Лед нашей любви

Мистер «каменная грудь» сел рядом.
– Бен, – он протянул свою руку.
– Ева, – я вложила руку в его ладонь.
Вместо того, чтобы сжать ее, он поднес руку к своим губам и слегка мазнул ими по костяшкам пальцев.
В Канаде что, такая мода: руки целовать?
Я поспешила высвободиться.
– Ты новенькая? – он вальяжно раскинулся на стуле.
– Странный вопрос, в этой аудитории все первогодки, – я понизила голос, когда к кафедре подошел лектор.
– Не все. Я вот со второго курса.
Мой взгляд быстро оценил Бена. Он даже не потрудился открыть тетрадь, чтобы делать записи.
– Что ты тут тогда забыл? – наверное, это было не очень вежливо.
Бен наклонился ко мне, вторгаясь в личное пространство, от этого почему-то стало очень неуютно.
– Из-за матчей и тренировок в прошлом году я завалил этот предмет. Декан настоял на повторном курсе.
Неужели еще один хоккеист? Я что, магнит для них?
Из груди вырвался тяжелый вздох. Это, видимо, проклятие.
– Ты из «Снежных Лисов»? – спросила я как можно безразличнее, параллельно записывая основные моменты лекции.
– Пф! Мне даже оскорбительно, что ты подумала, будто я из этих отстойников.
«Не хоккеист», – сделала себе мысленную пометку.
– Я из футбольной команды.
– Футболист, значит. Ясно.
После этого я перестала отвечать Бену, и оставшуюся часть лекции он не мешал мне слушать об особенностях развития литературы в первой половине двадцатого века.
– Не хочешь как-нибудь вечером выпить по паре пива? – Бен догнал меня почти на выходе из аудитории. – Ну или что ты пьешь?
Его наивный тон вызвал улыбку.
– Спасибо за приглашение, но я пас.
– У тебя что, кто-то есть?
Его взгляд скользил по моей фигуре. Было неприятно.
– Да, есть.
Господи, что я несу, а главное, зачем?
– Ну, увидимся. – Я ускорила шаг, чтобы как можно быстрее оторваться от него.
Первый учебный день тянулся невообразимо долго.
В перерыве на обед я встретилась в кафетерии с Лив и Стефаном. После недолгого обеда нам снова предстояло разойтись.
У меня еще оставалась пара по философии, а Стефан и Лив направлялись на тренировки. Но перед этим мы договорились встретиться вечером у «Никки».
Бар встретил меня уютным полумраком. Он был маленький и по-домашнему комфортный. На стенах висели фотки «Снежных Лисов». Видимо, хозяин был их фанатом.
Было сложно сдержать улыбку, когда на одной из фотографий я увидела Микаэля, целующего кубок.
Конечно же, я пришла первой.
– Пиво, пожалуйста, – сделав заказ, села за барную стойку.
Барменом оказался внушительных размеров мужчина. Он был огромен. Руки сплошь в татуировках, а две небольшие тату были даже на лице. На бармене была байкерская бандана и кожаная жилетка.
Он открыл бутылку с характерным «пшш» и поставил передо мной.
– Для новеньких первая за мой счет, – несмотря на грозный вид, улыбка у него была очень добрая. – Я Никки.
– О, так это твой бар? – спросила я, делая первый глоток.
– Так точно, леди.
Колокольчик на двери дзинькнул, объявляя о новых посетителях.
Я обернулась, чтобы увидеть, как хоккейная команда, вместе с девочками из группы поддержки, заполняет бар.
  
Микаэль
 
Я замечаю ее сразу же, как только мы входим к Никки. Она сидит за стойкой и о чем-то мило с ним беседует.
Черт, не думал, что буду так завидовать кому-то, но именно сейчас мне хотелось, чтобы она улыбалась только мне.
Ева слышит звук колокольчика и оборачивается.
Мы сразу сталкиваемся с ней взглядами. Никто не спешит уступать и отводить глаза первым. Мне нравится этот дерзкий огонь внутри нее, который иногда проступает наружу. Хочется раздуть его сильнее.
– Ты пришла! – Риверс опережает меня и мчится к ней, обвивая ее шею.
Ева сдается и переводит взгляд на Лив.
– Конечно, мы же договорились.
– Просто… я была не уверена. Из-за… Ну… Ты понимаешь. – Она скосила глаза в мою сторону.
 
