в большой обиде. Она только сейчас поняла, что дружба летит в пропасть. Вряд ли она теперь сможет общаться с Джоном как прежде, выслушивать его снисходительные советы, плакать у него на плече, если что-то не получается или просто тяжело. Почему он так изменился? Почему поставил ее в такое положение? И почему она согласилась?
Теперь все это казалось большой глупостью, но другого пути Кайли по-прежнему не видела. И другую работу, такую же хорошую, она быстро не найдет. А деньги нужны. Очень нужны…
Семейство Элсонов расхохоталось, и Кайли тоже засмеялась — по всей видимости, офранцузившийся дядя Арнольд опять отпустил какую-то шутку. Нужно не выделяться, не показывать, что одолевают мрачные мысли. Или забыть о них на время. Да, просто забыть…
После обеда Дэвид и Кайли проработали еще час, а потом он предложил прогуляться по парку.
— Тут кругом хорошо. Пройдемся? Все-таки уик-энд, я не должен загружать кадры сверх меры.
— Но я же для этого тут…
— Кайли, перестаньте. Я же вас пригласил. Это наполовину рабочий, наполовину выходной день. Рабочий еще немного будет, но потом. А сейчас — прогулка.
Она кивнула. Честно говоря, ей и самой очень хотелось пройтись с Дэвидом по парку.
Осень властвовала здесь, словно королева. Деревья, обсыпанные живым золотом, роняли листья; ветер улегся, и медовый шуршащий день окружал первозданной тишиной. Тропинки уводили в глубину сада, больше похожего на лес, и Кайли пошла рядом с Дэвидом по одной из них. Лучи солнца иногда гладили щеки, пробиваясь сквозь еще густые кроны деревьев.
— Вы любите осень? — спросил Дэвид.
— Больше лето.
— А мне все времена года по нраву. Даже зима.
— Зимой Рождество, — вздохнула Кайли.
— Точно. Любите его?
 
— По-моему, мало людей, которые его не любят.
— Ну, встречаются такие оригиналы. Помните, вы говорили мне про друга, который не уважает бейсбол. А я-то полагал, подобные экземпляры в Америке повывелись!
Кайли удивилась, что он это помнит, но промолчала.
— Как вам моя семейка? — продолжил Дэвид. — Шумные, правда? Но милые. Долго я их не выношу, потому что сам такой же, однако приезжать к ним время от времени приятно.
Вы очень дружные, — признала Кайли. — Это видно.
Это благодаря отцу. Он нас всех держит на коротком поводке и не позволяет ссориться по пустякам. — Дэвид смешно почесал нос. — А то мы бы давно все вокруг разбомбили. Ну, а ваши родственники?
— У меня только мать. Остальные… мы с ними не общаемся.
— Какая-то страшная семейная легенда? Эпохальная ссора? Извините, если лезу не в свое дело.
— Да нет, никаких тайн и скелетов в шкафу. Отца я никогда не знала, дедушка умер еще до моего рождения. Мы с мамой жили в Бруклине в крохотной квартирке, а бабушка — в Гарлеме. Потом она умерла, а нам удалось скопить денег на первоначальный взнос за дом. Половину дома. Но это почти совсем настоящий дом. Конечно, не такой большой, как у вас.
— Зато уютный, я видел.
Вы же не были внутри.
Ну, видел снаружи. Я ведь вас забирал сегодня. Если вы так же управляетесь дома с вещами, как в офисе с бумагами, не сомневаюсь, там все хорошо.
Кайли расхохоталась. Этот человек обладал поразительным талантом дарить другим людям хорошее настроение. Она и не подозревала, что может смеяться так беззаботно. В последнее время ее жизнь можно назвать какой угодно, только не беззаботной.
— Вот, уже лучше, — одобрительно заметил Дэвид. — А то я забеспокоился.
— Почему?
— Какое-то время вы выглядели расстроенной.
— Со мной это случается. — Кайли вовсе не собиралась посвящать его в подробности своей жизни. Нет, только не человека, которого она обманывает. — Обычные женские перепады настроения.
— А, вы меня успокоили.
— А почему вы живете не здесь? — Кайли поспешила сменить тему. — Ваш отец, как я поняла, тоже бизнесмен. Он ездит на работу отсюда?
— Да, у отца водитель, отвозит его в офис, когда требуется. Но вообще семейный бизнес уже давно под присмотром грамотного управляющего. Отец не делает его смыслом жизни.
— Это правильно. И чем же он занимается?
— У него брокерская компания.
— Он не хотел, чтобы вы унаследовали дело?
— Я так и так его унаследую. — Дэвид пнул валявшуюся на дорожке сосновую шишку, и она весело заскакала по плиткам. — Но я понял, что вы хотели спросить. Отец считает, что каждый сам должен делать карьеру. Нет, он не настаивал, чтобы я пошел работать в семейный бизнес. Конечно, если бы я это сделал, обрадовался бы, однако… все сложилось так, как сложилось. На меня никто не в обиде.
— Не думаю, что на вас вообще можно долго обижаться, — с полуулыбкой заметила Кайли.
Дэвид стремительно повернулся к ней.
— Да? Это хорошо. Запомню на будущее, если вдруг наступлю вам на какую-нибудь мозоль и вы на меня рассердитесь.
— Ну, вы же мой начальник, вы можете себе позволить какие-то ошибки.
Он хмыкнул.
— Забавное мнение. Это я тоже запомню. Пойдемте, я хочу вам кое-что показать.
Он свернул вбок — на тропинку, не вымощенную розовой плиткой, просто утоптанную дорожку. Кайли шла, чуть отставая, глядя на Дэвида сбоку. Интересно, вот эта прямая спина, взгляд победителя саблезубых тигров и иронический прищур Джеймса Бонда — это воспитывается, передается по наследству, откуда берется? Может, есть специальная мастерская, где делают таких вот Дэвидов? Красят платиновыми кисточками, сдувают пылинки и выставляют за порог — иди, дружок, завоевывай мир.
Тропинка вывела к деревянному заборчику, скорее символическому: стоящие столбики, а между ними — по доске, сверху и снизу. Заборчик тянулся вправо и влево и исчезал в небытии. Кайли сначала не поняла, что это, но, когда Дэвид жестом пригласил ее пройти вперед, ахнула. Загон. На лугу, уже порядком повытоптанном и покрытом бурой травой, паслись лошади.