Безжалостный епископ (ЛП)

— Я… — Я дрожу, и румянец распространяется с головы до ног. — Привет.
— Привет, солнышко, — урчит он. — Ты написала мне сообщение.
— Да, — вздыхаю я.
— Что ты хочешь?
— Хочу кончить, — задыхаюсь я.
Боже, это труднее сделать, когда он в прямом эфире и у меня нет времени подумать, что сказать. Но Коннор ухмыляется.
— Поставь телефон на подоконник и поверни стул. — Сглотнув, я встаю, чтобы сделать это. — Хорошая девочка. Теперь, каким бы милым ни был этот персиковый маленький наряд, я хочу, чтобы ты его сбросила. Обнажись для меня, детка.
Я пискнула, держась за грудь, когда наклонилась к телефону. — Голая?
— Видел тебя раньше, помнишь? — Он проводит зубами по губам. — Раздевайся—.
Не двигаясь сразу, я кладу руки на бедра. — Я хочу сначала увидеть тебя. Я… — Слова застревают в горле, но я выталкиваю их наружу. — Я хочу посмотреть, как ты трогаешь свой член.
Жар в его взгляде становится настолько горячим, что я почти чувствую, как он обжигает мою кожу через телефон и расстояние между нашими окнами.
Коннор ухмыляется в камеру, сдвигаясь назад, чтобы заполнить кадр своим невероятным телом. Мышцы его предплечья напрягаются, когда он берет в руку свой твердый член и поглаживает его, наблюдая за мной.
— Это то, что ты хотела увидеть? Доказательство того, что ты делаешь со мной? — Он выкручивает руку и ворчит. — С твоим сексуальным телом и тем, как ты всегда бросаешь мне вызов. Мм. Теперь раздевайся.
Движимая уверенностью и горячим удовольствием, наполняющим меня от того, что я вижу, как возбуждаю его, я снимаю с себя боди-костюм, не отрывая взгляда от него через видеосвязь.
— Вот так, — поощряет Коннор с глубоким урчанием, работая рукой быстрее. — Теперь откинься в кресле. Закинь ноги на руки и покажи мне, какая у тебя мокрая киска.
Мое сердце замирает, когда я падаю обратно в кресло. Мне требуется секунда, чтобы собраться с мыслями. Коннор стонет, когда я рассеянно играю со своими твердыми сосками.
— Хочу вломиться в твой дом и войти в тебя, черт.
Я смеюсь, немного обалдевшая еще до того, как мы многое сделали. — Это совсем другое ощущение, зная, что ты наблюдаешь за мной.
— Да, черт возьми, детка. Я не свожу с тебя глаз. Здесь только ты и я. Здесь нечего стесняться, — промурлыкал Коннор. — Покажи мне.
С дрожащим дыханием я раздвигаю ноги, упираясь ими в ручки кресла. Коннор замирает и смотрит на меня с такой силой, как будто я чувствую, что он находится в комнате вместе со мной. Его глаза поглощают меня.
— Тея, — хрипло шепчет он.
Благоговение в его тоне дает мне смелость отпустить его, я провожу пальцами по животу, по бугру и глажу свои влажные складочки и откидываю голову назад с тихим вздохом.
— Вот так. Боже, я хочу лизать твою киску, пока ты не заплачешь. Но я не остановлюсь, буду продолжать, пока не заставлю тебя кончить так сильно, что ты выдохнешься.
Мое сердце колотится, и я сдвигаю бедра, чтобы покататься на пальцах, потирая свой клитор. — Ах. Приятно.
— Да. Продолжай.
Проталкиваю палец обратно внутрь и представляю, что это Коннор трахает меня своими длинными пальцами. Мои брови сжимаются. Мне нужно больше. — Пожалуйста.
— Я рядом с тобой, солнышко. Ты слышишь меня? Я целую твою шею и сосу твои соски, пока ввожу в тебя свои пальцы.
Задыхаясь, я сжимаю сосок и выгибаюсь навстречу руке.
— Боже, — выдыхает Коннор, сжимая в кулак член. — Видишь это? — Коннор отодвигает телефон, чтобы я могла видеть, как по костяшкам его пальцев течет сперма. — Это ты, детка. Я так стараюсь для тебя.
По моему телу пробегает волна удовольствия, и я вскрикиваю. Отстраненно я понимаю, что Коннор прерывает ругательства и стонет, пока я переживаю свой оргазм. Когда я возвращаюсь на землю, Коннор усмехается. Он переместился на свою кровать, прикрыв колени, отбросив использованную салфетку. Покраснев, я нащупываю свой выброшенный купальник и поворачиваюсь, чтобы свернуться в кресле поскромнее.
— Теперь тебе лучше? — спрашивает Коннор. Его глаза светятся весельем. — Ты готова к тому, чтобы я уложил тебя в постель?
 