Почему-то мне было приятно, что Ева нервничала из-за меня. Значит, ей не все равно, а если не все равно, то у меня есть шансы.
– Все хорошо, – она успокоила Лив.
– Привет, сестренка, – рядом с ними оказался наш новенький, Саммерс. – Два пива, пожалуйста, – он сделал заказ.
– Господи, и они тут, – Лив скривила носик, когда в бар вошла очередная стайка девушек.
И я поспешил слиться с толпой. Конечно, «зайки» будут здесь. Они постоянно появляются там, где тусит наша команда.
– Кто они? – Ева проследила за взглядом Риверс.
– «Хоккейные зайки». Ну, знаешь, девушки, которые мечтают дать хоккеисту.
Я с трудом подавил смешок.
Да, более точную характеристику сложно было подобрать.
– Не осуждай их, мы клевые. Все нас хотят, – с широченной улыбкой ответил Стефан, а Ева не удержалась и отвесила ему подзатыльник.
Не в силах больше держать расстояние, я приблизился к ним.
– Эй, не надо калечить нашего защитника, – произношу, стоя за ее спиной.
Могу поклясться, что вижу, как от звука моего голоса ее шея покрылась мурашками.
– В первую очередь он мой брат. А этот факт дает мне право калечить его, когда душе вздумается, – она снова ерепенится, как дикий котенок.
Ее вид вызывает у меня искренний смех, а вот Стефан выглядит обиженным.
– Не думал, что ты такая кровожадная, сестренка. Пошли потанцуем, Лив.
Он забрал Риверс, и они направились на свободную зону у музыкального автомата. Мы наконец-то остались одни. Я склонился над ней, вторгаясь в ее личное пространство.
Мне хочется снова ощутить этот невероятный запах малины, но я готов отодвинуться по первому ее требованию. Не хочу, чтобы ей было некомфортно. Ева не отодвигается, продолжая сидеть неподвижно. Позволяя находиться мне так близко к ней.
– Тебе взять что-нибудь выпить?
Она показывает мне бутылку:
– У меня уже есть, и на сегодня это мой максимум. Завтра у меня тренировка.
Значит, завтра? Надо будет заглянуть в журнал Теда, охранника ледовой арены, чтобы узнать время. Мне просто необходимо увидеть, как она катается.
– Никки, – зову бармена. – Можно мне тоже одно пиво, бургер и картошку фри.
– Хорошо, чемпион.
– М-и-и-ик!
От этого визга мне хочется сжаться. Между мной и Евой влезли какие-то две девицы, одна из них почти повисла на моей руке. Очень хотелось стряхнуть ее.
– Ты обязан с нами потанцевать, Мик, ты обещал еще на вечеринке.
Ах, понятно это были те надоедливые «зайки».
Что ж, милая, тебе придется снова выручить меня.
Делаю свое самое страдальческое лицо и смотрю на Еву поверх плеч девушек глазами полными мольбы.
В ее глазах на мгновение вспыхивает недобрый огонек, когда она смотрит на брюнетку, висящую на мне.
Когда я слышу стук, с каким она поставила на стойку свое пиво, меня переполняет радость.
Ей не все равно!
Ева обходит девушек и становится передо мной. На ее лице просто бесподобная коварная улыбка.
– Огорчу вас, но мы с Микаэлем пришли вместе и сегодня он будет танцевать только со мной.
Ева берет меня за руку, утягивая в сторону танцующих пар. И я с превеликим удовольствием иду за ней.
– Это было горячо! – я обвиваю ее талию в танце.
– Начинаю жалеть о своем благородстве, – она закатила глаза. – Имей в виду, что я выручила тебя просто по-дружески.
Ненавижу это слово!
– Ага, я так и понял, – ответил я с довольной улыбкой и крутанул Еву в танце.
Как же восхитительно она пахла.
– Как твоя вчерашняя тренировка? Мне Стеф рассказал.
Наглая ложь. Я просто слышал, как Саммерс разговаривал об этом с Лив по пути сюда. Хотя надо бы подружиться с ее братом, это может быть полезно.
Я неотрывно слежу за лицом Евы.
– Отвратительно, – честно призналась она. – Мне кажется, я не смогу снова выступать так, как раньше.