Попаданка с Земли (СИ)

— Лишил премии? — вырвалось прежде, чем осознала, как это прозвучало со стороны.
— Ну, знаешь ли... — прошипел незнакомец, — я тут ей жизнь спасаю, разыскиваю по всему Форшату, а она шутить изволит? Все, мое терпение лопнуло! Я звоню Тайгеру Ронсону!
— Эй, подожди! — голова на фоне стресса соображала туго, последствия экстренного пробуждения давали о себе знать зубодробительной болью. Кощунственно заставлять человека думать в таком состоянии. Но одно я точно знала, общаться с папочкой Кирны Ронсон нельзя. Вмиг же раскусит, что перед ним не его любимая дочурка. Да и этот Гром. тьфу, ну и имя. Или это у него фамилия такая? — не нужно никому звонить. Я все поняла и осознала. Извини, я. больше так не буду.
Еле подавила смешок, чтобы не смазать впечатление от образа глубоко раскаявшейся в содеянном девчонки. Ну правда, «я больше так не буду» — детский сад! Мама уже в том самом детсадовском возрасте не принимала эти слова на веру. Эх, как она там без меня? — неожиданный переход к воспоминаниям о доме выразился натуральным всхлипом и полными слез глазами. Вот ведь эмоции скачут! Мама не успокоится, будет искать, как и прокурор своего сыночка. А мы. так далеко, что даже в голове не укладывается. Еще неизвестно, сколько времени прошло с выпускного, и как долго все похищенные провели в криосне.
— Кирна! — мне услужливо подали салфетку, в которую высморкалась от души. А кого стесняться? Мужика, который мнется и не знает, куда деть глаза? Кстати, где тот файл, в котором блондиночка обещала оставить инструкции? — Ты это. не переживай. Я. не представляешь, что пережил. Думал, не успею.
— А как ты меня нашел? — спросила сквозь всхлипы, я же не актриса, чтобы успокоиться по щелчку пальцев. За последнее время не нашлось свободной минутки, чтобы выплакаться. Корабль, соцслужба, космопорт — события там развивались с такой скоростью, что некогда было предаваться унынию. Сейчас вот и накрыло. Это же подумать страшно, какой участи я избежала, когда «Вирханор» наткнулся на пиратов и спас пленников. Жутко, до костей пробирает осознание печальной истины, что есть ситуации, на которые не в силах повлиять. Вот и в случае с медклиникой, кто же знал, что нарвусь на черных хирургов? Мамочки, верните меня домой!
— Твоя нейросеть — опытный образец, который находится в стадии испытаний. Тебя не имели права оставить без присмотра. В случае угрозы для жизни сеть отправляет шифрованный сигнал.
— Стой! — слезы вмиг высохли, — это что-же, меня отследили бы даже по отключенной нейросети? И когда же поступил... сигнал?
— Два дня назад.
— Черт! Но тогда я. — осеклась, едва не наболтав лишнего, — а какой сегодня день?
— Двадцать первые галактические сутки второй кварты две тысячи сто девяносто шестого года.
Местное времяисчисление велось с момента образования Линарийской империи и насчитывало немногим более двух тысяч лет. В космических масштабах — молодая цивилизация, основанная на останках древней расы эноев.
— Время, — поторопил доктор Ортман, заглянув в помещение.
— Позже поговорим, — Гром предпочел отступить, хотя ясно дал понять, что потребует подробного отчета.
Повезло, что он из тех мужчин, которые на дух не переносят женских слез и не знают, как правильно реагировать на истерики. Запомним! А пока пусть радуется, что меня занимали другие вопросы, иначе дала бы волю эмоциям. Плотина спокойствия всего лишь дала течь, а вот когда ее прорвет, тогда точно никому не поздоровится. Я ощущала тупую боль, засевшую глубоко внутри. Она как гнойный нарыв, зрела, искала выход и не находила, натыкаясь на стену из проблем, требовавших срочного решения. Вот, например, местное время! Не сразу вникла, как оно тут учитывается. В Содружество входили десятки солнечных систем, сотни планет и у каждой собственная частота вращения вокруг центральной звезды. Следовательно, возникала разница в исчислении минут, часов и суток, которая влияла на дальнейшие расчеты. Учесть каждую планету и привести показатели к общему знаменателю — задача не решаемая. Поэтому за эталон приняли время на Линаре, столичной планете Содружества, а за дату отсчета — подписание межмирового союзного соглашения об образовании империи Линари. Галактические сутки длились двадцать пять часов, вместо привычной недели использовались декады — десять стандартных суток. Три декады соответствовали земному понятию месяца, а сами такие месяцы складывались в кварты. Год состоял из четырех кварт, которые соотносились со сменой времен года. Таким образом, двадцать первые сутки второй кварты — это примерно двадцать первое апреля в переводе на земной. Грубое сравнение, которое ни о чем не говорило, потому что я не учла разницу в количестве часов и не имела возможности синхронизировать земное время с галактическим. Во избежание путаницы, жители Содружества пользовались двойной системой. Одна - местное время, сложившееся исторически и в соответствии с особенностями звездной системы. И вторая — галактическая, принятая во всех мирах. Местное и галактическое время совпадало лишь на одной планете — Линаре, и жить по нему считалось своеобразным шиком, показателем статуса и достояния.