— Я… — Это сильно ударяет меня. У меня только что был секс по телефону с Коннором. И я начала его. Так хочу ли я его? Моргнув, я убираю волосы с лица. — Да?
Его плечи вздрагивают, когда из него вырывается еще один забавный звук. — Сладких снов, солнышко.
То ли он понимает, что мне нужно пространство после того, как я зашла с ним так далеко, то ли он получил то, что хотел, и хочет избавиться от меня, но он подмигивает и заканчивает видеозвонок. Я опускаюсь в кресло и прячусь за руками. Когда я выглядываю между пальцами, его тень снова заполняет окно, выходящее на мою спальню. Он не прячется за шторами, наблюдая за мной, потому что у него их нет, и я закрываю свои прозрачные лавандовые шторы и ныряю в кровать, не утруждая себя одеванием.
— Ну что ж. Это случилось, — говорю я пустой комнате.
Мое сердце бешено колотится. Завтра мне придется встретиться с Коннором, а мы только что сделали это. Неужели мои последние две клетки мозга были в отпуске?
  
18
 
ТЕЯ
 
Пока я кручусь у входной двери, ожидая, что Коннор постучит, когда придет время уходить, у меня руки чешутся погрузиться в тесто. Я до сих пор не знаю, что произошло накануне вечером. То есть, я знаю очевидное. Секс по телефону. Очень горячий секс по телефону.
Мои щеки пылают, и я обмахиваю руки веером, чтобы не испортить макияж. Элегантное, расшитое бисером золотое платье на мне колышется, когда я шагаю. Это самое красивое, что я когда-либо надевала.
Я не знаю, чего я хочу, не знаю, почему я начала все с Коннором прошлой ночью.
Стук в дверь заставляет меня вздрогнуть. — О боже.
Я открываю дверь и озираюсь. Коннор стоит там, одна рука у него в кармане, а другая опирается на дверную раму. Его смокинг подогнан по фигуре, а в его распущенные светло-каштановые волосы добавлено немного средства, чтобы он выглядел еще более нарядным.
Это несправедливо. Мое сердце замирает.
Он выглядит потрясающе. Неотразимо. Затем он ухмыляется мне, и я теряю всякую возможность дышать.
Окидывая меня взглядом, его полные губы растягиваются в очаровательную улыбку, которую я никогда не испытывала в полной мере. Уф.
— Хорошо выглядишь, — говорит он, протягивая руку. — Готова быть брошенной на растерзание львам?
У меня есть все намерения ответить, но мой язык заплетается. Коннор берет мою руку и притягивает меня к себе.
— Не волнуйся, маленькая мышка. Я защищу тебя.
Позади него на улице припаркован дорогой внедорожник. Он ждет, пока я закрою дверь, затем берет мою руку в свой локоть и ведет меня к машине.
— Я нервничаю, — признаюсь я.
Коннор останавливается на полпути вниз по дорожке от моего дома. — Привет. — Он касается моего лица, проводя большим пальцем по щеке. — Это я заставил тебя прийти, я не брошу тебя и буду с тобой всю ночь. Хорошо?
Я киваю, чувствуя себя лучше.
Мои нервы снова взвинчиваются, когда мы подъезжаем к отелю, где проходит благотворительный вечер. Фотографы и репортеры выстраиваются вдоль плюшевой ковровой дорожки, ведущей в здание.
Разве мама Коннора не баллотируется в городской совет? Это похоже на прием кинозвезды или президента. Это гораздо больше внимания, чем я ожидала для местного мероприятия, но это Риджвью. Здесь все делается с размахом.
Коннор сжимает мою руку, помогая мне выйти, и прижимает меня к себе. Вспышки фотокамер и вопросы начинаются сразу же, как только мы поворачиваемся, чтобы последовать за его родителями.
— Просто держи голову опущенной или смотри вверх. Эти вспышки ослепляют, — говорит Коннор.
— Советница Бишоп, сюда! Надеетесь ли вы сегодня отбить средства, собранные в ходе вашей избирательной кампании в прошлом году? Вы здесь с семьей? — Репортер ловит мой взгляд. — Мисс, как вас зовут?