 
Пока я размышляла о капризах и непредсказуемости времени, доктор Ортман нацепил на мое тело кучу датчиков и что-то там замерял, брал кровь, мазки, соскобы со слизистой и проводил кучу необходимых и нудных процедур. Запоздало пришло понимание, для какой цели он это делал.
А вдруг догадается, что я не Кирна Ронсон? Что тогда будет? Эта история с продажей на органы выглядела странно. Чуть успокоившись, еще раз проанализировала последние события. Не давали покоя слова Грома, что сигнал поступил два дня назад. Именно тогда активировалась нейросеть. При настройках интерфейса я как раз застряла на вопросе о времени, поэтому запомнила дату: девятнадцатые сутки второй кварты. Следовательно, шрамы, о которых упомянул лин Ортман — это не попытка пиратов изъять органы, а их пересадка.
Мамочки! Мне ведь даже в голову не пришло поинтересоваться подробностями! Они что же, пересадили мне чужое сердце? И остальное — тоже? Кто я теперь? ЗАЧЕМ? Черт! Да они же... мне ведь сказали только об участках кожи, откуда в клиниках делают забор материала для подтверждения личности. Но сердце, внутренние органы. — это же другое. Это действительно делает меня Кирной Ронсон. Бред! Не удивительно, что блондиночка себя плохо чувствовала. И это наводило на нехорошие мысли. Выходит, меня обманули? А как же предчувствие? Почему не сработало?
— Тише, лина Ронсон, не волнуйтесь, — Ортман заметил мое состояние и немедленно отреагировал, — остались финальные тесты. Но уже сейчас могу с уверенностью сказать, ваши жизнь и здоровье вне опасности. Наоборот, стрессовая ситуация привела к раскрытию энергетических каналов. Это успех! Научная сенсация! Мы должны тщательно изучить феномен. Если удастся такое повторить — это будет прорыв! О!
Чем больше распалялся доктор, тем меньше мне нравилось происходящее. Единственный плюс — головная боль отпустила, и мыслительный процесс не доставлял дискомфорта. Многие термины я не понимала, но ведь не дура же! Если не ошибаюсь, у блондиночки был слабенький дар псиона, позволяющий чувствовать ложь или нависшую угрозу. Для чего-то, а это я непременно выясню, папаша этого тельца отдал дочурку в качестве подопытной мыши ученым из «Нейросети». Новая сеть — это индивидуальный продукт, который выращивался под конкретного человека и в идеале раскрывал способности на сто процентов. У Кирны ведь отличный по меркам Содружества потенциал: природный интеллект в сто шестнадцать единиц, который благодаря нейросети вырос до ста пятидесяти двух. Плюс импланты на интеллект — смело прибавляем сотню, и это вмиг переводит наследницу Ронсон в когорту избранных. Но разве прирост интеллекта при финансовых вливаниях семьи такой уж удивительный факт? Скорее, закономерность. При этом не обязательно рисковать, заставляя девушку участвовать в эксперименте. А значит, что? Значит, цель другая. Не в развитии ли тех самых пси-способностей? Что там Кирна говорила об отце? Грядут выборы в протекторы, читай — императоры или президенты федерации Шадар, следовательно, в дело вступает политика, в которой я ничего не смыслю. С другой стороны, много ли надо ума, чтобы понять, кого предпочтет видеть рядом с собой будущий протектор? Среднестатистическую девчонку, пусть и с выдающимися, но отнюдь не уникальными данными? Или же сильного псиона, способного предвидеть опасности, чувствовать ложь и влиять на окружающих? Ответ очевиден. Пси-способности — это сила, с которой считаются, которую уважают и боятся. Оставят ли такого человека без контроля? Нет, он всегда будет на виду и каждый шаг будет отслеживаться. Могла ли Кирна предвидеть такое развитие событий? Вполне, ведь она далеко не наивная девочка. А теперь, внимание, главный вопрос: а так ли случайна наша встреча в том ангаре?